«Книга Великой Ясы», или Скрижали Чингисхана - Александр Викторович Мелехин

УКАЗ ЧИНГИСХАНА О ПРОВЕДЕНИИ СМОТРА И ВЫБОРА ДЕВИЦ, ПРЕДНАЗНАЧЕННЫХ ДЛЯ ХАНА И ЦАРЕВИЧЕЙ

«Где в войске найдутся девицы луноподобные, их собирают и передают из десятков в сотни, и всякий делает свой особый выбор вплоть до темника. После выбора девиц ведут к хану или царевичам и там сызнова выбирают: которая окажется достойна и на вид прекрасна, той возглашается: удержать по законности, а остальным: уволить по-хорошему[478], и они поступают на службу к катуням (ханшам. — А. М.); захотят хан и царевичи — дарят их, захотят — спят с ними»[479].

Появление этой ясы свидетельствовало о предоставлении «Книгой Великой Ясы» Чингисхана членам «золотого рода» особых прав, что ставило их в неравное положение с остальными подданными Великого Монгольского Улуса. В отношении последних в области семейного права действовали узаконенные Чингисханом прежние древние обычаи монголоязычных народов: многоженство и левират, а вместо традиционной «отработки»[480] за невесту жених должен был выплатить родителям невесты калым:

ОБ ОБЫЧАЯХ И ПРАВИЛАХ СОЧЕТАНИЯ БРАКОМ И СЕМЕЙНОЙ ЖИЗНИ

«А женятся они вот как: всякий берет столько жен, сколько пожелает, хотя бы сотню, коли сможет их содержать. Приданое отдается матери жены, а жена мужу ничего не приносит. Первую жену они, знайте, почитают за старшую и самую милую; а жен у них, как я говорил, много. Женятся они на двоюродных сестрах; умрет отец, старший сын женится на отцовой жене, коли она ему не мать; по смерти брата — на его жене»[481].

«…Они могут сочетаться браком со всеми вообще родственницами, за исключением матери, дочери и сестры от той же матери. На сестрах же только по отцу, а также на женах отца после его смерти они могут жениться. А на жене брата другой брат, младший, после смерти первого или иной младший из родства даже обязан жениться»[482].

«Всех остальных женщин они берут в жены без всякого различия и покупают их у их родителей очень дорого. По смерти мужей жены нелегко вступают во второй брак, разве только кто пожелает взять в жены свою мачеху»[483].

«По закону, установленному Чингисом, в целях преумножения их (монголов. — А. М.) потомства женщинам (женам одного мужчины. — А. М.) запрещается проявлять ревность и зависть»[484].

«Они карают смертным приговором соитие не со своей женщиной. Под не своей женщиной я разумею или не его жену, или его служанку»[485].

«Дети, рожденные от наложниц, считаются такими же законными, как и дети, родившиеся от официальных жен. Однако последние, особенно дети первой (старшей) жены, более почитаемы отцом»[486].

По мнению Джека Уэзерфорда, с помощью многочисленных яс, относящихся к семейному праву, Чингисханом были «ликвидированы традиционные поводы для межплеменных войн и вражды, а также уничтожены все источники внутренних конфликтов среди своих подданных»[487].

Зная все трудности и горести, которые выпадают на долю незаконнорожденных детей, он объявил всех детей законными, вне зависимости от того, были они рождены женами или наложницами[488]. Тем не менее, как утверждал Г. В. Вернадский, опираясь на сведения Франсуа Пети де ла Круа, «старшинство сыновей устанавливалось в соответствии с рангом их матерей в семье отца»[489].

«Ясами и обычаями монголов» в области семейного права Чингисхан руководствовался, формулируя ясы, регулировавшие вопросы наследования имущества покойного главы семьи.

УКАЗ ЧИНГИСХАНА О НАСЛЕДОВАНИИ ИМУЩЕСТВА ПОКОЙНОГО

«Между сыном от наложницы и от жены нет никакой разницы, но отец дает каждому из них (в наследство. — А. М.) что хочет; и если он (отец. — А. М.) из племени князей (членов „золотого рода“ Чингисхана. — А. М.), то сын наложницы является князем постольку же, как и сын законной супруги»[490].

«Двор (коренное, главное стойбище. — А. М.) отца и матери (после их смерти. — А. М.) достается всегда младшему сыну.

Отсюда ему надлежит заботиться о всех женах своего отца, которые достаются ему с отцовским двором, и тогда при желании он пользуется ими как женами, так как он не признает, что ему причиняется обида, если жена по смерти вернется к отцу»[491].

«А еще такой у них порядок, что коль умрет чиновник либо простолюдин, что после него останется, много ли, мало ли, — прицепки не делают, и никто не вмешивается.

Коль не было у покойного наследника, дают [имущество] его ученику либо холопу, и ни под каким видом добро умершего не берут в казну и считают это недопустимым»[492].

«Из имущества умершего, у коего нет наследника, хан ничего да не возьмет, но его имущество все дается тому, кто за ним ходил»[493].

Судя по древним монгольским и иностранным источникам, в «Книгу Великой Ясы» было включено несколько яс Чингисхана, касавшихся принадлежавших собственнику прав владения, пользования и распоряжения своим имуществом, скотом, землей, а также их наследования, которое осуществлялось прежде всего путем совершения завещания, а также по закону

В этих ясах речь идет о наследовании не только перечисленных выше видов имущества собственника, но и о его подданных, а также должности, звания, титула. Последнее касалось не только ближайших родственников Великого хана[494], но и его соратников (командующих тумэнами, тысяцких, сотников, десятников, дарханов и т. д.)[495].

Хотя согласно указу Чингисхана сыновья от наложниц и официальных жен уравнивались в правах, по свидетельству Гильома де Рубрука, «дети, родившиеся от официальных жен, особенно дети первой (старшей) жены, были более почитаемы отцом»[496]. Это же положение подтвердил Джувейни: «Монгольский обычай таков, что положение детей, рожденных от одного отца, зависит от положения их матерей, поэтому сын, рожденный от старшей жены, имел преимущество и пользовался предпочтением»[497].

Наличие и применение подобного порядка, а также особые права младшего сына старшей жены как «родительского очага хранителя» засвидетельствовал автор «Сокровенного сказания монголов» в «Сказе о том, как Чингисхан пожаловал подданных родичам своим»[498]. По свидетельству Рашида ад-Дина, этими же «ясой и обычаем монголов» руководствовался Бат-хан (хан Батый), обосновывая «предпосылки вступления на царство Мунх-хана»[499].

В привилегированном положении детей старшей жены исследователи видят «подтверждение норм обычного права», а то, что «дети, рожденные от наложниц, считались законными и получали, по распоряжению отца, долю в наследстве, расценивается как уже начало наследования по завещанию, выдвигающегося на место простого распределения имущества согласно нормам обычного права»[500].

Последующие положения комментируемой статьи, во-первых, говорят о том, что государство и Великий хан «не