Границы - Катерина Ши

Я же подхватила Марка под руку и повела на выход.

– Я и сам могу… – нерешительно ответил он.

– Безусловно можешь, – не стала спорить. – Но пока тебя шатает из стороны в сторону, будешь держаться за меня.

Так мы и добрались до машины, где мне уже позвонил Юрий Аркадьевич.

– Вероника, что у вас там? – начал он сразу же, как только приняла вызов.

– Все живы, для меня это важнее.

– Безусловно! – воскликнул мужчина. – Марк рядом? Говорить может?

– Может…

Передала телефон мужчине, который осторожно принял его. Храбрится, а руки трясутся все равно.

– Живые, – проговорил он, пока я выезжала на дорогу. – Меня не сильно… угу… Подстроенная авария. Понимаю… Работаем дальше… Да, спасибо.

Из обрывков разговора было совершенно ничего не ясно, но Марк совсем скоро посвятил меня в суть.

– Юрий пока фирму на себя возьмет, всех гостей встретит, документы подготовят. Ты только переведи все, пожалуйста, да за коллективом немного присмотри. Тебе доверяют все.

– Сделаем в лучшем виде.

– Авария подстроенная была, конкуренты, что б их. Не нашли ничего лучше, как убрать с пути.

– Надо их найти и наказать…

– Елисей обещал записи с камер найти, а мои уже работают.

– Вот и славно! Со всем справимся, не переживай. Тебе сейчас поправиться нужно. Чтобы через две недели был как огурчик!

– А что у нас через две недели? – пробормотал Марк.

– Благотворительный вечер в музейно-выставочном центре, – отчеканила я.

– Где будут все и каждый, – подытожил начальник. – Я об этом совсем забыл. Пойдешь со мной?

– Естественно! Не оставлю же я тебя один на один с этими пираньями?

Так за разговорами до дома и доехали. Марк далеко ни с первого раза нашел ключи, открывающие ворота, а потом и вовсе отдал мне связку.

– Дома есть запасные в ящике в коридоре, забери себе.

– Договорились.

Добравшись до квартиры и оценив состояние больного, приняла решение хоть чуть-чуть его отмыть. Вещи восстановлению не подлежали, да и Марк решил, что нечего за них держаться. Рубашка все равно пришла в негодность, как и брюки.

– Все есть, главное жив, остальное мелочи.

Пока он раздевался прямо в коридоре, сделала ревизию кухни и поняла, что доставка должна меня спасти.

– Ты все? – уточнила, не выглядывая в коридор.

– Все…

Голос мне его не понравился…

Собравшись с мыслями и приняв для себя решение, что сейчас передо мной человек, которому нужна помощь, а не мое смущение, вышла к Марку. Он стоял с закрытыми глазами, держась за стену.

– Давай отложим помывку…

– Ни за что… Надо с себя все смыть, хотя бы частично.

Конечно же мы воспользовались душевой на первом этаже, конечно же мне пришлось подключиться, отбросив весь стыд и сомнения в сторону. Стянула юбку и кофту, быстро сняла чулки. Прямо в нижнем белье залезла к Марку под воду, стала саморучно отмывать его от застывшей крови, минуя рану на лбу, отмечая, что правая рука имеет огромную гематому, о которой врач мне сказал, благо перелома нет, но ушиб сильнейший.

Синяки нашлись и на плечах, на шее…

Горячие руки легли мне на талию. Наши взгляды встретились.

– Вам, больной, многое противопоказано! – погрозила пальцем.

– А потом? – уточнил мужчина, гипнотизируя меня своим взглядом.

– А вот потом и поговорим…

Ладони проехались чуть вниз, потом снова поднялись выше и застыли, удерживая меня в одном положении.

– А если хочу сейчас и потом…

– Увы, – развела руками, выключая воду, – сейчас у тебя сильно кружится голова. Стоишь ты благодаря тому, что облокотился на стену. Терпения бы вам, Марк Сергеевич.

– Да как тут терпеть-то, – возмутился он. – Когда вот такое у меня в руках…

– Как-нибудь…

Откуда только выдержка взялась у меня шутить и переводить разговор. Тело горело от прикосновения, внутри все плавилось от жадного взгляда. Но нельзя… Никак нельзя! А если станет хуже? Да я себе потом не прощу!

Из ванной выбирались по очереди. Марк закутался в полотенце, я в халат.

Довела мужчину до гостиной, где был огромный диван, разложила его ни без подсказки.

– Жди, постельное принесу…

– В комнате моей, в шкафу…

Марк опустился на диван… И, пока я бегала на второй этаж, искала постельное белье и подхватывала подушки, он уснул. Сидя.

– Ладно, ты занял только край… – пробормотала, застилая диван наполовину. – Марк…

– Угу… – ответил он, перебираясь на подушку.

Я только успела в ногах все расправить, как он сел обратно.

– Вот так голова не кружится…

– Спи как удобно…

Вернулась в коридор, собрала разбросанные вещи, в ванной сняла мокрое белье, а из спортивной сумки, которую привезла с собой, достала новый комплект, джинсы и водолазку.

Пока Марк спит, закажу еду, встречу сына и буду караулить мужчину ночью.

Ничего, я его поставлю на ноги, а потом…

А потом… Я вспомнила руки, вспомнила широкие плечи. А это будет потом, обязательно!

Глава 14

Вероника Михайловна

Вечер выдался тяжелым.

Я готовила, параллельно следила за Марком, которому было то хуже, то лучше.

Сын привез лекарства в больницу, отзвонился, потом заскочил к нам.

Зайдя в квартиру, прошел, осмотрелся.

– Все будет хорошо, не паникуй!

– А я и не паникую, – ответила.

– Шарлотка, два пирога, гуляш, котлеты – это конечно не паника.

– Это я на всех готовила… – сын скептически посмотрел на меня. – Ладно, не переживаю.

– Вот-вот. Завтра найдем все записи с камер, благо знакомых много, так что решим любую ситуацию.

– Спасибо, сынок!

– Только без слез! Ты же помнишь, я почему-то тоже начинаю реветь, а мне не положено по статусу. Люблю! На связи!

Закрыв за Елисеем дверь, убралась в кухне и пришла к Марку. Обезболивающее сделали свое дело, ему стало легче, с подушек сполз. Дыхание было ровным, но я все равно укладывалась рядом с ним осторожно, боясь потревожить. Плохо ему будет первые несколько дней, потом все станет хорошо.

Главное потерпеть… Почему-то уверена, он даже не признается, что ему хуже, хотя хуже будет. Но я мать на опыте, от меня подобные вещи не скрыть и не спрятать.

В следующий раз я проснулась ночью от того, что мужчина рядом со мной закряхтел и тяжело повернулся на бок. Я замерла мышкой, во все глаза смотря на Марка, который совсем скоро затих, опустив свою тяжелую ладонь мне на талию.

Не знаю как ему, мне вот было крайне непривычно. Я всегда долго находила то самое удобное место и положение в кровати, при котором можно было уснуть. Вчера же, понятное дело, устала, переволновалась, тело и голова расслабились быстро, а сейчас что-то немного непривычно.

Дыхание Марка выровнялось,