Его звали Тони. Книга 1 - Александр Кронос

Снаружи стемнело. Я добрил, размышлял и периодически вспоминал жопу Василины. Всплывала она после сегодняшнего марафона наслаждения, не так часто, но всё равно регулярно. Жаль, забыл обменяться с девушкой контактами. Но ничего — завтра дойду ногами.

Вот собственники у шахматного клуба оказались непростыми. Чтобы к таким подобраться, требовался хороший план. Пришлось напрягать мозги и думать. Учитывая время, закончилось это вполне логично — в какой-то момент я отключился. А потом мне начало сниться странное.

Глава XIII

Вам когда-нибудь снилось, что вы смотрите на самого себя извне? Странная хреновина, правда? А если тело вдруг начинает на ваших глазах расплываться, всё становится вовсе непонятным.

Хотя постойте. Я же сейчас на тень смотрю. Только свою собственную. И чего-то не так уж она напоминает амёбу под таким углом.

Как-то не похоже это на сон. Что тогда? Меня же не убили во сне? Маги так вообще могут? Хотя у меня во дворе Кью. Рядом с мглистыми созданиями, магия работает хаотично. Чем те крупнее, тем хуже получается творить эти их волшбу. Или как тут эти сверхлюди свои способности на публике демонстрируют.

А это ещё что? Какого лешего моя тень расслаиваться начала? Стоп. Чего-то я совсем теряюсь.

Последняя мысль заставила отпрянуть немного назад и это внезапно вышло. Я действительно отодвинулся, теперь охватив взглядом всю картину. А стоило пожелать приблизиться, как всё немедленно укрупнилось.

Душой это точно не было. Сомневаюсь, что та должна была вот так охватывать всё тело. Даже странно — раньше мне казалось, что это просто бесформенный сгусток. Теперь же это выглядело, как странная полупрозрачная хреновина, которая дублировала практически все органы.

Ладно. Я вижу свою астральную тень. Или тело. Хрен его знает, как его правильно назвать. Что с ним делать?

Как выяснилось методом осторожного тыка, у меня выходило относительно легко работать с разными частями этой странной штуковины. Заставлять лучше проявляться одни и притушивать иные. А когда я сконцентрировал внимание на участке тени, что облегал лёгкие, он вдруг начал разделяться. Как луковица, которая прямо у тебя на глазах распадается в воздухе.

И вот тут мне как-то поплохело. В буквальном смысле. Расплылось всё и появилось ощущение, как будто в пропасть проваливаюсь.

Переключить внимание я постарался с такой скоростью, что случайно «резанул» взглядом ещё по одной части тени. Той, что располагалась на бицепсе. Изумлённо уставившись на дело своих рук. Или глаз. Хрен его знает, чем я это сделал и как.

Но факт оставался фактом — я видел отчётливую царапину. А следом за ней, вдруг проявился целый набор символов, вырезанных на моей астральной тени. До того я не видел ни одного, а теперь лицезрел не меньше десятка. Странного вида хреновины. Что-то среднее между рунами и азиатскими иероглифами.

Это что вообще? И как? Понятно, что походу старый владелец тела нацарапал. Но для чего? Может они сильнее делают? Или ещё как-то на организм влияют.

Хм. Один символ вон в паху стоит. Интересно. Возможно это из-за него у меня такая дикая выносливость в постели, а у остальных даргов дела обстоят чуть хуже?

Сами понимаете, мне немедленно захотелось что-то изобразить. Ну а что? Чем я хуже других астральных воителей?

Вот только что именно? Книг я раньше читал немало. Хорошо отвлекали после напряжённых рабочих будней. И там вариаций разных таких хреновин была масса — от татуировок на «тонком» теле до всяких чудных способов усилений. Причём они всегда работали.

Но то книги. А здесь настоящий я. Сейчас нацарапаю какую-то странную херню, а потом на ноги подняться не смогу. Или вообще сдохну. Чего не хотелось бы — новая жизнь мне очень даже по душе.

Знаете, что я выяснил, пока раздумывал, какой вариант лучше использовать для теста? В таком состоянии тоже можно уснуть. Просто, легко и непринуждённо отключиться, погрузившись в свои мысли.

* * *

Первое о чём я подумал утром — к следующей ночи надо будет прикинуть, что именно опробовать в качестве тестовой «гравировки». А ещё отыскать кровать. Заколебало спать на полу. Оно вроде и норм — дарги выносливые. Сквозняки не страшны, жрать могут почти, что угодно и под Мглой чувствуют себя отлично. Но постель как-то привычнее. И женщину, опять же, позвать можно.

Во дворе происходило что-то странное. Гоблины тягали самопальные спортивные снаряды. Ухали, япились и пели.

— Тренболон колю в очко, — рявкнули тридцать шесть глоток. — Чтобы стать большим-большим качком!

Это у них мотивация от награды личным оружием так мощно включилась?

— В дверной проём вхожу бочком, — выдал новую фразу хор зеленокожих коротышек. — Люблю печеньки с молочком!

Стёбную песню я напел им вчера, когда ушастики уже почти дошли до предела и требовалось их чуть взбодрить. Тогда сработало — ржать они уже не могли, но настроение у гоблинсов поднялось.

О том, что они могут её запомнить и начать петь самостоятельно, я в тот момент не подумал.

— Япнул с утра тестостерон, — на этой строчке подключилась залаявшая Кью. — Поднял на бицепс пару тонн.

Ладно. Если им реально помогает — пусть поют. Почему бы и нет. Главное — тренируются.

Йорик обнаружился на крыльце. Кобольд сидел на ступенях, наблюдая за гоблинами и методично чистил одну из трофейных двустволок.

— Мягкого утра, наставник, — глянув на меня, он кивком указал на тренирующихся гоблинов, которые выдали новую строчку. — Вы вдохнули в их сердца готовность к развитию.

Тут скорее сработало желание получить себе пистолет. Огнестрельное оружие производило на ушастиков неизгладимый эффект. Кэп, когда я вручил ему награду, скорчил такую морду, что я подумал, карлика сейчас приступ хватит.

— Подход, подход, ещё подход, — снова заорали коротышки. — Мне бара-бара, ещё подход!

Интересно, в этом мире ещё есть попаданцы? Надеюсь нет. А если есть, то они далеко отсюда. Или незнакомы с текстом. Он всё-таки локально популярен. Мне его, как раз один любитель качалок и дал послушать.

— Ты и в чистке оружия разбираешься? — я наконец понял, что меня смущает в утреннем занятии Йорика.

— Воспользовался памятью предков, — проскрипел тот в ответ, продолжая ловко орудовать пальцами.

Чем-чем он там воспользовался? Памятью предков? Уставившись на него, я ожидал продолжения. Но кобольд похоже счёл объяснение полностью исчерпывающим — так и продолжил меланхолично чистить ружьё.

—