Целитель - Gezenshaft

— Так, все вы распределены в одну комнату, — я открыл дверь в эту самую комнату. — Ваши вещи уже там. Заходите, распределяйте, кто где хочет жить, но помните — все места совершенно одинаковы. Вопросы?

— Не… — сонно потянули двое ребят, а остальные только отрицательно качнули головами.

— Вот и отлично. Подъём у нас в семь утра. Проспать не получится — сам Хогвартс вас разбудит. Правда, после этого можно лечь спать дальше, но не советую — первые дни довольно важны, а за прогулы снимают баллы. Кто бы мне сказал о том, зачем они вообще нужны…

Последнюю фразу я сказал довольно тихо, но достаточно для того, чтобы ребята её услышали и улыбнулись, заходя в комнату.

— Спокойной ночи, — пожелал я им вслед и закрыл за ними дверь.

В гостиной по-прежнему было людно — всё-таки ученики постарше могут себе позволить отправиться спать несколько позже. Могут позволить как физически, меньше уставая и не вырубаясь на ходу, так и морально — кого в нашем возрасте волнует, что завтра рано вставать?

Подойдя к мадам Спраут, что сидела на кресле за столиком, а напротив неё на диване — Ханна, я присел рядом с подругой и приготовился внимательно слушать пока не начавшуюся речь декана.

— Итак, ребята, — она посмотрела на нас внимательно и, одновременно с этим, доброжелательно. Декан почти не изменилась за лето, разве что седины в кудрявых коротких локонах прибавилось. — Хочу поздравить вас с тем, что вы стали старостами.

— Спасибо, мадам Спраут, — вежливо кивнул я, как и Ханна.

— Для начала, о расписании. Оно уже составлено — заберёте завтра в районе семи часов и раздадите. Вы уже знакомы с обязанностями старост?

— Да, — улыбнулся я. — Гермиона, моя сестра, выучила всё наизусть и зачитала всем ещё в поезде.

— Хорошо, — мадам Спраут улыбнулась в ответ. — График дежурств на сентябрь тоже уже составлен, вот…

Декан вытащила откуда-то из мантии два тонких листа пергамента и протянула нам.

Взяв их, мы быстро ознакомились — там не были указаны старосты других факультетов, только лишь мы. Что могу сказать — ничего особенного. В среднем получалось около двух дежурств в неделю. Полночи на смену. Эх…

— Раз уж вы все свои обязанности уже знаете, то мне нет нужды их рассказывать. Но если вдруг у вас возникнут какие-то вопросы — смело обращайтесь.

— Конечно, декан, — кивнула Ханна.

— И вот ещё, — мадам Спраут словно что-то вспомнила вот прямо только что. — Вам, как и остальным старостам, нужно будет подойти ко мне завтра в течение дня. Нужно будет получить информацию по факультетским клубам. И к директору — за информацией о школьных. Там мы всё расскажем — что, зачем и почему.

— Понятно.

— Что же, в таком случае, хорошего вам вечера.

Мадам Спраут встала с места, и мы с Ханной тут же поднялись вместе с ней — своеобразный этикет, похоже, у обоих в крови.

— Ну что, — улыбнулась девушка-блондинка. — Как тебе первый день в роли старосты?

— Пока непонятно, но я чувствую кучу проблем, а мой график саморазвития претерпит очевидные изменения.

— Это точно, — кивнула она. — Но, думаю, мы справимся. Ладно, я пошла спать.

— Спокойной ночи.

— И тебе.

Ханна ушла, а я направился к Герберту и Тамсин, которые о чём-то тихо шептались на одном из диванчиков.

— Итак, — я присел рядом, с другой стороны, от Герберта. — По команде…

— Внимаем тебе, о великий! — начал паясничать Герберт, но тут же получил кулачком в бок от Тамсин. — Ай, понял, понял! Я хороший… То есть, плохой — Гектор хороший.

— Именно, — кивнула девушка.

— Собственно, что я хочу сказать, — лицо моё приняло серьёзное выражение — я буквально чувствовал это каждой клеточкой кожи. — Капитаном я точно не буду, иначе я просто умру.

— Ладно, это понятно, — кивнул Герберт. — Ты и так-то мало времени находил на отдых в прошлом году. Да и позапрошлом. С чего вдруг на вратаря позарился?

— Чтобы не ходить на тренировки, очевидно.

Моя улыбка вызвала легкое непонимание у ребят.

— Ну смотрите. С моими навыками я и так не пропущу ни одного квоффла — форс-мажоры не учитываем.

— Хм… Справедливо, — улыбнулась Тамсин. — Дальше можешь не говорить. Таким образом, ты даёшь всем возможность играть на интересных ролях. Исключаешь себя из тренировок, ведь вратарь, по сути, в командной игре не участвует.

— Да.

— И освобождаешь время для своих занятий и обязанностей, — покивал Герберт, задумчиво поглаживая подбородок.

— Именно.

— Ладно. Допустимо. Мы с Тамсин разберёмся, кто будет капитаном. Хотя тебе это был бы ощутимый плюс.

— Не-не, — замахал я руками. — Хватит мне плюсов. У меня допуск в Особую Секцию есть.

— Ого! — они одновременно высказали своё восхищение.

— Вот-вот. Мне по максимуму нужно уделить время книгам и информации по магии — где я потом буду брать подобное по продвинутым темам? Когда окончу Хогвартс.

— Так в домашней биб… Оу-у… — до Герберта дошло. — Я иногда забываю, что в этом плане ты гол как сокол.

— Спасибо на добром слове, дружище.

— А че? На правду не обижаются. Ладно. Тут я тебя понял. Да и тем более, у нас же принцип — квиддич не ради победы, а ради игры. Какой во всём этом смысл, если приходится жертвовать своим будущим?

— Ты че-то поумнел, что ли? — Тамсин отыграла очень натуральное удивление. — Неожиданно, прям.

— Ну таки-да, — возгордился Герберт. — Расту, понимаешь, над собой. Не вечно же мне быть без царя в голове, словно бладжером контуженный. А то стану, чего хорошего, похож на Людо Бэгмена. Чего мне толку с известности, если буду дураком?

— Так что? — прервал я поток мыслей Герберта. — Возьмётесь за капитанство?

— Решим. И вратаря, пожалуй, тоже тебе уступлю, — Герберт похлопал меня по плечу. — Всё равно загонщиком хочу попробовать — это у меня лучше получается. Значит, будем открывать набор на ловца, загонщика и двух охотников.

— Пожалуй. Но если что, ты сам знаешь, Герберт — я на любую роль могу встать.

— Только не надо на ловца — ещё одну такую нелепую игру я не переживу.

— Только если никто не будет хотеть играть матч вообще.

— Договорились.

— Тогда, — я встал с дивана. — Покидаю вас.

— Давай, — Герберт и Тамсин махнули рукой.

Оглядевшись, понял, что больше ни с кем из присутствующих у меня нет необходимости говорить о чём-либо, а все наши — однокурсники, имеется в виду — уже разошлись кто куда. Подумав и покрутив мысли и планы, я попросту отправился в свою комнату — пора бы и поспать. Предстоят сложные и загруженные две первые недели, за которые надо решить действительно много вопросов. Эх… Вот делать Седрику нечего было, кроме как предлагать мою кандидатуру. Но, с другой стороны, не убоимся сложностей, да?