Теория Игры - Андрей Борисович Земляной

- Пять с половиной секунд[1]. – Военрук показал циферблат школьникам. – С закрытыми глазами. – Вот так. Воинское мастерство - вот основа боевых орденов. – И переведя взгляд на Никиту кивнул. – Спасибо Никита Анатольевич, садитесь.

После шестого урока оставались олимпиадники, разного рода общественники, и спортсмены, выступающие за школу: баскетболисты, волейболисты и прочие. Так что и после уроков здание гудело от детских голосов и скачек пробегающих по коридорам малолеток.

Никита уже давно отбился от всех общественных нагрузок кроме рисования газеты, и тех, в которых участвовала вся школа, вроде сбора металлолома или макулатуры.

Поэтому он спокойно оделся и вышел, отметив знакомый москвич, и пару парней в нём, коротко махнувших ладонью, сигнализируя что всё под контролем.

И тут словно кто-то сверху крикнул «мотор!» запуская сцену для съёмок. С дороги на большой скорости вынесся жигулёнок, пошёл юзом, и остановившись между Никитой и охраной, распахнул двери, чтобы выпустить троих мужчин.

Никита отследивший движение машины с того момента, когда она, взвыв мотором, прыгнула вперёд, сбросил портфель, уйдя в сторону багажника, и встретил первого врага мощным ударом ноги в голову, крутанув того в воздухе. Следующий ещё разворачивался, когда выхватил пяткой в висок, и последний, чуть замешкавшийся на скользком утоптанном снегу, сначала получил удар под диафрагму, а после стукнулся лицом в капот, слегка промяв его.

КГБшники уже бежали на помощь, но Никита, не обращая внимания на первых двух, вытащил из брюк ремень, и стягивал локти последнего.

- Вызывайте спецов! – бросил он. – Вдвоём вы этого не довезёте.

- Да мы… - Начал было один из офицеров, когда связанный чуть очнулся, и глядя вперёд одним глазом, коротко плеснул вокруг парализующей волной, от чего сотрудник сразу потерял сознание, а второй, находившийся сбоку, упал на колени, и замотал головой, словно рокер на концерте.

- Да, угомонишься ты! – Никита снова врезал головой нападавшего об капот, и тот снова затих.

Но первыми приехали милиционеры, вызванные кем-то из учителей. К этому моменту сотрудники госбезопасности уже как-то очнулись и связались со своими, так что ещё минут через двадцать, прибыл настоящий «Воронок», большой фургон на шасси Газ – 651 куда засунули нападавших, связав и стреножив словно буйных.

Никита поехал в кузове с ними, так как захваченный в плен всё никак не успокаивался, полосуя паралитиком всё вокруг. К счастью сквозь металл волна не пробивала, но сидевшим с Никитой сотрудникам пришлось так серьёзно, что их после приезда, сразу выгрузили и унесли в санчасть.

Никита лично зафиксировал в камере поганца, и когда туда вошёл один из знакомых ему офицеров, тот уже выдохся, злобно поглядывая вокруг единственным незаплывшим глазом.

- Ну и что за шум? – Подполковник Курахин, вопросительно глянул на Никиту.

- Представляю вам, собственно представителя расы шагран устраивающих в нашей стране фабрики по переработке людей. Никита, легонечко ткнул захваченного в челюсть, и тот раскрыл рот, показав совсем нечеловеческие зубы. – Судя по всему, их паралич не проникает через железо, так что рекомендую, вести допрос в металлическом шлеме, или его запаковать во что-то металлическое, типа мелкой стальной сетки. Он наших уже с десяток положил. Вроде не смертельно, но не думаю, что такой удар по мозгам, пойдёт кому-то на пользу.

- А ты?

- А я же московский школьник. – Никита развёл руками. – Кому как не нам иметь совершенную защиту от всякой разрушительной мозгодури?

Даже в случае поимки настоящего чёрта, в КГБ, нашёлся бы соответствующий регламент и приказ. Так случилось и с инопланетянином. Моментально доставили глухой кольчужный костюм, и сняв одежду с шаграна надели на него, приковав так, что тот мог только глазами ворочать.

Некоторое время тот изображал полное непонимание русского языка, но после стимулирующих процедур, заговорил, как и все в этих подвалах.

Никита присутствовал только в начале беседы. А после, откланялся и пошёл на выход, но был остановлен шипящим голосом.

- Мы ещё встретимся…

- Я очень на это надеюсь. – Никита вернулся, улыбнулся и похлопал по щеке пленника. – Я уверен, что тебе моя программа понравится больше чем, могут предложить здесь.

Поимка одного из представителей враждебной расы, очень многое прояснила в том, что происходит, и каковы вообще дальнейшие планы шагран. Но к сожалению, место крушения их корабля, оставалось неизвестными для членов экипажа. Корабль имел несколько десятков самораспаковывающихся установок, для изготовления обслуживающего и охранного персонала, а также запас воинов и техников на борту, для обеспечения монтажа и работы. Но самих шагран корабль доставлял вместе с капсулами, до места, где они запускали процесс, и возвращались также капсулами.

Но специалисты уже прикидывали размеры самих капсул, и средства ПВО, получали новые задания. Также оживилась воздушная и наземная операция, к которым стали привлекать армию, внутренние войска, милицию и рабочую гвардию.

Особые предписания получала каждая туристическая группа, вне зависимости от маршрута, лесники, участковые милиционеры и все те, кто работал «на земле». Информация стекалась в созданный информационный центр, и уже оттуда поступала команда на воздушную или иную разведку.

Под это дело вскрыли сотни уголовных лёжек, подпольных игорных домов, и прочих заведений, ранее покрывавшихся милицейскими руководителями. Но когда в дверь стучится спецгруппа КГБ, там уже не до откатов. Там не словить бы пулю, «при сопротивлении законному требованию сотрудников органов правопорядка».

А ещё, всё что ранее спокойно гнило, в тиши заброшенных промышленных и военных объектов, вдруг поднималось, ревизовалось, и ставилось на учёт, что стоило погон десятку армейских и статских генералов, давно списавших имущество, в свою пользу.

Никита в этой работе принимал участие как один из последних этапов проверки, когда требовалось решить, идёт ли по адресу просто вооружённая группа, либо сотрудники спецотдела. Бойцам сделали защиту на голову в виде стального шлема с сетчатыми отверстиями для глаз, и тонкой кольчужной сетки на тело, так что они вполне могли отрабатывать самые простые объекты.

А других пока и не встречалось. После уничтожения узла в старом бункере, всё остальное носило явный характер времянок, и работы на скорую руку, так что Никита спокойно отучился год и собирался провести два из трёх месяцев лета в Крыму, в кооперативном пансионате, прямо на берегу моря.

Впереди ждал десятый класс, а он