Рыбацкие страсти и Встречи - Николай Михайлович Матвеев

Посетили Лавру им. А.Невского. Там в скорбном молчании постояли у плиты великого полководца генералиссимуса А.В. Суворова. Бросилась в глаза скромность настоящего величия: на плите всего три чеканных слова: «Здесь лежит Суворов». Кратко, а всем ясно, кто там лежит.

Подобная же величественная скромность поразила меня в Ясной Поляне, когда стоял у могилы Л.Н. Толстого. Виден могильный холм – весь в живых цветах. И все. А всем ясно: так только и может покоиться гениальный русский писатель.

Побывали мы и на Пискаревском мемориальном кладбище: долго стояли и думали о той цене, которую заплатил наш многострадальный и героический народ за победу над коварным врагом.

Смогли съездить в город Пушкин: посетили Екатерининский дворец и Царскосельский лицей, где учился юный поэт. Меня поразили высочайшие требования учителей лицея к обучающимся. Я увидел собаку, нарисованную рукой лицеиста Пушкина, которая с рисунка смотрела на меня как живая. Учитель же оценил работу будущего поэта лишь на тройку.

Посетили мы тогда знаменитую Кунсткамеру, организованную еще Петром I, подивились на различные диковинки и уродцев, собранные со всей Руси.

Были в Исаакиевском соборе. Смотрели на качающийся в зале огромный маятник, с помощью которого наглядно демонстрируют опыт, подтверждающий вращение Земли. Забирались по лестнице на верхнюю колоннаду, стояли и не могли понять, как прежние строители смогли поднять эти многотонные глыбы отшлифованного мрамора на такую огромную высоту.

Долго разглядывали колонну, в которую прямой наводкой попал фашистский снаряд. Щербинка отлетела большая, но колонна и сам собор устояли. Да, прав был поэт, говоря о людях подобной закалки: «Гвозди бы делать из этих людей – не было б в мире крепче гвоздей!».

На этом Петрович остановился, а я налил ему в чашку горячего ароматного чая.

Мамаев курган

Геннадий Петрович давно собирался съездить с детьми в Волгоград. Ни родных, ни знакомых в этом городе у него не было. Душа не давала покоя: жить на земле и ни разу не побывать на вершине мировой славы и скорби нашего народа – это неуважение к чему-то святому, да и к самому себе тоже. Разговариваем за чаем. Петрович вспоминает, как в августе 1983 года он осуществил свою давнюю задумку – побывал на местах Сталинградской битвы.

– В то лето Катя с дочкой поехали отдыхать к родителям в Костромскую область. Мы же с сыном да племянником поплыли по воде на юг – в Волгоград. В те времена регулярно курсировали туристические теплоходы по Каме и Волге, и мы гостеприимно разместились в каюте «Композитора Глазунова».

Плавание было умиротворенным, возле крупных городов делали долгие остановки с экскурсиями. Еще раз полюбовались Ульяновском и Самарой (в этих городах мы бывали раньше). А вот Саратов навестили впервые. Это тот самый волжский городок, в котором, как известно из песни, «огней так много золотых…». Но мы поняли, что и людей золотых в городе немало. Сказочно поразила благоухающая цветами каменная набережная, ухоженная заботливыми руками местных дизайнеров и художников. Дивились мы, глядя на оригинальный горбатый мост через Волгу. Ребята мои увидели городской пляж на противоположном левом берегу Волги и меня туда заманили. Поглядывая на часы, мы поспешили «обновить» саратовский мост и оставить босые следы на песчаном берегу. Мы с удовольствием искупались в Волге. Обратно бежали рысцой, боясь отстать от «Композитора Глазунова», следовавшего до Астрахани строго по расписанию. Успели. Волга, покачивая, понесла нас дальше.

И вот на горизонте появился город мировой воинской славы. Волгоград на берегу распростерся с большим размахом: еще до войны его протяженность составляла свыше 60 км, а сейчас, говорят, она уже превышает 100 км. Неожиданно на палубе кто-то крикнул: «Она!». Это с палубы пассажиры разглядели вдали Мать-Родину – величественный памятник на вершине Мамаева кургана!

Сойдя на берег, мы первым делом занялись поиском жилья: сели в первый попавшийся трамвай и помчались подальше от центра. Вскоре

стали попадаться дома частного сектора. В один из них мы постучались. Плата за комнату была умеренной, и мы сразу же согласились.

Побросав сумки, тем же номером трамвая возвратились в центр города. Первым делом остановились, остолбенев, возле здания бывшей мельницы, полуобрушенной, изрешеченной снарядами и оставленной на века в таком виде, в каком она «уцелела» сорок лет назад в боях 1942-43 гг. За каждое такое здание, за каждый дом наши бойцы и жители города стояли насмерть: «Умрем, но не сдадим город врагу!».

Мои ребята рвались посмотреть архитектурный ансамбль – памятник героям на Мамаевом кургане. И вот мы поднимаемся по широченным лестничным ступеням вверх. Самый обычный день, но на всем протяжении лестницы людно.

Останавливаемся у скульптуры по пояс обнаженного защитника Родины. Читаем надпись: «Стоять насмерть! Ни шагу назад!» Правой рукой солдат замахивается бросить гранату в лютых врагов, а в левой держит наготове заряженный автомат Калашникова.

Экскурсовод объясняет замысел руководителя архитекторов и скульпторов ансамбля Е.Вутетича: «Когда подходишь к памятнику воина, он полностью закрывает собой статую Матери-Родины на самой макушке Мамаева кургана. И на деле было так: в грохоте и огне сражений солдат спас Родину».

Поднимаемся выше. Видим захоронения героев – защитников города. И среди них довольно свежая могила маршала Советского Союза Василия Ивановича Чуйкова. В период битвы за Сталинград он находился в самом пекле боев в городе. Ходят легенды о беспримерной храбрости и военном чутье генерала: не раз ему приходилось менять свой командный пункт всего лишь за 10-15 минут до того, как его превращало в глубокую воронку. Бойцы боготворили Чуйкова и старались подражать ему. Командующий любил их тоже, как только можно бывает любить бойцов, отправляя их часто на смерть. Последним штрихом этой взаимной любви стало его предсмертное желание: упокоиться вместе со своими бойцами, отдавшими жизни на Мамаевом кургане.

Наконец, мы дошли до самой вершины и остановились у основания огромного памятника Матери, олицетворяющей нашу многострадальную Родину. Сразу подумалось: вот он, достойнейший памятник нашему героическому и самоотверженному народу, который надо беречь и почитать вечно! Бронза, гранит и камни живут дольше людей. Но только

люди дают бессмертие всему, чего коснется их подвиг. Подвиг героев Мамаева кургана именно из таких.

Нам довелось посетить также музей-панораму Сталинградской битвы. Музей оформлен безупречно: битва на берегу, в городе, на Волге и над Волгой передана в ярчайших деталях. Виден огненный вал вражеского огня, прижимающий наших на узкой полосе крутого берега. Так и кажется, еще мгновение, еще чуть-чуть – и он переметнется через Волгу, сметая