У нас всё хорошо - Владимир Войновский

Ночь прошла спокойно. Мы даже с коллегой успели всласть выспаться, на «брата» по четыре часа. А в десять утра вместо меня в зале сидел сменщик с красным опухшим лицом. В таком состояние что-либо отладить будет сложно и у меня забилось сердце от волнения:

— Ирина Владиленовна, как бы чего плохого не произошло, — шёпотом говорю, — вы посмотрите на него…

— Справится! Да и вы ненадолго! Пойдёмте, надо вас переодеть…

В соседнем помещении, где для посетителей во время экскурсии проводится дегустация, собралась и облачается в фирменные комбинезоны наша команда. Все ребята и девчата молодые, заместитель директора, правда, мужчина лет сорока, и я валенок…

— Ура! В наших рядах прибыло. Здравствуйте, Варлаам Иосифович!

За шутками-прибаутками приодели меня. Со стороны не видно, но прилегает плотно и тепло. Подобрал себе ботинки, смерил палки и лыжи… На таких только видел наших чемпионов, что в Олимпиадах участвуют. Но поздно права качать, делаю всё со знанием дела.

— А вы давно на лыжах стояли? — ехидно улыбается Любовь Игоревна, что «запчасти» от мухи приняла за корову…

— Да крайний раз на службе, когда был на Дальнем Востоке…

Автобус привёз нас на лесную поляну. Здесь народищу видимо-невидимо. Со всех ферм, автохозяйств, заводов и контор компании собрались, что по области разбросаны. В торжественной обстановке, под радостные крики, выслушали поздравления и напутственные слова от представителя управления самого главного и принялись к разминке с получением номеров.

Мне достались счастливые цифры. Я даже улыбнулся: «Может, сломается крепление или лыжа на старте. Сойду с дистанции. Ведь главное — участие!». Навесил на грудь и спину номер тринадцать и подошёл к менеджеру по кадрам:

— Я каким стартую?

— Мы решили вас выставить первым, всё-таки возраст…, — она как-то грустно улыбнулась.

— Мы ещё поборемся, — решил приободрить её, да и себя немножко. А на душе кошачьи скребутся… будь они неладны.

И вот пригласили участников на старт, пояснили, что уходить будем шестёрками по числу поделенных участников. Я вышел в первой. Напрягся, а перед глазами экран телевизора, с которого трансляция биатлона. И так все участники красиво идут…

Стартовый пистолет треснул залпом. Не теряя картинку, начинаю размашистые движения «коньковым» шагом. И надо же, сам себе не верю, у меня получилось. Качу по притоптанному снегоходами насту, будто всю жизнь только и занимался этим видом спорта. До конца поляны бежал, не уступая соперникам. Третьим выровнялся на протоптанную «колею»… Но молодость победила, и пять парней, которым я со своим ростом еле доставал до плеча, рванули вперёд скрывшись в лесном массиве.

Больше меня никто не обогнал, не догнал… и искали меня часа два на рычащей технике. Вот вам и «ха-ха-ха», свернул я не на ту лыжню и старался догнать оторвавшихся, поглядывая иногда за спину, чтобы… Но старался славно: быстро перебирая и ногами, и руками, что марафонец.

К финишу возвращался за снегоходчиком, который меня обнаружил, спешащим совершенно в другую сторону от места сбора коллег. Когда мы появились на поляне, раздались фанфары, грянувшей музыки. «Тамада» возвестил о приближении самого старого работника компании, участвующего в спортивном мероприятии. Подскочивший лыжник передал мне древко с триколором, которым я бодро размахивал и неистово орал: «Ура!».

— Варлаам Иосифович, вы так резво стартанули, что мы думали придёте первым, — это уже в здании нашего завода, говорит с восхищением заместитель директора.

— Эх, Пётр Игнатьевич, если бы указатели не подвели, так бы оно и было. Солнце, снег… вот и свернул не туда…, — теперь можно и форсу напустить. С кем не бывает…

До конца смены время пробежало быстро. Я рассказывал Егорке про соревнования и как лихо «крутил» лыжами в погоне за призовым местом. Парень смеялся и отпускал колкости… но это было приятно и весело.

Домой приехал около восьми вечера. В окнах темно. На звонки Сонечка не отвечала.

Сижу на кухне. На плите вскипает чайник. Открывается дверь и входит моё сокровище. Смотрю на неё влюблёнными глазами, а она мне:

— Ты уху ел?

Я чуть со стула не упал. Никогда не слышал, чтобы она матом крыла, а тут…

— Милая, ну я чуток… на соревнованиях… там, это…

— Чего лопочешь? Я спрашиваю: «Ты уху ел?».

— Да, чем я провинился, мать перемать, что ты со мной такими матюгами говоришь? — вспылил самую малость, бодрость духа «корова» слизала.

— Кто матерится? Я же тебя спрашиваю: «Суп рыбный уже поел?».

«Ой, как стыдно! А я то, что подумал… послышится же с усталости от рождественской лыжни?!», — обхватил голову… и начинаю смеяться.

Импровизатор

Закончились Новогодние гуляния, встретили Рождество. Офис постепенно оживал после каникул. Конечно, производство не останавливалось, у коров нет выходных, поэтому каждый день завозилось молоко, и не останавливался технологический процесс.

Смены трудились по постоянным графикам. Контора работала по скользящему списку, и всегда присутствовал ответственный от руководства.

Сегодня будний день, и оживление на территории начинается ближе к восьми часам.

— Егор! Просыпайся, — потряс за плечо своего начальника.

— Уже пора? — парень присел на кровати в комнате отдыха. В шутку мы называем её «разгрузочная» или «релаксационная».

— У нас спокойно? — инженер потягивается, подходит к умывальнику.

— Всё в штатном режиме. Приводи себя в порядок. Чайник закипел, — присаживаюсь за пультом.

Вначале девятого всё замирает, завод работает, и только редкий стук каблучков щекочет слух.

— Ребята, проходим к стенду справа, — доносится в приоткрытую дверь, в которую заглядывают любопытные детишки. — Сюда посторонним вход запрещён.

— А тама что?

— А чего они делают эти дядьки?

— А мы будем сыр пробовать? А сливки? А я люблю йогурт!

Шум, гам стихает. Слышно экскурсовода, которая рассказывает ребятне историю и процесс сыроварения… В какой-то момент топот и прыжки перемещаются обратно…

— Что-то много школьников, — в пустоту проговорил Егор.

— Да и каникулы вроде закончились, — также отвечаю в никуда.

Тишина. Только шумят монотонно агрегаты и приборы.

— Варлаам Иосифович, выручайте! — входит Ирина Владиленовна. — У нас на экскурсии ребятишки из детского дома, встречаем по просьбе Губернатора.

— А я…?

— Вы у нас на все руки мастер. Только с вами можно исправить ситуацию. Аниматоры задержались. Им ещё надо минут двадцать переодеться, аппаратуру наладить, с нашим видеопроектором сконектиться… Всё, на бегу… И всё на мне, — она плюхнулась в свободное кресло и вытерла тыльной стороной ладони лоб, как бы стряхивая пот.

— Но я…?

— Мы вас представим как «Сыровара»! — напарник засмеялся, но тут же осёкся под молчаливым давлением «мегеры».

— Ну-у-у-у…

— Отговорки не принимаются, — она резко встала и жестом пригласила следовать за нею.

— Попал! — хихикнула молодость.

В коридоре ожидала помощница менеджера по кадрам. Женщина взяла