Наследник Мудрецов - Роман Романович

Сказал же я совсем другое.

— Молодой был, глупый. Но не ты ли мне постоянно рассказывал, как сам воевал, как карьеру военного сделал и что лучше всего Дар в бою открывать?

Это было не совсем так. Но я вполне мог сыграть на том, что, будучи ребёнком, всё так и воспринял.

— Ты ещё меня в своём побеге обвини. Тогда я хотел тебя наследником сделать, но твой проступок всё перечеркнул, — сказал дед, тяжело роняя слова. — Поступить на службу, пусть и к наёмникам, — это достойный поступок. Ты мог прийти ко мне, и я бы понял. Поддержал. В том числе деньгами. Думаешь, не знаю, как сейчас с обеспечением? Дар бы тоже тебе передал. Если ты там два года один выживал, то с Даром бы и вовсе развернулся нормально. Развил бы его. А так… — махнул дед рукой раздосадовано. — Зря только рисковал. Ещё и показал всем, что на тебя положиться нельзя.

— Раз так, то съехать для меня и правда лучшее решение. Чтобы не разрушать своей неблагонадёжностью крепкий монолит семьи, — не удержался я от шпильки.

— Иди уже, — раздражённо бросил дед. — Посмотрю на тебя через пару месяцев.

Соблазнительно рассказать про свой Дар и посмотреть на реакцию деда, но я же не маленький ребёнок, чтобы долгосрочные интересы предавать в угоду сиюминутным удовольствиям. Прямо сейчас это мне ничего не даст. Даже с моральным удовлетворением пролечу. Дед возмутится и скажет, что я ещё и обманщик. Нет уж. Лучше подождать и разыграть свой козырь так, чтобы мне это дало преимущество. Мне для этого и делать ничего не надо. Теперь осталось только подождать. Ну и разыграть комбинацию сегодняшнего вечера до самого конца.

Себя, спасибо деду, я с территории условного противника вывел. Теперь надо вывести мать и Савелия. Неправильно это, противниками родных людей называть, но сами виноваты. Пусть Грань будет мне свидетельницей, сам бы я иначе предпочёл отношения выстраивать.

Не прощаясь, я вышел в коридор. Видимо, дед забыл, что мы здесь не одни находились. Я специально подхватил разговор на повышенных тонах, чтобы с гарантией внимание привлечь.

— О чём говорили? — встревоженно спросила матушка, подкараулив меня в коридоре, почти у двери кабинета.

— Да так, о всяком.

— Что хотела, Анна? — свела мать брови, внимательно изучая моё лицо, ища те ответы, которые я не озвучиваю.

Стояла она со свечой в руках, и её эмоции я мог разглядеть.

— Мам, давай без этого. Мило поболтали и всё, — улыбнулся я. — Как Савелий? Заходил к нему, видел, что спит.

— Сегодня лихорадило, но сейчас состояние стабилизировалось, — посмотрела она на меня с конкретным таким подозрением.

— Тогда можно я пройду к себе в комнату? Устал.

— Не хочешь говорить с матерью?

— Не хочу говорить, когда здесь так много ушей.

— Не скажу, что мне это нравится, но справедливо, — поникла она.

Мать отпустила меня, я же зашёл в комнату, забрал сумку и отправился на выход.

— Ты куда это собрался? — спросила мама недоуменно, увидев меня снова в коридоре.

Сама она далеко уйти не успела. Так и стояла. Возможно, думала, не зайти ли к деду.

— От щедрот своих дед выделил мне отдельную квартиру, — погремел я ключами.

— Чего-о? — чуть ли не вытаращилась она на меня.

— Жить отдельно буду. В квартире, — повторил я. — На третьем этаже. В гости зайдёшь?

— Дед отдал тебе пустую квартиру? — не поверила в мои слова мать. — Или что, он с тебя деньги взял? — спросила она как бы в шутку, но увидела, что я вовсе не смеюсь, а скорее смущаюсь, и произнесла совсем другим тоном: — Он что, с тебя деньги взял⁈

— Давай без скандалов сегодня, — попросил я. — А то меня окончательно в смутьяны запишут. Лучше пойдём со мной. А ещё лучше — перебирайся ко мне, раз здесь с тобой так плохо обращаются.

— Ну уж нет! Я это так не оставлю!

Хана деду. Ну да сам напросился.

Теперь нужно отступить, чтобы меня в скандал не втянули. Поэтому я вышел из квартиры, спустился на третий этаж, отыскал нужный номер и отпер дверь. Ключ провернулся с трудом, дверь жутко скрипела. Встретил меня запах пыли и затхлости. Сюда давно никто не заходил, а значит, мне сдали неликвид. Пройдя внутрь, осмотрелся и первым делом окно открыл. Иначе спать здесь невозможно будет. Пожалел, что не прихватил с собой свечей, но ладно, как-нибудь справлюсь. Одна комната и кухня. Места не так уж много. Зато есть кровать, правда, без матраса и постельного белья, но это лучше, чем ничего. Удобства общие, на этаже. Завтра со всем этим разберусь, а сегодня мне, походу, придётся спать на жёстком.

Но не факт. Разборки-то ещё не закончились.

Скинув вещи и заперев дверь, вернулся обратно. Скандал к этому моменту знатный разгорелся. Ор стоял такой, что я ещё на лестнице услышал. В самой же квартире и вовсе страшно находиться было. Ругались они в кабинете, и я прошёл по коридору, увидел Саву, что выбрался из постели и выглянул наружу.

— Я тут квартиру снял на третьем, — сказал ему. — Хочешь ко мне перебраться?

— Спрашиваешь, — довольно улыбнулся он. — Не хотелось бы стать свидетелем, как старику голову оторвут! Он что, реально тебе жилье за деньги сдал?

— Ещё и клятву предлагал принести.

— Круть! Мать с него три шкуры спустит! Поможешь вещи собрать? У меня немного, но один сейчас не унесу.

— Давай.

Вещи мы и правда быстро собрали. Сава прихватил фонарь, зажигалку, свечи. А ещё матрас с постельным. Формально это принадлежало семье, а не ему, но брата такие мелочи не интересовали. Вышли в коридор, там уже всё семейство собралось, не считая отца.

Мать тоже выскочила наружу, хлопнув дверью со всей дури, так сильно, что штукатурка с потолка посыпалась. Увидела нас с сумками.

— Это куда это вы собрались⁈ — рявкнула она.

— Брат ко мне перебирается, — спокойно ответил я.

Мать уставилась на нас. Перевела взгляд на других.

— Да провалитесь вы все за Грань, — в сердцах сказала она семье брата. — Отнесите вещи и