Кафедра и трон. Переписка императора Александра I и профессора Г. Ф. Паррота - Андрей Юрьевич Андреев

также Ганновера и небольших княжеств в центре и на западе Германии летом 1807 г. было образовано Вестфальское королевство, королем которого провозглашен Жером Бонапарт. Он же первоначально планировался и на трон герцогства Варшавского, также созданного по условиям Тильзитского мира (но в итоге на него взошел король Саксонии Фридрих Август I). Здесь Паррот имеет в виду возможное присоединение к герцогству Варшавскому еще и австрийской Галиции.

510

В январе 1807 г. Паррот был награжден орденом Св. Владимира IV степени за заслуги в деле открытия училищ Дерптского учебного округа.

511

См. комментарий 6 к письму 108.

512

Имеется в виду сделанное Парротом в письме 127 предложение стать личным секретарем Александра I.

513

«Russisches Jahrbuch der Pharmazie» – первый в Российской империи фармацевтический научный журнал. Издавался в Риге в 1803–1810 гг., содержал публикации на немецком и французском языках.

514

Кредитная касса дворянства Лифляндской губернии (позже – Лифляндское дворянское земельное кредитное общество) была основана указом Александра I от 15 октября 1802 г. по представлению ландрата Ф. В. Сиверса.

515

Осенью 1807 г. Главное правление училищ разработало собственный проект устава Митавской гимназии, который должен был ей компенсировать утрату прежнего, дарованного герцогом Курляндским. В ответ Клингер в очередной раз высказал протест против утверждения особого статуса этой гимназии в какой бы то ни было форме (о предыстории вопроса см. письма 107 и 111, а также комментарии к ним).

516

Демидовское высших наук училище, основанное в Ярославле на средства П. Г. Демидова, согласно своему Уставу, утвержденному 28 января 1805 г., действительно выделялось среди прочих училищ Московского учебного округа как «первая ступень непосредственно после университетов, в Империи существующих»: оно имело расширенную по сравнению с гимназиями программу преподавания, увеличенный штат учителей, а также получило право для своих выпускников на поступление в гражданскую службу в 14-м классе по Табели о рангах.

517

18 ноября 1807 г. министр народного просвещения подал всеподданнейший доклад с приложением устава Академической гимназии в Митаве, но его одобрения Александром I не последовало (РГИА. Ф. 733. Оп. 56. Д. 7. Л. 357).

518

Согласно Конституции герцогства Варшавского, провозглашенной Наполеоном 22 июля 1807 г. в Дрездене, все крестьяне объявлялись лично свободными и получали гражданские права (но без прав владения своими землями, которые по-прежнему принадлежали помещикам).

519

По всей видимости, речь идет об отставке Новосильцева с поста попечителя Петербургского учебного округа и, соответственно, его выходе из состава Главного правления училищ. Хотя отставка дана не была, но вскоре после этого Новосильцев полностью отошел от дел и взял бессрочный отпуск. Его удаление от двора завершило произошедшее к концу 1807 г. расставание Александра I со всеми своими «молодыми друзьями», к которым Паррот с 1802 г. питал искреннюю симпатию.

520

На встрече с Парротом в Вольмаре 3 июля 1807 г. Александр I пообещал пожертвовать 100 рублей, чтобы профессор Гриндель мог объявить в своем журнале конкурсную задачу за вознаграждение, но эти деньги от императора так и не поступили (см. письмо 130).

521

Судя по оттенку чернил, Паррот написал это предложение позже, причем более «взволнованным» почерком, а потом зачеркнул его, желая как можно строже сохранять формальный тон. Но уже через неделю профессор не выдержал переполнявших его чувств и разразился, наконец, откровенным письмом.

522

Письмо датировано, но без указания года. Из содержания следует, что это именно то письмо, которое Александр I написал в Петербурге, отправляясь на конгресс в Эрфурт, и передал Парроту, проезжая через Дерпт (см. следующее письмо).

523

Речь идет о денежной сумме, компенсировавшей расходы Паррота, о которых тот упоминал в письмах 134 и 135.

524

28 февраля 1809 г. были изданы «Дополнительные статьи в пояснение Положения о правах и повинностях Лифляндских крестьян 20 февраля 1804 г.», где регулировались многочисленные детали, не учтенные первоначально, по применению на практике законодательных норм «Положения». В частности, была установлена точная оплата труда безземельных крестьян-батраков, а максимальная продолжительность барщины ограничена 12 часами в день. В то же время землевладельцы получили право выселять крестьянина с его участка, если результаты его труда не устраивали помещика.

525

Черновик отправленного до этого письма не сохранился (судя по данному упоминанию, его можно датировать 25 октября; возможно, Паррот его передал Александру I, когда тот проезжал через Дерпт на обратном пути из Эрфурта в Петербург).

526

Александр I провел в Веймаре два дня, 13–14 / 25–26 сентября 1808 г., непосредственно перед началом конгресса в Эрфурте.

527

9 апреля 1798 г. был издан указ Павла I, запрещавший обучение российских подданных за границей «по причине возникших ныне в Иностранных Училищах зловредных правил к воспалению незрелых умов на необузданные и развратные умствования подстрекающих». Эта мера фактически была упразднена указом Александра I от 22 марта 1801 г., который снимал все запреты по выезду российских подданных за границу, о чем свидетельствует и резко возросшее в 1800-х гг. количество уроженцев Российской империи в немецких университетах (т. е. Паррот совершенно напрасно хлопотал об отмене павловского указа).

528

Скорее всего, это первое упоминание об изобретенной Парротом конструкции оптического телеграфа, чему потом будут посвящены многочисленные письма.

529

Паррот прибыл в Петербург во вторник 5 января.

530

Прусские король и королева пробыли в Петербурге до 19 января 1809 г.

531

Судя по следующему письму, речь идет о распоряжении выписать дерптским профессорам патенты на дворянство, которые Паррот пытался получить еще в 1807 г. (см. письмо 117).

532

Формулировка, которую Паррот здесь использует, – «призвать» (фр. faire appeler) – подразумевает, что Александр I передавал ему устное приглашение прийти к нему через третье лицо (вероятно, камер-лакея); этим можно объяснить то, что от данного визита профессора в Петербург не сохранилось ни одной собственноручной записки императора к Парроту.

533

Письмо написано назавтра после встречи, о которой Паррот просил и которую,