Нулевые, боевые, пенсионные. 2000–2010 годы - Юрий Николаевич Безелянский

29-го ездили в очередной Звенигород. Все зелено. Теплынь. Цветущая сирень, рулады соловьев. Каминный зал с белым роялем был почти полный. Вместо отдельной темы предложил пришедшим попурри из творческих биографий поэтов, любовных историй и отдельных стихотворений моих любимых, в том числе Николая Заболоцкого: «Я трогал листы эвкалипта / И твердые Перья агавы…» И далее:

…Но в яростном блеске природы

Мне снились московские рощи,

Где синее небо бледнее,

Растенья скромнее и проще.

Где нежная иволга стонет

Над светлым видением луга,

Где взоры печальные клонит

Моя дорогая подруга…

А еще читал Игоря Северянина, Уткина, Вознесенского… Не всем пришелся по душе выкрик Вознесенского под Эдгара По:

Оза, Роза ли, стервоза —

Как скучны метаморфозы,

В ящик рано или поздно…

Жизнь была – а на фига?!

Спалось замечательно. Погуляли с утра. Сирень, шиповник, соловьи. И отчалили в незабвенную Москву.

5 июня – хочется шагать и шагать, но ноги стреножены. 12 книг вышло, 13-я никак не родится. «Сад любви» из рукописи никак не превращается в книгу. Спрашиваю Костаняна в «Вагриусе»: «Как моя книжка?» Он: «Никак, как и все остальные. Денег нет…» В «Жирафе» заболел спонсор, и издательство на грани закрытия. «Серебряный век» в серебристом тумане… И остается обратиться к 4-му правилу Дейла Карнеги:

«Ведите счет своим удачам, а не своим неприятностям».

Соответственно: считайте вышедшие книги, а не те, которые застряли на издательских путях. А еще лучше смотрите матчи открывающегося чемпионата мира по футболу, что я и делаю. И первая сенсация: Сенегал обыграл Францию – 1:0.

11 июня – смотрю футбол и печатаю любовные страсти для «Вечорки».

Сборная России в Иокогаме сдула сборной Японии – 0:1, что вызвало пьяное безумие на Манеже. В «МК» появился комментарий «Битва при Порт-Артуре»:

«Почти 100 лет назад Россия потерпела сокрушительное поражение от Японии. Весть о разгроме при Порт-Артуре дошла до столицы нескоро. И русские люди долго отказывались верить в то, что «какая-то Япония» сделала с Россией такое. С поражения в Русско-японской войне началась первая русская революция, бессмысленная и беспощадная, с расстрелами, погромами и баррикадами… 100 лет спустя история повторилась в виде идиотского фарса. Вместо армии и флота – сборная по футболу. Вместо снарядов – резиновый мяч. Вместо пролетариата на баррикадах – «отморозки» – бритоголовые, крушащие все и всех на своем пути. За 100 лет мы так и не научились проигрывать цивилизованно. Даже в футбол…»

На Тверской жгли машины и разбивали витрины. Одна из владелиц магазина сказала по ТВ, что ее больше всего потрясла не эта пьяно-хулиганствующая толпа, а то, как после них по Тверской пошли пенсионеры и прочие нормальные люди, которые высказывались: так вам и надо, богатенькие!..

Менталитет русского народа. Неумение наладить собственную нормальную жизнь. Черная зависть к тем, кто умеет… Эх, надо было бы в «Коктейле “Россия”» написать о народе пожестче. Да еще пугливые дамочки в «Радуге» вырезали несколько моих острых пассажей. Да, на 71-м году жизни я испытываю горькое разочарование и Россией, и русским народом. Бездарная страна. Неспособный к созиданию режим. Глупый и идиотский народ в своей основной массе. Рабы и холопы, не желающие слушать своих гениев, пророков и светильников. Чаадаевы-Герцены-Бердяевы мало кого интересуют… Кто-то пустил удачное сочетание: «быдл-класс».

21 июня – трудно летом отказаться от Звенигорода. Приглашение, и поехали в 4-й раз в этом году. Обед, гуляние, воздух, легкое полежение в номере, – все, как полагается. А в 20.30 – салон у камина. Несмотря на духоту, собралось человек 30. Слушали, раскрыв рот, еще бы: Наполеон Бонапарт и его женщины. И маленький казус, когда я сказал, что рост Наполеона был всего 157 сантиметров, какой-то маленький человечек тут демонстративно покинул салон – обиделся…

На другой день никакого выступления, отдых на чисто кислородном масле. Пообедали и тихонечко на электричку. В 17.10 уже дома.

27 июня – звонил Басков, крепкий журналист старой формации, жаловался и жаловался: мало печатают, мизерные гонорары, а тут еще «Общая газета» закрывается (я вел с ними переговоры, но не успел у них напечататься). Старым журналюгам тяжело (себя к ним не причисляю): народилась куча молодых акул и не пера, а диктофонов, и, образно говоря, рвут подметки. Отбивают газетно-журнальный хлеб у стариков. Такова суровая жизнь. Законы джунглей. Социальный дарвинизм. Как угодно можно назвать. Меняется и сама журналистика, становится более жесткой, агрессивной, бранчливо-ругательной и все более отходит от родной матери – литературы. И я уже начинаю чувствовать, что культурологическая основа моих текстов, мои литературные бантики не всем уже нравятся. Попроще, друг мой, и мордее!..

Поговорили об общем журфоне (хорошее сокращение от журналистского фона), ну, а я продолжаю свою биографическую серию, свои миниатюры из ЖЗЛ: после Дианы взялся за судьбу Грейс Келли, уже принцессы Монако. Получил заказ от журнала «Крестьянка». Печально то, что мне 70 лет, а моим работодателям, главным редакторам, в диапазоне от 30 до 40 лет. И это сравнение угнетает…

1 июля – сегодня на Ваганьково принимали сделанную работу – памятник черного мрамора с оригинальным вырезом. Давно собирался, и вот все сделано. Как камень с души упал…

Еще занимался Грейс Келли, писал комментарий про страх для «Крестьянки». А на очереди – Сильвия Кристель, героиня будоражащего фильма «Эммануэль». Самому было интересно, как становятся Эммануэлями, ведь не только ради денег, но, наверное, есть и мощный внутренний позыв, секс аппиэл – зов пола… В полдень показали по ТВ французский фильм «Распутник» о философе Дени Дидро (его играл Венсан Перес). Судя по картине, Дидро увлекся не только просвещением и философией, но и многочисленными женскими юбками.

5 июля – проба фруктов. Черешня – 60 рублей, абрикосы – 40. В книжном магазине на «Соколе» для сравнения: «Страсти по Луне» – 64, «Клуб 1932» – 62, в другом магазине – «Ангел над бездной» – 124, «5-й пункт» – 120. Цены для истории… Специально для меня по ТВ – видеоряд об императрице Сисси (Роми Шнайдер). Совпадение… А вот пример несовпадения: в «Радуге» мне передали письмо от Валентины Трембицкой (в замужестве Бурнштейн), она пишет:

«Мне подарили Вашу книгу “Клуб 1932”, и я была потрясена и ошарашена. Ведь мы с Вами не только ровесники, но и еще однокашники. Я ведь тоже училась в Плехановке в 1950–1954 годах. Почему я тогда не знала