Савитри - Шри Ауробиндо

Движенье, скорость дел – они блаженство заменяли им,

А ссоры и совместные телесные желания, потребность в ком-то,

Слезы, смех, игру они любовью называли.

485. В конфликтах или в дружеских объятиях потребности такие

Взращивали Жизнь Всесущую, борьбу с единством разделенным,

Внося всеобщее страдание и счастье

В неведенье о высшем «Я», вечно едином.

Вооружив творения свои блаженством и надеждой,

490. Наполовину пробужденное Неведенье старалось распознать

Внешнюю сторону явлений одним лишь осязанием и зрением.

Инстинкт был сформирован; в спрессованном сне памяти

Минувшее жить продолжало, как в бездонном море,

В подобие мышленья превращая лишь чувство яркое;

495. Искало истину оно наощупь, неумелыми руками,

И прижимало к себе ту малость, которую могло достичь и охватить,

И отложить накопленное ею в свою пещеру подсознания.

Так должно было существу неясному взрастить в себе и свет, и силу,

Восстать, воскреснуть, наконец, в судьбе своей возвышенной,

500. Взглянуть на Бога и окружение его во всей вселенной,

Учиться на ошибках и падениях и двигаться вперед,

Сражаться со враждебным окружением и роком гибельным,

При помощи страдания открыть свою таинственную душу

И с обладанием таким дойти до своих собственных просторов.

505. На полпути жизнь эта остановилась и не нашла дороги дальше.

Ничто ещё осуществленным не было – все только началось,

Хотя казалась совершенной арена её силы.

Она смогла лишь высечь только искры из неведенья природы;

Лишь жизнь имела некое подобие сознания – не разум,

510. Лишь некое сознание могло всё осязать – но не душа.

Лишь некий жар был явлен от сиянья Жизни, а также

Радость некая от бытия, и некие восторги чувств.

Это был импульс Силы, наполовину лишь сознательной, дух некий,

Который расползаясь по земле, в сгущенья пены жизни погрузился,

515. В «я» смутное, цеплявшееся слепо за образы явлений.

За всем этим стоял, ища сосуд, в котором следует держать

Сырое раннее вино из винограда Бога -

Пролитое на грязь земли небесное Блаженство,

Которое пьянит в оцепенении застывший разум, душу,

520. Пьянящее вино экстаза, темное, незрелое

И слабое ещё, ещё не перелитое в сосуд духовный, -

Стоял неясный обитатель сокрытой сердцевины мира,

Желание немое и воля божества грядущего.

Свой лик теперь открыло творение третье.

525. Была отлита матрица телесная для разума первичного.

Яркая вспышка света воспламенила Силу Мира приглушенную;

Она Идеей зримой наделила мир ведомый,

Вооружив акт Силы динамичным местом мысли:

Теперь деянья Времени отслеживало существо разумное.

530. Тернистая людская эволюция в своем стремлении снизу

Призвала к скрытому вмешательству небес;

Если б не это, слепой и несознательный, великий Универсум

Не смог бы никогда раскрыть свой скрытый разум

И даже с шорами заставить в человеке заработать

535. Интеллект, который изобрел космическую эту схему.

Сначала в этом всём увидел Ашвапати движение неясной силы разума,

Сокрытое внутри Материи и бессловесной жизни.

Волною слабой она втекала в поток безбрежный жизни,

Вздымаясь и дрейфуя по воле ветра, как облака небесные,

540. По морю этому в мерцающих дрожащих струях,

Освобождаясь в брызгах чувств и волнах ощущений.

А в самой середине не ощущающего жизни мира

Теснящиеся волны и выплески сознания стремились, группируясь,

Кружась в водоворотах, пройти сквозь узенький пролив,

545. С собою в этот переполненный проход переживание принося.

Это теченье пробивалось в просвет вверху из омута глубокого

Начала своего, что за порогом подсознания скрывается,

Чтобы достичь какого-то высокого сознания, пока что неизвестного.

В нём не было ни мыслящего «я», ни цели ясной,

550. А были лишь неясные искания и некое спонтанное давление.

На зыбкую поверхность поднимались только

Удары острые и крайности желанья и восприятья некие,

Метания страстей и всплески всех эмоций,

И диалог случайный плоти с плотью,

555. И страстное шептание сердца с сердцем бессловесным,

Намеки знания мыслью, лишенной формы,

Желанья подсознательного всплески иль тяга голода такого.

Всё это было неясным проблеском на пенном гребне:

Он возникал вокруг дрейфующего призрачного «я»

560. В потоке несознательном во Времени – в потоке Силы.

Затем пришло давленье Всемогущего, всевидящего суть,

Которое собрало всё в туманную кружащуюся массу,

Скользящую вокруг единственной ярчайшей точки -

Вокруг связующего центра в сознательном пространстве,

565. Вокруг фигуры целостного внутреннего Света.

Свет этот озарил влеченье полусознательного половодья

И даже дал иллюзию стабильности,

Как если б море могло сойти за почву твердую.

То Всемогущество внимательное, странное свой навязало взгляд.

570. Оно придало форму и границы этому потоку,

А вдоль течения создало низкий узкий берег и вдоль него

Сеть натянуло, чтобы поймать и проявить духа бесформенность.

Оно же смоделировало разум жизни зверя, птицы,

Ответную реакцию рептилии и рыбы

575. И примитивный образ мыслей человека.

Конечное движение Бесконечья проявилось

В полете по своему пути через широкие просторы Времени;

В Незнании маршировало знание

И этим утверждало в материальной форме душу разделенную.

580. Оно оставило в запасе право её быть бессмертной

И также выстроило вал защитный против осады смерти,

И крюк забросило, чтоб вечность ухватить.

В Пространстве появилось существо разумное.

Мир упорядоченный в поле зрения ворвался, в котором

585. Это существо владело местом, ограниченным для действий,

Наблюдений и прогулок – отчетливым, но явно скудным.

Родилась личность – инструмент Природы -

И ограниченный, внедренный в тело интеллект,

Согласный приковать к границам узким свой поиск;

590. Он – этот интеллект – мышление привязал к тому, что видел,

Препятствуя рисковым приключениям Незримого

И похождениям души сквозь неизведанные бесконечья.

Рассудок рефлекторный – зеркало характера Природы -

Жизнь озарил, чтоб узнавать и закреплять свои познания,

595. Осознавать опасную недолговечность собственную,

Неубедительную цель пути такого и пользу

От рискованного случая людского жизненного срока

В начертанных границах человеческой судьбы.

Познание и небольшая радость вознаградили

600. То небольшое существо, увязанное в некое сгущение и целиком

Зависимое от окружающей среды, как некий бугорок её,

Тот небольшой извив, отрезанный от Космоса безмерного,

Тот небольшой отрезок жизни во Времени безбрежном.

Мысль в нём была, чтоб строить планы и воля, чтобы прилагать усилия,

605. Но ради мелких целей и в узком поле действий,

Растрачивая труд неизмеримый на преходящие деяния.

Оно себя считало творением из грязи

И не просило ни высокой цели, ни благоприятного закона;

Оно не обладало взором внутренним и зорким взглядом в небеса.

610. Как отстающий школьник за партой шаткой логики,

Знакомый лишь с теорией своих заблудших чувств,

Оно воспринимало видимость за лик божественный,

Движенье солнц – за некие случайные огни,

Полоску звездной сини – за небеса;

615. Отдельные аспекты бытия прикидывались