Дети Золотого города - Грэйси Ковальчук

поздно…» – эта мысль всё-таки пробралась в разум Айви и сразу вывела её из сонного состояния.

Она глубоко вздохнула, повернулась и пошла назад, в пещеру.

Торниэна видно не было. Айви рассеянно обвела глазами зал и, заметив знакомую богатырскую

фигуру, поспешила в ту сторону.

– Друан, мог бы кто-нибудь сходить со мной на склон? Владыка не позволяет выходить в

одиночку, а у меня одна забота: набрать букет цветов, да потолще, – с улыбкой сказала она.

– Знаем мы твои букеты, дочка! – весело подмигнул Друан. – Ты не ставишь их в серебряную вазу,

а вешаешь под потолком!

– Если бы только это! – подхватил откуда-то взявшийся Саксиль. – Она их потом ещё опускает в

кипяток! Бедные цветочки!

– Ладно, болтун! – добродушно пробасил Друан. – Возьми ещё пару человек и пошли, проводим

госпожу Айви.

Оседлав лошадей, они не торопясь выехали из пещеры. Кука всё так же сидела у входа и

щурилась на солнце. Айви окликнула её:

– Кука, лежебока, пошли, прогуляемся, а то ты совсем разучишься ходить!

Собачка вильнула хвостом и поковыляла вслед за всадниками.

Саксиль в последние дни был необычайно молчалив и серьёзен. И сейчас, вместо того, чтобы по

своему обыкновению весело трепать языком со всеми подряд и обо всём на свете, он что-то

вполголоса сдержанно обсуждал с Друаном, больше слушая, чем говоря, озабоченно хмурясь и

досадливо качая головой. До Айви долетали только обрывки фраз:

«…а если с северо-востока…»

«…мост к Башне разрушен…»

«…лучникам тогда вообще нет смысла…»

«…можно пройти между холмами, где ручей…»

«…нас всего пятьсот человек…»

Скоро Айви перестала слушать их и погрузилась в свои мысли.

Обогнув Горячую Гору с юга, они остановились возле небольшой рощицы, раскинувшейся у

подножия склона. Привязав лошадей к редким деревьям, покрытым последней осенней листвой и, не

торопясь, вскарабкавшись вверх на полполёта стрелы, воины уселись прямо на землю, привалившись

спиной к камням и вытянув ноги, а Айви сразу занялась делом: она не хотела долго задерживаться

здесь. Увязая в мокрой после дождя глине, она срывала уже подвядшие «оленьи листья» и думала о

старом Короле. Перед глазами стояло его светлое лицо и лучистая улыбка.

Снизу доносился негромкий разговор. Айви обернулась взглянуть, не ушла ли она слишком

далеко: тот злосчастный день на западном склоне остался в памяти кровоточащей раной. Она

увидела, как Друан, поднялся и со словами «пойду, посмотрю лошадей» быстро зашагал вниз.

Айви хотела взобраться ещё чуть выше, но внезапно гора шевельнулась: не прямо под её ногами,

мягко расползшись от очередного шага, а где-то глубоко, словно вздрогнув всем своим огромным,

древним телом. Айви пошатнулась и шагнула в сторону, но вся поверхность склона вдруг ожила и

задрожала. Огромный пласт мокрой глины и камней отделился от горы и начал сползать вниз. Айви

подняла голову и, словно в страшном сне, увидела, как камни вперемешку с древесными стволами с

оголёнными искорёженными корнями стремительно несутся на неё. Она почувствовала, как волосы

на голове зашевелились, а сердце упало в какой-то бездонный колодец, но ещё успела посмотреть

вниз, столкнувшись взглядом с огромными, наполненными отчаяньем глазами Саксиля и его

перекошенным в немом крике лицом. В последний миг она поняла, что падает, а влажная тёмная

масса накрывает её могильным холодом.

***

Торниэн вернулся в свою комнату и лёг на лежанку, положив руки под голову и закрыв глаза. Ему

чудился Золотой Город. Шпили дворцов и башни сияли нестерпимым светом. Он видел ворота,

украшенные удивительными картинами и высокую городскую стену с острыми сверкающими

зубцами. Снаружи её охватывала… огромная чёрная цепь. Она затягивалась, как петля, сминая

сияющее золото и оставляя после себя зловонный чёрный след. Там, в центре Города стоял он,

Торниэн, и смотрел, как чёрная громадина цепи, окружив его зловещим кольцом, неумолимо

приближается. Он вскрикнул и… проснулся.

***

Лошади, услышав шум сползающей земли, бешено заржали и рванулись с привязи.

– Тпр-р-р-у! Стоять! – Друан растопырил руки и кинулся к ним, пытаясь схватить под уздцы и

удержать вдруг обезумевших животных. Но громкий стук летящих камней заставил его обернуться.

Он побледнел и выпустил поводья.

Верхняя часть склона, размытая дождями, осыпалась вниз, завалив близрастущий кустарник и

стволы деревьев. Друан с криком рванулся назад к горе, лихорадочно шаря глазами по осыпи, но ни

Айви, ни его товарищей видно не было.

– Айви! Саксиль! – закричал он не своим от ужаса голосом и заметался по склону. Потом снова

кинулся к лошадям, решив скакать в пещеру за помощью, но быстро остановился, понимая, что

может не успеть. Он опять закричал, что было сил и, не получив ответа, в отчаянье обхватил голову

руками, упал на колени и глухо застонал.

И тут вдруг сзади раздался звонкий собачий лай. Кука стояла на куче камней, подскакивая и

повизгивая, и пыталась что-то раскопать. Друан охнул и бросился к ней, перепрыгивая через валуны,

скользя и падая. Рухнув на камни, он принялся торопливо разгребать рыхлый грунт широкими

ладонями, не обращая внимания на острые осколки и засохшие колючки, впивающиеся в пальцы.

Через несколько мгновений он наткнулся на что-то тёплое, а ещё через миг уже вытаскивал из завала

обмякшее тело Айви, всё ещё сжимающей в руках мешок с «оленьим листом».

– Айви, дочка… Что же это?.. – он отстегнул висящую на поясе флягу и сбрызнул перепачканное

лицо. Она не отзывалась. – Что же это?.. – он приложил ухо к её груди, но не услышал ничего, кроме

собственного, гулко бьющегося сердца. – Айви!!

Девушка вздрогнула и медленно открыла глаза.

– Что случилось?.. Где остальные? – она приподняла голову, пытаясь оглядеться.

Друан издал то ли вздох, то ли всхлип облегчения и суетливо сунул флягу к её губам. Она сделала

несколько глотков и снова откинула голову на камни.

А Кука уже лаяла чуть поодаль, снова разрывая осыпь передними лапами. При этом ей

приходилось стоять на одной задней, она теряла равновесие, заваливалась на сторону, но снова

вскакивала и начинала копать. Друан опрометью кинулся туда и, отпихнув Куку, погрузил

изодранные в кровь пальцы в мокрую глину. Там что-то было. Он сдёрнул меч с перевязи и

попытался копать ножнами, но толку было мало. В сердцах отбросив меч, он снова начал разгребать

руками каменное крошево. Из глины показался сапог, потом другой. Ладони Друана замелькали, как

лопасти водяной мельницы в бурном потоке – и через мгновение он уже вытягивал из рыхлого

месива чуть живого Саксиля. На этот раз тот не улыбался. Завалившись на спину, он застонал и

хрипло выдохнул:

– Спасибо, что не оторвал мне ноги, господин медведь!

– Кука, ищи! – Айви