Зверь выходит на охоту - Гульнара Черепашка

- Скажешь тоже! – лицо парнишки разгладилось. – Это нужно, чтобы был такой колдун. Ты думаешь, их так много – мастеров, чующих и читающих души человеческие? Единицы! Мастеров-следопытов чуть больше, но на что им сидеть в башне? Такие разъезжаются туда, где их умения пригодятся, едва окончив обучение. В Ошакати остаются немногие. Ловцы душ и следопыты нужны на континенте. Но в башне от них проку нет, и применения их дару нет.

- А мастер Эну?! – выпалила Накато прежде, чем успела подумать.

- А ты откуда знаешь мастера Эну? – мальчишка подозрительно на нее уставился. – Мастеру Эну пришлось спешно уехать домой, в Мальтахёэ, - прибавил он.

Взгляд вновь подернулся пеленой равнодушия. Что-то неладное с парнем. Накато пригляделась. Больно легко болтает, не пытается удрать или позвать на помощь.

А Эну, выходит, в башне нет. Зачем же он приезжал? Впрочем, это, возможно, и неважно для нее. В отдалении появилась группа мастеров в коричневых и темно-синих туниках.

- Среди них есть ловцы душ? – шепнула сдавленно Накато.

Провожатый ее едва заметно мотнул головой.

- Не вздумай дернуться! – пригрозила она. – Помни про это, - она слегка приподняла сверток, заставив его чуть заметно поморщиться. – Спросят – отвечай как следует. У них не должно возникнуть тени подозрения! И шагаем резво, не замирай!

Она опустила голову ниже, ухватила сверток крепче и перевернула так, чтобы его было сразу видно.

Они разошлись со встречными магами, и Накато было мысленно возликовала. Замереть заставил окрик. Один из колдунов приблизился к ним.

- Что это вы оба здесь делаете?! – он переводил мрачный взгляд с Накато на ее провожатого. – Додумались – притащить семя земли сюда! За мной оба, немедленно! – он развернулся и зашагал в ту сторону, откуда они только что пришли.

Пришлось повиноваться. Спутник его, бросив ему несколько слов, нырнул вниз, спустился на этаж под ними, и направился в другую сторону.

- Идем-идем! – прикрикнул колдун. – Заснули, что ли? И что за необходимость была – отправлять двоих разом. Хотя они и вдвоем не справились, - ворчал он на ходу. – Как вас обоих угораздило забрести в эту часть башни? – он обернулся, окинул их взглядом. – Молчите, - пробурчал, качая головой.

Ответ ему, кажется, не требовался. Накато шагала молча, ее спутник – тоже. На лице его причудливо перемешались тревога и облегчение.

Это славно, конечно. А вот как теперь быть ей?! Она неумолимо отдаляется от своей цели, и ничего не может с этим поделать. Скоро они окажутся среди толпы колдунов, а ей это не с руки. Надо бы отделаться от этой нежданной докуки – только как?

Может, сунуть послушнику сверток и удрать? В надежде, что провожатый не сразу заметит. Вот только послушник, получив свою ношу назад, не станет ее выгораживать. Разом выложит – кто она есть, и почему они очутились в этой части башни. Не выйдет!

Нужно что-то другое.

Глава 13. Ребенок

Накато ухватила на ходу послушника за локоть. Когда он обернулся, выразительно повела бровью в сторону колдуна.

Послушник побелел. Накато чуть приподняла сверток.

- Отвлечешь его – он останется жить, - шепнула одними губами.

Бледный затрясшийся послушник кивнул. Вид у него сделался несчастный. Он-то решил, что еще немного, и с ней покончено! Ошибся. Колдун обернулся, нахмурился.

- Что у вас такое?! – осведомился он резко. – О чем шепчетесь за спиной?!

- Мастер, - робко проговорил послушник, шагнул к нему.

Как-то неловко вильнул задом, изобразил руками непонятный вензель. Колдун недоуменно наблюдал за ним. Накато глядела исподлобья, не двигаясь до поры.

Послушник пытался без слов, движениями, дать понять колдуну, что что-то не так. И надеялся, что она не поймет его затеи. Да вот незадача: она-то как раз прекрасно все поняла. В отличие от мастера башни, который растерянно наблюдал за учеником.

- Идемте, - заявил он несколько мгновений спустя. – Вам обоим нужна помощь целителя. Идемте!

- Мастер! – отчаявшийся послушник ухватил его за рукав.

- Что еще?! – тот круто развернулся, на лице проступило отчетливое недовольство.

Чтобы очутиться прямо перед ним, Накато понадобилась доля мгновения. Придерживая сверток подмышкой, ладонью увесисто припечатать колдуну в лоб.

Миг – глаза у того подернулись мутной пеленой. Взгляд сделался тусклым и бессмысленным. Колдун завалился плашмя на спину.

- Ты его, - взвизгнул послушник, кидаясь к нему и бросаясь рядом на колени.

- Жив он, жив, - буркнула девушка. – Поднимайся и идем! – прикрикнула грубовато. – Сам придет в себя, ничего ему не будет.

Послушник, помедлив несколько мгновений, поднялся. Кажется, проверял – дышит ли колдун. Уверился, что дышит, и встал. Взгляд сделался затравленным, несчастным. Вот же докука! Нет, это хорошо, что они наткнулись на колдунов. Напоминание ей – нельзя расслабляться. Ее ведет человек, которому нельзя доверять. При первой возможности он ударит в спину. И винить его за это нельзя: она для него – враг. Пришлая чужачка извне.

- Идем, - повторила она. – И постарайся выбирать такие дороги, чтобы другие пореже нам попадались.

Тот кивнул. Сглотнул тяжело, кадык на горле дернулся. Отвернувшись, потопал понуро по коридору.

В этот раз он свернул куда-то в сторону. Видимо, выбрал другой путь. Это Накато отметила между делом. Оба молчали. Послушник больше не изъявлял желания поболтать, и Накато отчего-то подозревала, что отвечать ей он тоже станет не слишком охотно.

Да и ей разговаривать не хотелось. Скорее бы добраться до крыла, где находятся дети! А потом – прочь из башни, не оглядываясь. Прочь из Ошакати.

- За последние декады в башню попали с полтора десятка детей, - сообщил хмуро послушник, когда они прошли несколько коридоров. – Так что искать среди них своего тебе придется самой.

- Найду, - огрызнулась Накато.

- Они все на одно лицо, - пробурчал ее провожатый себе под нос. – В этот раз искатели набрали черных детишек – как на подбор, - кажется, он просто болтал сам с собой – слова предназначались не для нее. – Вот и попробуй найти среди них одного черномазого горского младенца, - он фыркнул, скривил рот. Злорадно захихикал.

Кажется, ему доставляла удовольствие мысль, что она может не найти среди полутора десятков