Повседневность Средневековья - Мария Ивановна Козьякова

Эпоха требовала ярко выраженной демонстрации чувств. Горе или радость облекались в особые ритуальные формы и выставлялись напоказ, превращаясь в зрелище для посторонних. Мир вещей помогал создать декорации для того или иного случая. Так, в церемониях использовались пустые кареты, парадные ложа, символика цвета. Особое внимание уделялось этикету. Всё, что к нему относится, по мнению современников, было в высшей степени возвышенно и благородно. Чрезвычайно распространено соревнование в учтивости. По четверти часа и дольше длятся споры о том, кто более достоин быть первым, при этом каждый отказывается, предоставляя первенство противоположной стороне. И чем дольше они продолжаются, тем возвышеннее разыгрываемый спектакль. Он повторяется бесконечно как в придворном этикете, так и при приеме гостей, в церковных службах, в очередности приношения на алтарь, в целовании распятия.

Длительные церемонии относятся к уговорам погостить подольше, откушать ещё кусочек, пройти первым или первым высказать своё мнение. По своей сути подобное поведение напоминает известную басню «Демьянова уха». И если в Новое время подобное поведение будет присуще буржуазным, а затем мелкобуржуазным слоям, то в эпоху Ренессанса оно в моде у высшего класса. Правила вежливости весьма поучительны, особенно если вспомнить, что вырабатываются они в жёстком споре за приоритет, что сердцевина рыцарской идеи — феодальное высокомерие. И потому учтивое поведение сменяется вспышками ярости, грубыми препирательствами и кровавыми ссорами из-за того же самого первенства, которое так назойливо навязывают друг другу. Так, споры знатных пэров из-за места за праздничным столом легко могли перейти в жестокую схватку, когда выхватывали кинжалы и застолье превращалось в арену боя.

Тем не менее эпоха Ренессанса почитает прекрасным строгое следование ритуалу. Нарушение этикета воспринимается как смертельное оскорбление. Особенно педантично соблюдается этикет при дворе. Кто с кем и как общается, как обставляется то или иное событие — на все случаи существуют свои законы. Даже казнь проводится по разным сценариям в соответствии с рангом и званием преступника. Например, для коннетабля Сен-Поля на эшафоте расстилают ковер с лилиями, подкладывают под ноги подушечку из алого бархата и такой же повязкой завязывают глаза. Ему предоставляют особую, но весьма сомнительную при казни привилегию — нового палача: будучи неопытным, он мог только усугубить страдания своей жертвы.

Античность

«Желание прекрасной жизни» превращает будни в праздник. Повседневный обиход расцвечивается яркими красками, облекается в эстетические формы. Сама повседневность предстает в искусственной, стилизованной форме. Стилизация — это подражание, следование каким-то образцам, повторение пройденного. В Европе того времени она разделяется на два типа: северный, или рыцарский, и южный, или ренессансный. Южный — это Италия. В Италии ориентируются на античные образцы, здесь утверждается гуманитарная, интеллектуальная направленность, подражание культуре античного Рима в соответствии с тем, как её понимали.

«Бесконечный праздник бытия» особенно характерен для придворной жизни: утром и днём устраиваются турниры, состязания, охота, вечером — балы, маскарады, пиры. Блистательной была атмосфера, окружавшая Медичи, д’Эсте, Гонзаго, Сфорца. Она представляется более «демилитаризованной», чем при других европейских дворах. Увлекаются изобразительными искусствами, литературой, философией, историей, музыкой. Типична фигура Лоренцо Медичи, прозванного Великолепным, — блестяще образованного человека, ценителя и знатока литературы и искусства. Таковы же папские или кардинальские дворы. Просвещённые папы и кардиналы покровительствуют гуманистам и художникам, собирают ценные рукописи, являя «пример ренессансной утонченности», как, например, папа Николай V (Томмазо Парентучелли) или Пий II (Энеа Сильвио Пикколомини).

Джорджо Вазари. Лоренцо Великолепный получает дань уважения послов. 1556–1558

Итальянский аристократ в XV–XVI вв. — более придворный, чем рыцарь, то есть изменяется его социальная роль. Светская придворная культура, ориентируясь на праздное времяпрепровождение, получает в Италии гуманитарную направленность. От придворного требуются совсем иные качества, чем от воинственной и невежественной знати Средних веков: чтобы блистать при дворе, необходимо обладать определёнными знаниями, а также умением красиво подать их. Придворный должен владеть латынью и греческим, читать античных авторов, писать стихи, играть на музыкальных инструментах — вот идеальный образец для подражания, предлагаемый трактатами того времени, в том числе известным трактатом «О придворном» Б. Кастильоне. Конечно, ученость не должна быть чрезмерной. Знания необходимы, чтобы сделать светскую жизнь нескучной, забавной и праздничной. И потому наряду с модой на античную философию с таким же увлечением заводили забавных зверушек, негритят и карликов.

Атмосферу эпохи Ренессанса характеризуют образ жизни и пристрастия итальянских гуманистов, восхваляемый ими «античный» стиль жизни. Увлечение античностью было настолько велико, что идеализированные формы поведения переносились в повседневность, создавая иллюзию возрождения жизненного уклада того времени. Это был досуг, заполненный учёными занятиями, интеллектуальным трудом и потому высокий и «сладостный», противостоящий профанному и «ленивому» досугу черни. Он проходил в интеллектуальном общении с единомышленниками в придворных кружках и академиях, в нескончаемых диалогах, помогающих сделать речь ещё более утонченной. Его необходимыми условиями были загородные виллы, жизнь на лоне природы, все реалии которой напоминали пасторальный идеал, некое возвращение в блаженную Аркадию «золотого века».

Вообще, умение «жить в античности», стремление «превратиться в римлян» имело знаковое содержание, поскольку увлечение античностью становилось повальной интеллектуальной модой. Она играла в жизни итальянских гуманистов настолько важную роль, что «стилизация жизни и сама жизнь совпадали», писал об этом явлении исследователь ренессансной культуры Л. Баткин. «Только в Италии и только в XV в. можно было прочно войти в историю, не блистая никакими особыми талантами, кроме умения талантливо помешаться на старине», — писал он, рассказывая о флорентийском гуманисте Никколо Никколи.

В эпоху Ренессанса появляется пышное, торжественное и величественное декорирование. В отличие от Средних веков господствует новый взгляд: великолепные вещи и их коллекции должны выполнять презентационную функцию, демонстрируя вкус и могущество знати. Роскошь используется теперь в политике как средство управления. Собрания скульптур, картин, керамики представляют собой неотъемлемую часть нового образа жизни. Многие из итальянских князей известны не только как покровители искусств, но и как коллекционеры, в том числе представители фамилий Медичи, Гонзага, д’Эсте и Монтефельтро. Лоренцо Медичи, например, обладал знаменитой коллекцией монет, камей и медалей, а также великолепной библиотекой.

Рыцарство

К северу от Италии стилизация быта носит иной характер. В её основе — рыцарская идея, прекрасный героический идеал феодальной эпохи. Рыцарский жизненный уклад теряет своё реальное содержание, так как этот социальный слой постепенно сходит с исторической арены. Однако старая аристократия всё ещё продолжает играть господствующую роль в жизни общества, и потому её ценности и культурные формы по-прежнему задают тон. Чем более ветшает сама идея, тем более пышными становятся декорации. Жизнь знати максимально приукрашена и представляет собой прекрасный придворный спектакль, овеянный романтической грёзой, где все персонажи облачены в костюмы времен легендарного короля Артура.