Заберу твою жену - Мария Сергеевна Коваленко

Как итог, у нас набирается целый комплект палок разной длины и толщины. Под руководством Германа сын выбирает из них две. Мужчины скрепляют их широким скотчем. А затем Боровский предлагает свои шнурки в качестве «веревки для лассо».

- Только снимать их придется вам. Мне немного трудно сгибаться. – Герман осторожно жмет плечами, и лишь сейчас до меня доходит причина его опоздания.

Этот герой сам надел на себя штаны, кроссовки, футболку и ветровку! Без помощи своей гламурной ассистентки или Надежды. Несмотря на боль, он сделал все, чтобы не выглядеть перед сыном развалиной.

- Я сниму. – Пока Роберт не спросил, что случилось, я опускаюсь на землю. Начинаю развязывать шнурки.

- Спасибо, - тихо шепчет Крепкий орешек. На миг он касается подушечками пальцев моих волос. Легко, почти незаметно. И сразу же прячет руку за спину.

Когда заканчиваем с лассо, мой мальчик сам предлагает Герману зацепить дрон. Он больше не пытается быть самостоятельным и не стесняется просить о помощи.

Результат такой дружной работы не заставляет себя ждать. Уже с третьей попытки побелевший от напряжения Боровский накидывает петлю из шнурка на лопасть. Затягивает лассо. И спускает игрушку на землю.

Радостный сын тут же выключает свою пропажу и кладет в пакет.

- Отлично поработали, - поздравляет его Герман.

- Вам спасибо! – впервые за время встречи Роберт задерживает взгляд на лице Боровского.

- Ты бы и сам справился. Я помог только шнурками.

Вместо того чтобы снова затянуть кроссовки, Герман кладет шнурки в карман.

- Про петлю я бы не додумался, - признается сын.

- У тебя появилась бы другая идея.

- Наверное... – Роберт мнется, будто хочет сказать что-то еще и не решается.

- Я уже управлял такими дронами. Если хочешь, я могу тебя завтра поучить.

- Правда?! – На радостях малыш совсем забывает смущаться. Сияет как маленькое солнышко.

- Можем встретиться здесь после детского сада. Я за это время изучу все технические характеристики твоей модели.

- Да! Это было бы здорово!

Сын всматривается в своего спасителя еще внимательнее. Скользит взглядом и по одежде, и по лицу.

Наверное, если бы не синяк и ссадина, он обязательно узнал бы ухажера воспитательницы. К счастью, бойцы мужа качественно поработали над «маскировкой».

- Если еще что-то будет интересно, спрашивай. У меня нет никаких дел, так что с удовольствием помогу тебе.

- Ясно... – Роберт переплетает мои пальцы со своими. – А у вас что, нет детей?

Не знаю, как мой мальчик додумался до этого вопроса. И с чего бы ему вообще интересоваться чужим дядей. Однако вопрос попадает в цель. Лицо Германа темнеет, и он сам, словно не может больше стоять, присаживается на корточки.

- У меня есть сын, - тихо произносит Боровский. – Такой, как ты.

- Вы его, наверное, тоже учите? – Роберт сильнее сжимает мою ладонь.

- Он... – Герман откашливается. – Он много лет жил далеко от меня. Мы даже не виделись.

- Бывает. Мы с папой рядом, но он не учит.

Впервые в жизни я слышу, чтобы сын жаловался на Мишу. Обычно он сдерживает все эмоции. Не рассказывает о семье даже в саду. А тут... Не узнаю своего закрытого ребенка.

- Иногда так бывает, что дяди и тети заняты лишь взрослыми вопросами. У них вечно не хватает времени на детей. – Горько улыбается Герман. – Но я уверен, что у тебя тоже скоро все будет хорошо. Папа будет заниматься только тобой... – Он поднимает на меня взгляд. - И мамой.

Глава 41

Глава 41

Катя

Встреча на детской площадке окончательно выбивает почву из-под ног.

Герман так быстро и эффективно решает наши с сыном проблемы, что хочется довериться – рассказать о папе, уберечь от ареста.

Однако намертво вшитая в голову осторожность вынуждает молчать и ждать.

Как бы мне ни хотелось расспросить Германа о планах, вечером мы вежливо прощаемся. Роберт договаривается о завтрашней учебе. А затем, оставив нашего гостя на площадке, идем в дом.

По графику впереди ужин, вечерняя сказка и купание. Но стоит мне отвести сына в его комнату, Миша требовательным голосом просит зайти к нему в спальню.

- Что-то случилось? – Я закрываю за собой дверь. Не хочу, чтобы Роберт случайно услышал нашу «милую» беседу.

- Я не разрешал тебе использовать сына! – рычит муж.

- Как использовать? О чем ты?

- О вашей милой встрече с Аристарховым на детской площадке. – Миша отходит от окна и сжимает кулаки.

- Это случайность! Мы гуляли, и он тоже вышел подышать свежим воздухом.

Муж не мог узнать о моем приглашении. Я шептала это так тихо, что сам Герман с трудом услышал.

- Думаешь, я верю в совпадения? Считаешь меня полным идиотом?

- Нет, конечно, не считаю. - Встряхиваю головой. – Для чего мне делать это специально? Он наш гость и твой партнер. Мне нет от него никакой выгоды.

- Ты всерьез не понимаешь, какой актив этот пацан?

Зло хмыкнув, Миша быстрым шагом надвигается на меня. Распарывает воздух как громадный атомный ледокол.

- Актив? – Мне противно повторять.

- Ни Аристархов, ни одна живая душа не должны узнать, чей это ребенок на самом деле! – шипит Миша, хватая меня за горло. – Ляпни ему хоть слово, и сдохнешь!

Он краснеет от злости и сжимает так сильно, будто хочет убить прямо сейчас. В другой ситуации я бы испугалась. А сейчас не получается.

Мне смешно!

Миша жутко боится, что я найду ему замену – другого кандидата на империю Боровских. Он видит соперника даже в своем новом драгоценном партнере. Опасается его до одури. И при этом не подозревает, что рядом не только будущий наследник, но и его отец. Призрак, вернувшийся с того света.

- Чего улыбаешься? Совсем долбанулась?!

Миша резко отпускает.

- У меня слишком много заданий в последнее время, - отшатываюсь.

- У тебя одно задание! – Трясет перед моим лицом указательным пальцем. – Залезть в кровать и в голову Аристархова. Никаких знакомств, совместных игр и прочей херотени на детской площадке.

- Хорошо. Поняла. – Киваю для пущей убедительности.

Не знаю, как я объясню Роберту, что гость не будет учить его управлять дроном. Не представляю, как смогу держать Боровского на расстоянии. Эти двое