Ушедший Род. Книга 3: Неофит - Валерий Листратов

— Только пайки, — пожимаю плечами. — Не до того было. У кого их взять вы знаете. Только целителей не отвлекайте. Там еще пара человек у них осталась.

— Хорошо, ты со мной? — спрашивает Матвей у восточника. — Есть, говорю будешь?

— Нет. Иди, Матвей. Я бы тут пока посидел. — Доржат о чем-то задумывается. А я ловлю в эмофоне краткую фразу «останься». Интересно.

— Ну как знаешь. — Разворачивается. — Макс, где там главный у перегонной команды?

— У рубки сидит. Климом представился. Вас ждет, — киваю на дверь.

Безопасник выходит.

— Что ты хотел? — спрашиваю в лоб у мужика.

— Не я, а ты. Ты же чувствуешь тревогу, да? — восточник поднимает голову, откидывается спиной на стенку каюты.

— Да, откуда ты знаешь? — смотрю на мужика.

— Ну так напряжение в воздухе. В мыслях, вокруг. Ты ищешь, но не там.

— Хорошо, что не так?

— Нужная тебе ветвь будущего может оборваться. Ты это чувствуешь, но не можешь повлиять. Тебе, Странник, от этого нехорошо.

— Почему ты так думаешь? — немного удивляюсь. Из предсказаний будущего сталкивался только с прогностикой, но там это все-таки выбор варианта из просчитанного веера вероятностей. Это все-таки не предсказание. Ну и еще пара слов Люды, по поводу гадалки. Это смешно, но расспросить ее все равно стоит чуть позже.

— А мне духи сказали, — спокойно говорит Доржат. — И ты, вообще-то можешь увидеть, что тебя беспокоит. У тебя это получиться может.

— Так, — а это уже интересно. — Как?

— Вспомни как ты тянулся до диска. Только дотянись до тревоги. А я тебе духа дам. Он посмотрит. А вот поймешь или нет его, от магии зависит — хорошо покормишь — может и поймешь. Плохо — точно не поймешь. На тебе ограничителей же нет, магию можешь не жалеть, — говорит Доржат. — Пробовать будешь? Я прослежу, чтобы тебя не обидели.

— Конечно! — я даже словно просыпаюсь. Новое! Да еще и из направления, про которое я и не слышал. Дайте два раза! — Что нужно делать?

— Сядь на пол. А то падать больно. — Доржат ногой отодвигает труп бандита. Я провожаю его глазами. — Не бойся, его дух уже ушел. Эта дверь закрыта, да и я рядом. Садись сюда. — показывает на место в центре каюты.

Сажусь.

— Закрой глаза. И тянись к тревоге.

Закрываю, оставляю половину точек внимания на внутреннем мире. Я все-таки этого мага не знаю, так что умеренная паранойя — это важно. Если что, контур да плюс ускорение успеют меня выдернуть из любого состояния. Да еще и «скрыт»… нет, можно спокойно пробовать. Отреагировать на нарушение периметра разума я точно смогу. Нормально.

Вспоминаю чувство тревоги и начинаю тянуться к нему, словно пытаюсь вспомнить нечто важное, или заглянуть туда, где никогда не был. В принципе, это не сложная идея. Мужик же даже подсказывает как — так же как тянулся к диску. Там же я тоже никогда не был.

Тянусь, и в общем понимаю, что это как с выпавшим из памяти словом. Когда вертится на языке, но не можешь вспомнить. Так и тут. Я вроде близко к своей тревоге, но не ухватить.

Слышу несильный ритм*. Оставшееся внимание прекрасно отслеживает действия Доржата. А через секунду маг начинает петь, каким-то нутряным голосом. Я так повторю, только если буду не петь, а рычать. И то секунду-две. А у мага даже мелодично выходит. Но повторить — нет, не смогу. Наиграть бы еще да, но так петь горлом — не думаю, что связки вообще выдержали бы, даже если бы мне такое стало бы нужным.

Чувствую что-то вроде присутствия, на грани чувствительности. Примерно такое же чувствовал в Лесу, только плотнее. Там даже намерение было понятно. Тут, правда, намерение тоже очевидно — дай! дай! Ну в общем-то Доржат только что предупреждал. Легкий такой, словно стук в сознание. Направляю в «присутствие» магию. Сначала несильным потоком, потом чуть посильнее. Таким, который спокойно перекрывается источником.

Дух, а это видимо, как раз он и есть, сначала замирает, и я почти прекращаю ощущать его присутствие. Почти. Но не совсем. Все чуть замирает, словно на гребне волны, мгновение, и я уже качусь вниз. Быстрее и быстрее, буквально врезаясь в свою тревогу.

Я словно зависаю где-то посреди белого пространства. В котором обнаруживаю стоящего неподвижно Бориса. Неожиданно. Маг не двигается, и не дышит. Просто замер.

Потом в этом же пространстве проявляется грузная фигура. Присматриваюсь. Хм. Его я тоже знаю. Это ректор лицея.

Обе фигуры замирают посреди белого пространства. И только их взаимное расположение позволяет предположить, что они стоят друг напротив друга на небольшой площадке.

Я словно облетаю это место вокруг. Мне видно обоих магов, и видно значительно лучше, чем если бы я смотрел зрением. Скорее эту площадку я словно вижу Аспектом, разве что значительно тоньше. Так, что влиять я тут не могу ни на что. Только наблюдать.

Два мага одновременно делают шаг друг к другу. Поднимаются щиты магии вокруг, и становится понятно, что это круг дуэльной арены. Воображение мгновенно дорисовывает песок. А может, просто позволяет ему проступить, посреди белой бесконечности.

Теперь в этом месте существуют всего два человека, и я, в качестве всевидящего наблюдателя.

— Про Род ты зря сказал, Борис, — говорит фигура ректора. Его слова словно повисают в воздухе красными, раскаленными яростью тучами, несмотря на спокойный тон. — Так бы умер быстро. — Ректор немного расслабленно начинает идти вдоль границы дуэльной арены.

Борис так же спокойно начинает двигаться в противоположную сторону. Скорость повторяет идеально.

Где-то со стороны раздается сигнал к началу поединка, но маги его позволяют себе проигнорировать.

— Если бы я не упомянул твой Род, Зимородов, ты бы не принял вызова. И спокойно ушел бы по своим делам. Из-за оскорбления тебе, ты бы послал договариваться о поединке секунданта, как и положено по Уложению. Когда бы он пришел, договорился бы — не известно. А время было бы упущено. А вот оскорбление Рода проигнорировать ты уже не мог. Тебя не понял бы никто, и ты бы стал изгоем даже среди своих, кто бы они ни были эти свои. На то и был