Японцы «на рубежах» - Владислав Иванович Дунаев

Прошло более десяти лет. В Токио заметны перемены. Нередко можно видеть перегороженные полицейскими кордонами улицы, за которыми с серых, чуть ли не бронированных грузовиков одетые в защитную форму молодчики выкрикивают правые лозунги. Сейчас это уже стало привычным дополнением оживленных токийских кварталов. Выйдя, напр"имер, на станции Сибуя, в гулком грохоте пешеходных мостиков-переходов, вибрирующих от движения поездов, и смешавшись с бурным потоком людей и автомобилей, заполняющих улицы, вы рискуете попасть под град бравурных военных маршей и пламенных «патриотических» воплей группы правых экстремистов. Взобравшись на ощетинившиеся императорскими флагами и громкоговорителями автофургоны, эти одетые в форму воинственные молодые люди, которым грезятся самурайские мечи и кровь, выкрикивают лозунги в поддержку «довооружения» Японии и изрыгают проклятия в адрес коммунизма.

Но правых финансируют хорошо, и они продолжают упорно разъезжать по улицам японских городов под звуки военных маршей былых времен, Не исключено, что в недалеком будущем их станут финансировать еще лучше.

Правящая либерально-демократическая партия предприняла еще один шаг на пути к пересмотру конституции Японии. 22 апреля 1982 года состоялось заседание так называемого союза японских парламентариев, выступающего за создание «самостоятельной конституции». Этот союз возглавляет ярый противник нынешнего основного закона Японии — бывший премьер-министр Н. Киси. О «представительности» этого союза свидетельствует то, что в его состав входят также бывшие премьер-министры К. Танака, Т. Фукуда, другие лидеры ЛДП. Участники заседания приняли решение раз-' вернуть в стране массовую кампанию за принятие новой конституции.

Японская демократическая общественность расценивает подобные действия как «открытый поход» против закона страны с целью ревизии его мирных положений. В связи с этим влиятельный буржуазный журнал «Джа-паи куотерли» назвал конституцию Японии «отжившим мифом». Но, несмотря на это, нынешние положения японской конституции вызывают глубокое раздражение либерал-демократов, поскольку конституция остается формальным препятствием на пути открытого возрождения милитаризма в стране.

Правящие круги Японии на практике давно игнорируют положения существующей конституции. Уже с того момента, когда они только приступили к созданию так называемых «сил самообороны», по существу, девятая статья основного закона Японии ставила под сомнение конституционность создания воинских подразделений. Соответствующая часть девятой статьи гласит: «Никогда не будут созданы сухопутные, военно-морские и военно-воздушные силы, как и никакой другой военный потенциал». Однако те, кто по многим причинам был заинтересован в протаскивании одного за другим решений о постепенном укреплении вооружений, «оглянулся назад» и, видимо, призвал на помощь выработанный веками традиционный курс правящих сил Японии на создание «фукоку-кёкай» — «богатой страны, сильной армии». Кое-кто в Японии, ко времени вспомнив также старую японскую мудрость — «тэнка хатто — микка хатто» (законы правительства — на три дня), стал действовать в обход основного закона. Сейчас уже трудно поверить в то, что каких-нибудь тридцать лет назад командующий американскими оккупационными войсками Дуглас Макартур всерьез призывал превратить Японию в «тихоокеанскую Швейцарию». Сами же Соединенные Штаты, подписав в 1951 году японо-американский договор безопасности, пошли на создание уже в 1954- году японских «сил самообороны». С середины 50-х годов военные расходы Японии стали резко возрастать. Но на Западе и в США мало кто обращал на это внимание. Оно и понятно: Соединенным Штатам надо было успеть использовать территорию Японских островов как военно-ремонтную базу для своих войск, сражавшихся в Корее.

И все же правящим силам понадобилось не одно десятилетие, чтобы притушить воспоминания японского народа об ужасах пережитой войны. Недаром 60-е годы были отмечены потрясавшими весь мир сражениями, в которых трудящиеся Японии встали стеной против фактического увековечения военного союза с США. Недаром еще в 1966 году американский посол в Токио Рэй-шауэр писал: «договор безопасности — самая острая проблема в политической жизни Японии».

Но усилия тех, кто, находясь у власти, стремится использовать все ее возможности «до конца», не прошли даром: исподволь либо прибиралось к рукам,'либо просто подминалось «общественное-мнение», исподволь наращивалось вооружение. Уже в октябре 1978 года Япония без всякой «американской помощи», самостоятельно провела самые крупные военно-воздушные и военно-морские учения со времени окончания второй мировой войны. В этих маневрах приняли участие почти 150 японских военных кораблей и 200 боевых современных самолетов, которые обладали такой же огневой мощью, как и все вооруженные силы Японии во время войны на Тихом океане. И при всем этом в Японии не называют свои силы самообороны «вооруженными силами» (ведь создание вооруженных сил в Японии запрещено конституцией) .

Некоторые соседние с Японией азиатские страны уже начали задаваться вопросом: что может означать столь своеобразная трактовка Японией задач своей «обороны»? Но недаром в японских правящих кругах столь осторожны во всех своих высказываниях на военные темы: зачем провоцировать новые дискуссии — как за рубежом, так и у себя в стране? Нарушивший это правило председатель объединенного комитета начальников штабов генерал X. Курису немедленно поплатился: ему было предложено подать в отставку в связи с заявлением, сделанным журналистам, о допустимости мер, «выходящих за пределы закона», в случае возникновения «чрезвычайного положения». В то же время высокопоставленные должностные лица не устают повторять, что в Японии существует жесткий гражданский контроль над военными. Совет „национальной обороны, гражданский орган на уровне кабинета министров, одобряет все решения в области обороны. Японские офицеры никогда не появляются в парламентских органах в военной форме, что не запрещается в западных странах. Наиболее важные посты в японском Управлении национальной обороны занимают обыкновенно гражданские деятели, выделяемые из своей среды министерством иностранных дел и министерством финансов. На них лежит неофициальная функция постоянно быть в курсе всех аспектов военного планирования и процесса управления войсками, чтобы они могли в любой момент дать ответы даже на самые детальные вопросы парламентариев.

Высокопоставленные деятели не устают повторять, что Япония ратифицировала договор о нераспространении ядерного оружия и неукоснительно ориентируется на «три принципа отказа от ядерного оружия», которые требуют никогда не приступать к производству ядерного оружия, не приобретать и не позволять размещать его на японской территории. Но осознание того факта, что страна и без ядерного оружия может представлять собой серьезную военную силу, ведет к тому, что все заверения Японии о ее пассивности сейчас звучат малоубедительно. То обстоятельство, что Япония является в то же время второй по экономической