Титан империи 4 - Константин Зубов

Еще сильнее она заорала, когда раздались автоматные очереди. И стреляли где-то совсем близко.

Слизывая с губ запекшуюся кровь, Настя едва сдерживала смех. Это точно проделки Жени!

* * *

Расстреляв последний рожок в пузо замешавшемуся рейховцу, Жук подхватил его автомат, и скрылся за углом.

В машинном отделении вовсю мигали аварийные лампы, и теней тут было дохрена. Эти идиоты ползали по полутемным закоулкам как слепые котята, и убивать их было отдельным удовольствием.

Вот и еще один — топ-топ, и идет прямо в расставленные сети.

Но не успел Жук выглянуть из-за угла и поднять автомат, как послышался звук разрываемой плоти.

Хрясь! — и башка рейховца подкатилась прямо к ноге Жука.

— Сука… — сплюнул майор и выпрыгнул в проход. Никого. Только слышны удаляющиеся шаги.

Что за херня? Он тут не один мочит эту мразь⁈

Жук, соблюдая максимальную осторожность, последовал за неведомым помощником и вскоре ему попались еще два трупа. Одному рейховцу пробили черепушку, а другого сломало пополам.

Что за чудовище ползает здесь?..

Бахнул одинокий выстрел, а затем из прохода напротив вырвался поток пламени. Жук рухнул на пол, и в этот момент по коридорам прокатился отчаянный крик. Что-то хрустнуло, и все затихло. Пламя тоже.

— Эй, служивый, — раздался вдруг голос. — Есть закурить?

Жук чертыхнулся и, поднявшись с пола, осторожно вышел в проход, откуда до этого лился огонь.

У стены догорало тело рейховца-пироманта, а рядом сидел человек в черном. Он был полностью залит кровью, только на груди сверкала инквизиторская бляха.

— Ваше преосвященство? — Жук подошел к нему. — Не ожидал, что вы еще живы…

— Так уж вышло… — пробурчал инквизитор, не поднимаясь с пола. — Есть сигареты?

— Конечно! — кивнул Жук и протянул ему пачку.

— Спасибо, — кивнул его союзник и прикурил от «уголька».

Оба задымили и некоторое время молчали.

— Что-то вы дерьмово выглядите, ваше преосвященство, уж простите, — заметил Жук, рассматривая лицо инквизитора.

Полусожженная борода торчала клочьями, а целыми остались разве что глаза, которые сверкали как два алмаза.

— У меня был тяжелый день… — выдохнул Горн и поднялся.

Издалека послышался топот. Кажется, к ним приближалась кавалерия.

— Я возьму их на себя, — кивнул инквизитор, не вынимая сигареты из зубов. — А ты прикроешь.

И не слушая возражений, он направился прямо по коридору, где кричали на немецком.

Жук проводил его преосвященство взглядом, а затем потянулся к рации на бедре убитого рейховца. Кажется, она еще работала.

* * *

С каждой минутой отчаянных криков по рации раздавалось только больше:

— В машинном отделении противник! Пытаемся выбить эту сволочь! Пришлите людей, он тут…

Голос заглушили выстрелы.

— Какого хера? Сколько их там⁈ — зарычала Зи. — Прием. Отвечайте, чтоб вас!

— Кажется… Один… — смутно слышался голос сквозь неумолкающую пальбу.

— Один человек⁈ Вы издеваетесь, козлы? Фридрих! — фрау повернулась к бородатому здоровяку. — Бери всех свободных людей и иди этому остолопу на подмогу. Если мы грохнемся посреди Рязанщины, всему делу конец!

Тот кивнул и, забрав троих парней, пропал в коридоре. С Зи осталось еще четверо.

— А ты чего ржешь, сука⁈ — обратилась она к Насте. — Еще по зубам захотела? Или тебя пристрелить как последнюю шавку?

И нагнувшись она уперла дуло пистолета ей прямо в лоб.

— Дура! — проговорила Настя. — Убьешь меня, и сдохнешь быстрее, чем сможешь сказать Auf Wiedersehen своим дружкам…

И тут грохот поднялся такой, что даже фрау Зи опешила и сглотнула. Кажется, палили из всех стволов, что имелись у людей Фридриха. Скоро рев оружия затих, а потом снова включилась рация Зи.

— Алло, это капитанский мостик? — проговорил шипящий смутно знакомый голос.

— Кто говорит⁈ Ганс?

— Нет… Ганс отдыхает. А это ты, сука по имени Зи? Что, уже готова обоссаться от страха?

— Кто ты черт тебя дери⁈

— Палка в вашем колесе. Заноза в твоей заднице, сука. Всех твоих парней я прикончил. Отправляй следующую партию, а если хочешь, присоединяйся. Я всегда рад женской компании.

Раздался треск и связь отрубило

— Scheisse! — рявкнула Зи и разбила рацию об пол. — Хочешь поиграть, мудила, значит, мы поиграем. Ну-ка!

Она рывком подхватила Настю с пола и приставила ей к виску холодное дуло пистолета.

— Ты знаешь этого психа, который сейчас орудует в машинном отделении, да?

— Нет… — брякнула Настя и тут же получила удар в скулу.

— Не ври, Саблина! По-любому это твой брательник! Пойдем, сука, познакомишь меня с ним!

Она схватила Настю за руки и потащила с капитанского мостика.

— Фрау! — обратился к ней один из мордоворотов.

— Абель! Займи кают-компанию, там хорошее место для обороны! Убивай всех, кто сунется, кроме наших!

— Но…

— Это приказ, твою мать! И заложников тоже туда!

— Есть, фрау Зи!

— А ты, — она ткнула пальцем в коротышку-предателя. — Забаррикадируйся здесь с пилотами и этой рыжей сукой, сделай все, чтобы дотянуть до Электростали, понятно? На том свете достану, если не справишься!

— Есть, фрау Зи! — тут же отозвался он.

Попытки вырваться оказались напрасными — Зи вытолкнула Настю в коридор и погнала вперед.

Скоро они вошли в переплетение каких-то проходов, где вдоль стен вились трубы. Еще немного, и Настя совсем перестала понимать, куда ее ведет эта ненормальная.

Темно, все мигает и шипит, даже лампы не помогают — они словно ползут по какой-то пещере.

Внезапно Настя едва не распласталась на полу. Под ногами лежал труп, а дальше по проходу еще один. Пол был весь в крови.

— Scheisskerl! — прошипела Зи и, схватив Настю за шиворот, продолжила движение.

В следующую секунду впереди показалась тень.

— Стоять! — рявкнула Зи и вскинула пистолет.

Снова началась болтанка, и Настя с огромным трудом удержалась на ногах.

Полумрак и мигающий свет лишал ориентации, за спиной стояла бешеная бабища Зи, от которой пахло потом и страхом. В ее руках дрожал пистолет, и он смотрел прямо в грудь приближающейся тени.

Пушка пальнула, и тень рухнула на пол.

Настя опустила глаза. На подстреленном Зи мужике была черная форма Рейха.

— Fotze! — сплюнула фрау, и тут за углом раздалась короткая очередь. В следующий миг из темноты вылетел бородатый рейховец. Прокатившись по полу, он дернулся и обмяк у их ног.