Александр Овечкин. Полет к рекорду - Игорь Яковлевич Рабинер

– Прямо во время матча! – вспоминал Михаил Викторович. – Операцию сделали. Сашке даже не сказали, он не знал, что я в больнице. Пролежал неделю, кажется. После операции было очень тяжело лететь из Сочи. Еще и вентиляцию в салоне отключили, жена меня обмахивала. Выдержал…

Жить в момент этого тяжелого воспоминания дяде Мише оставалось чуть больше четырех лет.

Спрашивать про Игры Татьяну Николаевну было непросто, но тогда, в конце 2018-го, я все же собрался с духом:

– Вас, как двукратную олимпийскую чемпионку, гложет то, что Олимпиаду сыну пока выиграть не удалось?

– Конечно, – вздохнула она. – Это ужасно жалко. Но хоккей – командный вид спорта, результат не зависит от одного человека. У Саши еще будут шансы попасть на Игры. Надо только трудиться и хорошо играть. Чтобы не просто туда поехать, а выйти на площадку и сыграть так, как должен играть Овечкин.

– Уверен, что его час на Олимпиаде еще пробьет, – добавил Михаил Викторович. – Вот в НХЛ Саня тринадцать лет шел к Кубку Стэнли – и сделал это. Завел всю команду, и «Вашингтон» играл здорово. Никто не думал о себе, все – только о команде.

К моменту моего разговора с его родителями Александр вынужденно пропустил золотую для России Олимпиаду в Пхенчхане-2018. Игрокам НХЛ в ней участвовать не разрешили: Лига, МОК и ИИХФ на этот раз договориться не смогли. И у Овечкина это вызвало очень бурный, почти революционный отклик.

В марте 2016-го, когда все больше говорилось о том, что энхаэловцев не пустят в Пхенчхан, я спросил Ови, какая в этом случае будет его реакция. Он ответил неожиданно нервно: «На такие провокационные вопросы отвечать не буду». Видно было, что тема его сильно волнует, но что именно сказать – он на тот момент не знал.

Юридические решения не позволили бы Овечкину участвовать в корейских Играх. Вернее, позволили бы в одном случае – если бы он разорвал контракт с «Вашингтоном» и вернулся в Россию, а на такое никакая находящаяся в своем уме суперзвезда не пошла бы. И ему пришлось сделать шаг назад.

Тот индивидуальный бунт, который ничем не закончился, сам Овечкин в нашей беседе в феврале 2019 года комментировал так:

– Если ты один – то можешь хоть о стенку головой биться, но ничего не сделаешь. Если бы меня кто-то в той ситуации поддержал и игроки сделали бы все возможное, чтобы мы поехали на Олимпиаду, – может быть, Лига и пошла бы на уступки. Но когда ты один или с тобой максимум два-три человека, о чем-то серьезном говорить тяжело.

– Ты ожидал более активной поддержки? – уточнил я.

– Ну конечно. Ожидал. Но кто-то испугался, кто-то ничего не стал говорить. Поэтому все стало понятно сразу после моих слов.

Я спросил маму Ови, правда ли Леонсис был готов отпустить Сашу на Олимпиаду и сделал бы это, если бы Лига не перекрыла ему кислород.

– Думаю, да, – ответила Татьяна Николаевна.

Согласился с этим и отец, вспомнив, что хозяин «Вашингтона» извинился в момент сообщения, что не сможет его отпустить.

Ларионов, однако, остужает горячие головы тех, кто говорит, что система победила и Сашу, и Леонсиса, готового его на Игры отпустить.

– К словам Леонсиса, сказанным для прессы, я не относился бы слишком серьезно. Это все разговоры. Помню, во время локаута 1994 года собрались в Торонто журналисты и несколько хозяев клубов. Кто-то спросил моего ныне покойного товарища, экс-владельца «Сан-Хосе» Джорджа Ганда: «Но вы же сказали…» Он оборвал корреспондента фразой: «Не верьте тому, что написано в газетах». Так же я относился к любым заявлениям о поездке на Олимпиаду, невзирая ни на что. Тема болезненная, вокруг нее перебор крика, политики и популизма. Я же предпочитаю спокойный, трезвый разговор о хоккее. Конечно, любой игрок способен на демарш. Тем более что какая-нибудь российская госкомпания способна компенсировать ему финансовые потери, на что не пойдет ни одна шведская, финская, канадская или американская компания. Однако есть система жизни мирового хоккея, где все взаимосвязано, и одно нарушение повлечет за собой крах всего механизма. Есть ИИХФ, НХЛ, профсоюз игроков, в котором должно быть сохранено единство. Или все, или никто. Поэтому мне с самого начала казалось крайне сомнительным, что Овечкин сможет поехать на Игры.

Эти слова были произнесены в 2017-м. С тех пор много воды утекло…

К слову, хоть и упомяну здесь, что сам Овечкин был одним из создателей Putin Team, но эта книга – о хоккее, а не о чем-либо другом. Тем более что никакого рвения по этой части я у Ови не наблюдаю, как и у его товарищей по этому движению, Малкина и Ковальчука. И когда журналисты провоцировали Александра на шельмование форварда «Нью-Йорк Рейнджерс» Артемия Панарина, в свое время нашумевшего оппозиционными высказываниями, – ни разу Овечкин не сказал ни одного плохого слова о собрате по профессии.

На пресс-конференции Ови и его родителей в Москве осенью 2020-го после вопроса одного из журналистов на панаринскую тему Татьяна Николаевна начала было говорить что-то в осуждение Артемия, но Саша легонько тронул ее за плечо и произнес одно-единственное слово:

– Мам.

И эта тема мигом была свернута.

И в феврале 2022-го, когда журналисты в Вашингтоне единственный раз спросили его об отношении к происходящим событиям, он ответил: «No more war please!» («Пожалуйста, не надо больше воевать!») Но при этом фотографию с Владимиром Путиным с аватарки в соцсетях не убрал. И больше на эту тему никогда не высказывался.

А по поводу поведения других энхаэловцев перед Пхенчханом Михаил Викторович выдал жесткий спич:

– Некоторые «доброжелатели» сразу стали Сашу грязью поливать – болтун, мол, сказал и не сделал. Что значит – болтун? Да он больше всех хотел поехать на Олимпиаду! Но все оказались трусами, и вообще никто его не поддержал. Ругали люди, которые далеки от спорта и умеют только считать в чужих карманах деньги, сидя на диване. Будто они, эти деньги, с неба падают. Да посмотрите, сколько у него травм, с которыми он на лед выходил! Один только нос пять-шесть раз ломал. Потому что по молодости перед вбрасыванием опускал голову. Ему потом старшие ребята посоветовали: «Ты голову-то выше держи». А то, пока вбрасывание идет, ему кто-то снизу клюшкой или крагой – раз! Или выбили половину зуба, нерв открылся, очень больно. Но ничего – вырвали зуб в раздевалке, тампон на его место вставили – и вперед, играть. В НХЛ за красивые глаза никто денег платить не будет.