Белорусский барон. Том 2 - Вова Рекс

Я понял, что деньги сами себя не заработают, а праздник сам себя как раз таки отпразднует, поэтому сделал вид, что всё произошедшее — это часть игры, в которой мне нужно побыстрее свалить.

Зинаида Петровна взрослая баба, поэтому сама разберётся с императором. Меня больше интересовала Алиса Булгарина и мелкий, который развлекает маркизу Миллер.

Когда я нашёл маркизу и Андрея, то понял, что им хорошо так, как есть. Похоже, мелкий нашёл подход к этой блондинке и сам теперь может со всем разобраться. Алиса тоже пришла в себя, поговорила с отцом и они вместе уехали на базу СЗЛ.

Я сразу же написал Алисе, мол, ты же хотела пообщаться с маркизой Миллер, все дела, туда-сюда. А та ответила, что хотела, но уже перехотела. Ей хватило того, что она увидела в коридоре…

«И вообще, я немного устала. Как приду в себя, так сразу же отпишу» — закончила Алиса своё смс вот такими словами.

Что же, рыжая бестия умная и сама всё знает. Но раз она тааак сильно хотела встретиться с маркизой, а теперь говорит, что уже как есть так есть, то это значит одно — девушку шокировала моя семейка сильнее, чем предвкушение встречи и разговора с маркизой Миллер.

Хорошо это или плохо — хрен его знает. Но я на это вряд ли как-то повлияю. Поэтому оставил своё семейство и отправился в целительский центр к Антохе. Того как раз выпускали. Я не придумал ничего круче, чем подарить ему цветы с двумя белорусскими бургерами и каким-то персиковым соком «Rich», который купил в шале Гринвуд по дороге к целительскому центру.

Парень вышел из палаты уже одетый и вымытый, как будто вышел из дома. Хотя этот центр выглядел почти так же, как и его дом. Пусть не основной, но гостевой — точно.

— Вот, держи, — вручил я другу букет.

Тот сперва не понял, почему я дарю ему цветы. А потом, когда увидел, что я смеюсь и дразню его, при этом внутри лежат бургеры и сок, то сразу же улыбнулся и сказал:

— Спасибо. А то у этих лекарей ничего нормального из еды нет, кроме их настоек из Лучевых одуванчиков и прочей херни, которая горькая… хоть и полезная, — добавил Антон.

— Но тебе же стало лучше? — уточнил я, потому что был не против сгонять и зачистить Жестокий Луч, а может, и все три. Посмотрим, как пойдёт.

— Да, всё нормально. Но знаешь что… У меня ощущение, что тот артефакт Короля Ящериц вроде бы ушёл, но след ещё остался. Я это к тому, что теперь нахожусь в полном сознании, но всё равно чувствую, что не буду волноваться. То есть моя концентрация останется, и я смогу создавать хорошие печати, чтобы мы вместе нагибали монстров.

— Супер. Тогда погнали, — не стал я мять сиськи.

— Как, уже⁈ — удивился граф.

— А почему нет? — пожал я плечами и улыбнулся. — Ты же здоров как бык. Чистый, отдохнувший. Когда как не сейчас мочить монстров?

Парень почесал затылок.

— Ну да, ты вообще-то прав. Но…

— Никаких но. Погнали. — И я схватил Антона за правый локоть и потащил его к своей тачке.

И только мы вышли в главный холл, как я увидел на экране телевизора своё поместье, а вокруг него кучу вертушек и съёмочную группу.

Антон отряхнул колени, потому что упал, когда я его резко схватил за локоть. Но теперь, когда всё сделал, тоже посмотрел на экран и…

— Да ну нахер! — выругался он.

— Не ругайся. Ты же граф, — поржал я. — Держи себя в руках.

Антон подбежал к красивой девушке на ресепшене, дал ей какую-то купюру, после чего появился звук.

Какая-то девушка за камерой, снимающая моё поместье, говорила:

— Император Александр Григорьевич Лебовский навестил барона Андрея Михайловича Великого и маркизу Ангелину Геннадьевну Миллер! Юная красавица и, на минуточку, Одарённая Городского Класса в свои одиннадцать лет заявила, что Андрей Михайлович Миллер станет её мужем, когда девушке исполнится шестнадцать лет. А ближайшие пять лет они будут жить вместе в поместье Великих.

Я вместе с Антоном подавились персиковым соком, который пили. И если Антон начал смеяться, то мне было не до шуток.

Нет, я не против, что три Хищника в моей конюшне шугают оленя Димона. Но чтобы ещё и маркиза Миллер жила в нашем доме? Не-не-не, это уже перебор.

А тут ещё этот бородатый «предатель», которым я восхищался, дал своё императорское добро:

— Поместье барона Великого нуждается в защите. Зная, кто здесь живёт, я просто обязан выделить средства для усиления защиты. И не просто потому, что Ангелина Геннадьевна Миллер теперь будет жить здесь. А потому, что данное поместье находится на границе Европейской Империей. А в последнее время оттуда часто проходят границу не совсем хорошие люди, которые подрывают авторитет Белорусской Империи. Именно поэтому я считаю, что пора бы уже сделать то, что нужно было сделать ещё тогда, когда жил Михаил Великий, отец Дмитрия Михайловича Великого.

Потом император ещё загнул несколько спонтанных, как для меня, идей.

И в самом конце сказал:

— Но хочу заметить ещё одну важную вещь. На днях был случай, из-за которого мне посчастливилось встретить ещё одного гения Белорусской Империи. Дмитрий Михайлович Великий смог в свои восемнадцать лет смог устоять от моей ауры, которую я использовал на все сто процентов. Он даже не дрогнул, не говоря уже о том, чтобы упасть в обморок или вообще уйти на тот свет.

А вот после этих слов Антон подавился второй раз. При этом смешно уже было мне. Благо граф не был завистливым парнем, поэтому зауважал меня ещё сильнее.

— Брат, научи! — сказал он. — Я сделаю всё, что скажешь. Только научи меня сдерживать мощь ауры нашего императора.

Ого, не думал, что ему это настолько важно. Хотя, зная этих графов и их Род, могу предположить, что Антон хочет в очередной раз доказать перед своим отцом и его знакомыми, что он крутой, весьма крутой.

Ну-с, с этим я ему вполне могу помочь. Печати уже запущены. Осталось только прокачать их достаточно, чтобы он мог делать невероятные вещи, в том числе удерживать ауру Одарённого