Начало эры разума - Уильям Джеймс Дюрант

Кроме «Дидо», он оставил два фрагмента высокого качества. Геро и Леандр» — романтическая версия в героических куплетах истории, рассказанной Мусеем в V веке, о юноше, который переплыл Геллеспонт, чтобы сохранить свидание. «Страстный пастух своей любви» — одна из величайших елизаветинских лирических песен. Шекспир выразил признательность Марлоу, вложив фрагменты этой поэмы в уста сэра Хью Эванса в «Виндзорских веселых женах» (III, i), а также нежной ссылкой в «Как вам это понравится» (III, v):

Достижение Марлоу было огромным в свой краткий миг. Он превратил чистый стих в гибкую и мощную речь. Он спас елизаветинскую сцену от классицистов и пуритан. Он придал драме идей и английской истории их определенные формы. Он оставил свой след в «Венецианском купце», в «Ричарде II», в любовной поэзии и в склонности к величественной риторике Шекспира. Благодаря Марлоу, Киду, Лоджу, Грину и Пилю путь был открыт; форма, структура, стиль и материал елизаветинской драмы были подготовлены. Шекспир не был чудом, он был исполнением.

I. В недостаточно проверенной истории говорится, что, когда раненому Сиднею предложили бутылку воды, он передал ее умирающему солдату, стоявшему рядом, со словами: «Твоя нужда больше моей». (Фульк Гревилл, Жизнь знаменитого сэра Филипа Сидни).27

ГЛАВА IV. Уильям Шекспир 1564–1616

I. МОЛОДОСТЬ: 1564–85 ГГ

Давайте для полноты картины подведем итог тому, что полмира знает о Шекспире. Теперь, когда благочестивая ученость уже три столетия роется среди его реликвий, поразительно, как много мы знаем — гораздо больше, чем достаточно, чтобы отбросить, как не заслуживающие обсуждения, все сомнения в авторстве почти всех пьес, приписываемых его имени.

Однако мы не уверены в его имени. Елизавета допускала большую свободу в написании, чем в религии; в одном и том же документе одно и то же слово могло быть написано по-разному, а человек мог подписывать свое имя по-разному в зависимости от спешки или настроения. Так, современники писали Марлоу как Марло, Марлин, Марли, Морли; а шесть сохранившихся подписей Шекспира выглядят так: Will Shaksp, William Shakespē, Wm Shakspẽ, William Shakspere, Will Shakspere, William Shakspeare; распространенное ныне написание не имеет никаких оснований в его автографах. Последние три подписи стоят на одном и том же завещании.

Его матерью была Мэри Арден из старинного уорикширского рода. Она принесла Джону Шекспиру, сыну своего отца-арендатора, хорошее приданое деньгами и землей и родила ему восемь детей, из которых Уильям был третьим. Джон стал преуспевающим предпринимателем в Стратфорде-на-Эйвоне, купил два дома, служил своему городу в качестве дегустатора эля, констебля, олдермена и бейлифа, а также делал щедрые пожертвования в пользу бедных. После 1572 года его состояние пошло на спад; ему предъявили иск на тридцать фунтов, он не ответил, и был издан приказ о его аресте. В 1580 году, по неизвестным причинам, суд обязал его дать гарантии против нарушения мира. В 1592 году он был записан как «не приходящий ежемесячно в церковь согласно законам Ее Величества»; некоторые сделали из этого вывод, что он был католиком-«рекузантом», другие — пуританином, третьи — что он не осмелился встретиться лицом к лицу со своими кредиторами. Позднее Уильям восстановил финансы отца, и после его смерти (1601) два дома на Хенли-стрит остались за Шекспиром.

Приходская церковь Стратфорда зарегистрировала крещение Уильяма 26 апреля 1564 года. Николас Роу, его первый биограф, записал в 1709 году традицию Стратфорда, которой сейчас принято доверять, что отец «воспитывал его… некоторое время в бесплатной школе… Но узость его обстоятельств и необходимость помощи дома заставили отца отозвать его оттуда».1 Бен Джонсон в элегии, приложенной к первому изданию пьес «Фолио», обращается к своему умершему сопернику: «У тебя было мало латыни и меньше греческого». Очевидно, греческие драматурги остались для Шекспира греческими, но он выучил достаточно латыни, чтобы загромоздить свои небольшие пьесы латинскими оборотами и двуязычными каламбурами. Если бы он выучил больше, то мог бы стать еще одним ученым, трудолюбивым и неизвестным. Лондон должен был стать его школой.

Согласно другому преданию, записанному Ричардом Дэвисом около 1681 года, юный Уильям «часто попадал в переделки, воруя оленину и кроликов, особенно у сэра [Томаса] Люси, который часто бил его кнутом и иногда сажал в тюрьму».2 27 ноября 1582 года, когда этому проказнику было восемнадцать лет, он и Энн Хатауэй, которой тогда было около двадцати пяти, получили разрешение на брак. Обстоятельства указывают на то, что друзья Энн заставили Шекспира жениться на ней.3 В мае 1583 года, через полгода после свадьбы, у них родилась дочь, которую они назвали Сюзанной. Позже Анна подарила поэту близнецов, которых 2 февраля 1585 года окрестили Хамнет и Джудит. Вероятно, в конце того же года Шекспир покинул жену и детей. У нас нет никаких сведений о нем в период с 1585 по 1592 год, когда мы находим его актером в Лондоне.

II. РАЗВИТИЕ: 1592–95

Первое упоминание о нем там нелицеприятно. 3 сентября 1592 года Роберт Грин со смертного одра обратился к своим друзьям с предупреждением о том, что их вытесняет в лондонском театре «выскочка Ворон, украшенный нашими перьями, который со своим тигровым сердцем, завернутым в игровое одеяние [пародия на строку из 3 «Генриха VI»], полагает, что он так же хорошо умеет излагать пустые стихи, как и лучшие из вас;