Кафедра и трон. Переписка императора Александра I и профессора Г. Ф. Паррота - Андрей Юрьевич Андреев

404

Эта идея впервые была предложена Парротом еще в начале февраля 1805 г. (см. письмо 44). Но Комиссия по принятию прошений будет учреждена только в 1810 г. в рамках реформ М. М. Сперанского.

405

Итогом рассмотрения плана Паррота в Главном правлении училищ явилось то, что на заседании 18 мая 1805 г. (см. о нем в письме 66) было предложено передать этот проект на отзыв «дворянских и городских обществ губерний округа Дерптского университета» (РГИА. Ф. 733. Оп. 56. Д. 65. Л. 2 об). Но это рассмотрение на местах затягивалось на многие месяцы, причем наибольшую активность проявляло лифляндское дворянство, пытавшееся сопротивляться проекту, ссылаясь на недостаток финансовых средств местных помещиков и на неудобства «двойного начальства» над школами со стороны органов Министерства народного просвещения и лифляндской консистории (ср. письмо 94).

406

Речь идет о поправках к Положению о лифляндских крестьянах 1804 г. и о работе окружных ревизионных комиссий, которые должны были оценивать качество земли для точного определения объема барщинных работ в зависимости от их цены (прежде этот объем помещик устанавливал сам, исходя из заниженной цены).

407

29 июля 1805 г. Александр I распорядился о выделении дерптским профессорам квартирных денег – по 500 руб. в год каждому, или суммарно 14 500 руб. (Петухов. С. 192). Прибавка составила 11,5 % от всего университетского бюджета и была необходимой из-за начавшегося роста цен, коснувшегося в первую очередь западных российских губерний; впрочем, Паррот указывал на желательность этой меры для Дерптского университета еще в 1803 г.

408

Эту должность в 1803–1827 гг. занимал Карл Готлоб Зонтаг (см. Аннотированный указатель имен).

409

Шведский термин Arrende означал в Прибалтике временное право на получение дохода с земли или находящихся на ней строений.

410

Этот вопрос в мае 1805 г. был отделен от вопроса о сельских приходских училищах – на последние рассчитывали получить деньги от местного дворянства (что потребовало обсуждения проекта с губернскими представительными органами), тогда как открытие семинарий для учителей и городских приходских училищ целиком зависело от того, будут ли пущены на них определенные казенные средства (в частности, деньги, вносимые городами в приказ общественного призрения).

411

Александр I выехал из Петербурга 9 сентября 1805 г., направляясь сначала в Берлин, а затем в Моравию, куда уже выступила русская армия.

412

На л. 9 карандашом в виде таблицы представлена подробная роспись количественного состава всех армий этих стран, подтверждающая приведенные суммарные числа.

413

На побережье Ла-Манша, в Булони летом 1805 г. стояла 60-тысячная армия Наполеона, готовая высадиться на английский берег. Для переправы Наполеон собрал флотилию из небольших гребных и парусных судов, которая со стороны океана должна была поддерживаться франко-испанским флотом адмирала Вильнёва. Но поражение последнего в битве у мыса Финистерре 22 июля 1805 г. разрушило надежды на организацию вторжения в Англию, и в результате французская армия из Булони была переброшена на Дунай, чтобы противостоять Австрии и России.

414

Об отправке Новосильцева на переговоры см. в комментарии к письму 69. Паррот имеет здесь в виду осложнение русско-прусских отношений. В августе 1805 г. по причине вступления Швеции в войну с Францией Пруссия заявила, что «ради сохранения мира в Германии» будет вынуждена оккупировать шведскую Померанию, на что решительно возражала Россия, готовая этому воспрепятствовать, в том числе военным образом. Тогда же Россия обратилась к Пруссии с просьбой о свободном проходе для вступления русских войск в Ганновер, но получила отказ (с обещанием препятствовать этому силой), что опять-таки ставило обе страны на грань военного конфликта. Вообще, проявления «прусского нейтралитета» всячески восхвалялись Наполеоном, но осуждались Россией, поскольку этот нейтралитет фактически был на руку Франции.

415

Паррот здесь и далее использует понятие «Левант» в исторически наиболее широком смысле, имея в виду всю восточную часть Средиземноморского региона, находившуюся тогда под властью Османской империи.

416

Именно такой план вынашивался тогда в Министерстве иностранных дел под руководством князя А. Чарторыйского (который хотел использовать русско-прусскую войну, чтобы начать восстановление польского государства). Паррот мог знать об общих контурах этого плана из личных бесед с Чарторыйским.

417

Александр I навестил в Веймаре великую княжну Марию Павловну 26–28 октября / 7–9 ноября 1805 г.

418

Текст письма, которое в день несостоявшейся встречи с императором Паррот написал у Гесслера (очевидно, без черновика), не сохранился.

419

Написана за день до встречи, дата которой устанавливается по следующему, датированному письму.

420

Заметка Паррота касалась освещения Аустерлицкой битвы в прессе, но профессор не хотел, чтобы князь А. Чарторыйский как глава внешнеполитического ведомства официально об этом знал.

421

Паррот был представлен императрице Елизавете Алексеевне лично самим императором в конце прощальной аудиенции 15 декабря 1802 г. (Бинеман. С. 169).

422

Заметка упоминается Парротом в этом письме, а также в письме 90, и судя по ним, Паррот передал этот текст на одобрение Александру I на их встрече 11 января и надеялся на его скорую публикацию в официальной газете на немецком языке «St.-Petersburgische Zeitung». Паррот здесь преследовал цель выступить против выпадов наполеоновской пропаганды и дать более благоприятную картину результатов битвы в глазах европейского общественного мнения. Помимо текста на французском Паррот также подготовил его перевод на немецкий язык (л. 9–10 об.); оба варианта содержат сходную черновую правку.

423

Генерал Савари, адъютант Наполеона, был им прислан в штаб Александра I, чтобы «поприветствовать российского императора». В качестве ответной миссии генерал-адъютант Александра I князь М. П. Долгоруков перед сражением прибыл в расположение французской армии, которую в разговоре с Наполеоном якобы назвал тогда «наполовину разбитой» и защищенной наспех сооруженными укреплениями, а затем высказался по политическим вопросам «с невообразимой дерзостью», «полностью игнорируя интересы Европы и ситуацию на континенте» и выступая «глашатаем Англии» (30-й Бюллетень Великой армии).

424

После поражения под Аустерлицем император Священной Римской империи Франц II (он же – австрийский император Франц I) заявил о бессмысленности продолжения борьбы и 26 декабря 1805 г. подписал