Ползком за монстрами! - Сергей Харченко

— Тогда в чём проблема? — спросил Иван.

— Он младенец, — пожал плечами Иннокентий Павлович.

— Да, младенец, и что с того? — покосился на него Иван.

— У него в принципе не может быть столь развитого источника, как у взрослых, — улыбнулся преподаватель.

— То есть это не предел? — пробормотала Наталья. — Единица потенциала тут ни при чём?

— Ох, уважаемые родители, — тяжело вздохнул Иннокентий Павлович. — Боюсь, что это не предел… Это только начало.

Глава 13

Следующие несколько дней протекали буднично. Я бросил все свои младенческие силы на то, чтобы поскорей научиться говорить не только «агу», «уга», «агу-уага-у», «мама» и «папа».

Да и ходить я стал больше. Точнее пытаться ходить. Теперь мог сделать три, а то и четыре уверенных шага прежде, чем упасть. И не всегда пышка Лариса оказывалась рядом.

Эти навыки мне сейчас нужнее всего. А иначе родную мать я так и не найду.

Хотя старался не забывать и про старичка. Уж очень этот умный старпёр хотел развить мой магический источник. И после каждого занятия замерял количество маны.

— Какой красавец, — довольно поцокал он языком на последнем из занятий. — Ты делаешь успехи, ученик! В твоём источнике маны стало в два раза больше.

Ага, бурные аплодисменты! Крики «браво» и праздничный салют. Да подавись ты своей радостью! Вместо трёх капель маны теперь у меня целых шесть. Вот это достижение, ага!

Мне нужно больше, старик! Больше! Давай уже, придумай что-нибудь. У тебя там в чемоданчике артефактов столько, хоть магазин по их продаже открывай. Вот и выбери самый эффективный.

Но Иннокентий Павлович лишь сиял от счастья и делился своими впечатлениями с маман, которая провожала его.

Когда он собрался домой, мельком увидел моё угрюмое лицо. Я надул губы, сидел на ковре посреди опостылевших магических игрушек-тренажёров и размышлял, как мне самому увеличить ману.

— Не переживай, ученик, — проскрипел он. — Всё придёт в своё время. Ты и так очень быстро развиваешься.

— Нипо-по та ка как! — махнул я возмущённо в его сторону, что означало «Ничего ты не понимаешь, старик!»

— И тебе доброго вечера, — улыбнулся он.

Ни слова он не понял! А ещё учителем называется! Я настолько был раздражён, что вскочил и дошёл до кроватки, мимо замершей Ларисы.

А потом ноги задрожали, подкосились, и я чуть не ударился о ножку своей колыбели.

— Се-серёжа ходит! — воскликнула Лариса.

— Как ходит? — услышал я голос маман. — Вы не шутите, Лариса Михайловна⁈

— Да только что прошёл… до своей ко-колыбели, — объяснила пышка, аж заикаться начала от удивления. — Даже не пошатнулся ни разу!

Отстаньте от меня все со своими охами-ахами! Я спать буду!

Только глаза закрыл, как ко мне тут же пришло осознание. Я действительно достаточно далеко прошёл. Мать моя женщина! Точно! Где-то шагов десять сделал точно!

Правда, чуть в последний момент чуть не шибанулся об эту чёртову деревянную ножку. Ещё б немного и вписался бы. А с пробитой головой призывать монстров… как бы это сказать — не очень просто.

Ладно, давай уже свою адскую смесь, командир в безразмерной юбке. Лариса протянула мне бутылочку.

Я прикончил одну, и решил выпить ещё парочку. Если б не внезапно проснувшийся аппетит, ни за что бы не стал таким ужинать.

А потом внезапно пришёл мой ночной сон. Я просто закрыл глаза. И…

…Открыл глаза, поднялся в кроватке, которая предательски скрипнула, и огляделся сонным взглядом. За окном уже светало.

Чёрт! Я услышал тихие шаги пышки. В общем, надо срочно менять спальное место. У этого надзирателя слух, как у виверны в период охоты.

Но и ты можешь не красться, Лариса Батьковна. Я тебя тоже спалил, хе-хе.

Затем я увидел в её руках разведённые бутылочки со смесью. Да что ж ты за человек такой⁈ Неужели в последние дни было непонятно, что я наотрез отказываюсь от такой диеты⁈

Ну хорош, женщина! На твою смесь я даже смотреть уже не могу!

Лариса всё-таки попробовала сунуть мне бутылочку, а я решил не цацкаться с ней. Резко махнул рукой, выбивая из рук бутылку.

Бутылочка улетела в дальний угол, а пышка аж побледнела от неожиданности:

— Серёжа, — оторопела няня. — Ты что? Тебе надо хорошо кушать!

— Ити-а-ка та, спррр! — выпалил я, прыская слюной во все стороны. Пытался сказать «Иди куда подальше со своим пойлом!»

Но… все мои старания были оборотню под хвост!

Няня вытащила из кармана конфету, хитро улыбнувшись.

Спрячь улыбку, женщина, меня уже этим не подкупишь. Я хочу манную кашу, какой кормили вчера, и чтобы без комочков!

— Ман-ман-ман, — выдавил я, понимая, что от того как я выражусь, зависит и качество моего завтрака. Очень важный момент. Охренительно важный.

— Манную кашку хочешь? — просияла пышка.

Ну наконец-то! Дошло, блин! Я закатил глаза и кивнул пару раз. Батя с маман с первого раза бы поняли. А умному старпёру даже и говорить не надо было бы. Ты же, ёлки-палки, как не родная.

Через пять минут Лариса меня поменяла. Оказывается, я даже не заметил, как ватные трусы стали раз в пять тяжелее. Младенческое тело совсем не умело терпеть.

А затем она отнесла меня на кухню.

Батя сидел за столом и пялился в телефон. Маман расположилась рядом и тянула из блюдца чаёк.

— О, а вот и наш дрессировщик появился! — воскликнул батя, откладывая телефон в сторону. Он был сегодня в отличном настроении.

Да какой я, нахер, дрессировщик, батя? Ты в своём уме? Сам не понял, как оскорбил!

Приручитель я! При-ру-чи-тель!

Как же тебе объяснить?.. Дрессировка — не приручение. Одно дело, когда ты машешь морковкой перед зайцем и вынуждаешь служить тебе. И совсем другое — когда налаживаешь с ним связь, становишься с ним единым целым.

И теперь этот заяц готов — да что там волка — хоть самого медведя на части порвать! Только щёлкни пальцем.

Я категорично посмотрел на приёмного отца, и он прочувствовал мой взгляд. Тут же закашлялся, а затем выпил чаю.

— Ладно, я пойду, а то у меня сегодня полно работы,