Обретение - Оксана Довгучец

Не прошло и часа, как она чистая и благоухающая одевалась в белое с зелёной каймой платье, по типу римской тоги и благодарила за него Лану, ей было неловко за то, что своей одежды у неё нет.

— Я люблю шить одежду, не придумывай, скажи какое хочешь, сделаю ещё, — говорила радостная Лана, обнимала её, заплетала волосы и постоянно благодарила её за освобождённого Покорителя, за свободу, что они подарили всем магам.

Её попытки помочь с обедом, как всегда отвергли, когда её нашёл Эдгар, она сидела во дворе с близнецами, слушала их и рассказывала сама, гладя белого кота, который пристроился у неё на коленях.

— Чудесно выглядишь, это и есть твои друзья? — спросил он.

Она познакомила их, с грустью подумала о Лемроне, его забрали сюда и похоронили, в том бою погибла и Найвара, её убила Вайлена, так она узнала имя женщины мага, её тётки.

После обеда все собрались на одной из полян за посёлком, разговор был напряжённым.

— Если бы ты дала мне прикончить эту тварь Дагрия, — горячился Веледар, чем удивил Олесю, при первой их встрече он показался ей степенным и спокойным.

Эдгар всех успокоил, в защиту Олеси выдал целую речь и озвучил тему с перемирием, как его организовать, избежав битвы.

— Они будут драться, только силой получиться их убедить, — качала головой Улия.

— Может мне встретится с Идалиной и передать через неё наше предложение? — спросила Олеся.

— Хорошая идея, обдумаем её обязательно, но одна ты не пойдёшь, это опасно, — ответил ей Эдгар.

— Я пойду с ней, — раздался голос, все обернулись на него и только Олеся сидящая напротив, вскинула голову.

На неё смотрел Викентий Зиновьевич, Викэн, маг воды, её дед, встретившись с ней взглядом, он не отвёл глаз и ласково сказал:

— Здравствуй внучка, надеюсь ты не сильно на меня обиделась?

Сама не своя она кинулась к нему и крепко обняла, её ответ был красноречивее любых слов. Не успели все поприветствовать Викэна, как к ним из открывавшихся порталов шли ещё маги, когда-то покинувшие родину, сыновья и дочери Великого Древа услышали его зов, уверенность в успехе и новом более светлом будущем росла в глазах Эдгара.

Глава 35

Олеся не могла заснуть, прошедший день был насыщен на события, эмоции, разговоры. Новые лица и имена смешались в кучу, и она сейчас просто отмахнулась от них, когда пялиться в потолок надоело — встала и прошла в соседнюю комнату, где Ариатта, вовсе не собиравшаяся ложиться, возилась с тестом, народу прибавилось — всех надо кормить. Увидев Олесю она улыбнулась:

— Дочка, ты чего не спишь? Я разбудила?

У Олеси ёкнуло, давно её так не называли, улыбнулась в ответ:

— Не могу заснуть, так бывает когда слишком тяжёлый день, давай я помогу тебе, хоть чем-то.

— Ой, да что ты, ты такое великое дело совершила, а я с чашками к тебе, отдыхала бы, — всплеснула она руками, затем внимательно взглянув на неё, вручила чашку с фруктами и нож, — на вот режь, помельче.

Олеся с радостью принялась за несложную работу, думая о её разговоре с дедом, нового она узнала мало, что-то уже слышала, о чём-то сама догадывалась, картина мозаики сложилась, все загадки разгаданы, годами копивший силу дед не мог отправить её раньше в Вердану. Каким-то чудесным вывертом судьбы его выкинуло после прохода на Землю возле дома женщины, которая работала в дома малютки, а у той была подруга, которая хотела ребёнка, но не могла забеременеть, звали ту подругу Анастасия Мышь. Желание Викэна было одно, дать девочке семью, лишь только попросил назвать её Лессалией, так она и стала Олесей. Жилось деду по разному, и бедно, и богато, старался приезжать, узнавать, как растёт внучка и уезжал обратно, в места силы, где по капле собирал её.

Мысли Олеси перекинулись на других магов, восемь человек вернулось этим вечером, встречи, объятия, каждый говорил о себе и расспрашивал, с благодарной внимательностью рассматривая её, приходилось "держать лицо", улыбаться, без лишнего смущения, со скромным достоинством, многому ей ещё учиться, ворочать тоннами воды — ещё не самое сложное. Само собой следом возник образ Эдгара, и она тяжело вздохнула, чуть не порезав палец, ругая себя за несвоевременность чувств, а может это что-то другое, может так проявляется связывающее их заклинание.

— Ариатта, скажи, а у Эдгара была жена, или невеста? — соскочил с губ говорящий вопрос.

Женщина взглянула на неё с теплой искринкой и тут же помрачнела:

— Была у него жена, Тамия

— Тамия, — повторила Олеся, — а какая она была?

— Вы с ней совсем не похожи, — проницательно ответила Ариатта, забирая у Олеси чашку с нарезанными фруктами. И не дожидаясь уточняющих вопросов удовлетворила её женское любопытство:

— Тамия была воздушной, лёгкой, немного странной и слабой. Этакой феей с белыми волосами и часто отрешённым карим взглядом. В ней была очень хрупкая притягательная красота.

Олеся изумлённо взглянула на Ариатту, переваривая услышанное, слова с трудом подбирались:

— Жена Покорителя была обычной женщиной? Вот уж не ожидала…

— Магом она была, мистиком, при чём очень редким, мир духов она видела, потому и была такой, я её раза два и встречала всего, — совсем ошарашив Олесю, усмехнулась женщина. И видно пожалев её, продолжила:

— Давай ка я травок заварю, попьём и всё расскажу, вижу, что ты сама не своя из-за него. Понимаю тебя, я бы тоже интересовалась, раньше такие браки не часто, но случались. Не помню уже, как они встретились, да и не важно, тёмные разумеется в штыки приняли, и считай вычеркнули из семьи Тамию. А мы молчали, да что скажешь тут, сердцу нельзя приказать, любили они и крепко, жить вместе стали за год где-то, до войны. Из-за неё Эдгара схватили, на слабости взяли, по другому у них не получилось бы. Подробностей мало знаю, то ли похитили её, то ли заманили, он и кинулся её спасать, да не вышло, и сам попался, и её убили, на его глазах. Они пока в плену были, тогда он Веледару и рассказал всё.

У Олеси стоял комок в горле, она попыталась протолкнуть его чаем, перед глазами стоял поверженный Эдгар, смотрящий как убивают его любимую.

— Я даже не знаю что сказать, — прошептала она.

— А и не надо ничего говорить, слушай сердце, дочка. Что должно сложиться — оно сложится, не переживай, иди спать, впереди ещё столько тебя ждёт, — ласково приобняв её за