Волчья Яма - Альтер-Оми

В дом заходили остальные бригадиры, столпившись у дивана, они с интересом рассматривали живого Алана.

— Но как? — повторил свой вопрос Крен. — Ведь от этого яда нет спасения.

— Ты так рад, что я жив? — не удержался Алан.

— Прости, босс, — сразу же стушевался Крен, сообразив наконец, как выглядит его любопытство.

Алан тяжело сел.

— Я тоже думал, что умру, но Тимур с Игорем сбегали к старухе. Она надавала порошков и трав. Видимо, они меня и вылечили, — он закашлялся.

Тимур усмехнулся, покосившись на друзей. Те и не подозревали, что Алан им врёт, а актёр из него был так себе. Если вчера можно было поверить, что он умирает, то сейчас в этом здоровом парне едва ли можно было заподозрить больного.

— Старуха? — Сергей почесал затылок. — А… эта, что в лесу.

— Не называй её так, она спасла мне жизнь, — как можно серьёзнее произнёс Алан, хотя самому хотелось смеяться.

— Мне казалось, что она не может такого, — Сергей всё ещё не верил.

— Как видишь, может. Я жив. Что вы узнали? — решил он побыстрее перевести разговор.

— Да ничего особенного, — Крен виновато опустил голову. — Машину засекли по камерам, но толку-то. Регистрация городская, лицо прикрыто маской. Его уже ждали и сразу рванули за квартал. Всё как всегда.

— Понятно, — Алан снова лёг. — Вы езжайте, мне отдохнуть нужно.

— Босс, давайте мы останемся и вам поможем, и девочек Тина, наверное, надо вызвать, чтобы убрались, — предложил Сергей.

— Каких девочек? — возмутился Тимур. — Ему покой нужен.

Он увидел, как друг посмотрел на стол с полупустыми тарелками и выпивкой, и выругался про себя. Но на этот раз Сергей промолчал, похлопав Крена по плечу и кивнув на дверь.

— Если что нужно, звони.

Он пошёл к выходу. Тимур поморщился, как же он хорошо знал это выражение на его лице. Сергей не поверил ни слову, сказанному здесь, а значит, потом обязательно выскажет своё недовольство. Остальные бригадиры, пожелав боссу здоровья, тоже направились к выходу. Когда все ушли, Алан выдохнул.

— Слушай, тебя по голосу слышно, когда врёшь.

— А ты не заставляй меня врать! — разозлился Тимур, тем более лучшим друзьям.

— Придётся, — усмехнулся Алан, поднимаясь. — Ты мне вчера обещал.

— Ну и не придирайся, вру как умею.

Игоря нигде не было видно, а в шезлонге валялось брошенное одеяло.

— Только бы чего не натворил, — проворчал Алан и хотел позвать Никки, но его окликнул Тимур.

— Я домой поехал, жена уже извелась. А ты запрись или уезжай куда на пару дней, а то скачешь, как козёл горный, на больного совсем не похож.

— Хорошо, езжай. Только будь готов, если я позвоню.

Тимур кивнул и исчез за дверью. Через несколько секунд Алан услышал шум отъезжающего автомобиля. Он развернулся и уже было собрался подняться наверх, но, сделав несколько шагов, остановился. Подумав немного, подошёл к большому экрану и включил его. Через несколько секунд по ту сторону появилась мама. В руках она держала тарелку, которую чуть не уронила, увидев сына.

— Милый, — она почти подбежала к экрану. — Я не поверила Игорю. Мы собирались к тебе ехать.

— Ко мне? — Алан сделал удивлённое лицо. — А что случилось?

— Дай-ка мне, я этому засранцу скажу, что случилось, — в экране появился отец. — Мы утром проснулись, и нам сообщают, что ты умер! Весь район только об этом и сплетничает.

— Папа, я же не знал, — Алан гадал, что же им наговорил Игорь.

— Ты правда только отравился? — мама встревожено осматривала его.

— Да, конечно. Я не знаю, что за панику вы там развели. Съел не то, стало плохо. Но всё уже нормально. Вот, — он поднял руки. — Цел и здоров. Не беспокойтесь.

— Думаю, нам надо поговорить, — отец поджал губы.

— Согласен, но через пару дней. Я уеду сейчас. Хочу к источникам наведаться, желудок после отравления подлечить.

— Но…

— Отец, мне есть что тебе сказать, но не сегодня. Мне нужны два дня. Предупреди всех, что со мной всё нормально и нечего распускать сплетни. И для мамы у меня есть сюрприз, — он улыбнулся, глядя на неё. — Но мне нужно только два дня, чтобы всё обдумать.

Отец раздражённо сжал губы, но кивнул.

— Хорошо, жду тебя через два дня и возьми с собой охрану.

— Опять ты за своё. Ладно… — Алан послал воздушный поцелуй матери и отключился.

Никки сидела на нижних ступенях лестницы и с интересом слушала разговор.

— Родители? — спросила она.

Алан кивнул.

— Мама у меня хорошая, но постоянно обо всех беспокоится. А отец суровый. Думаю, они тебе понравятся.

— Ты хочешь нас познакомить?

— Конечно, — Алан сел рядом на ступеньку и приобнял её. — Знаешь, я всегда говорил маме, что никогда не женюсь. Да так часто, что, похоже, сам в это поверил. И вдруг появилась ты, и сразу всё перевернула.

— Потому что я тебя спасла и ты обещал?

Алан улыбнулся.

— Потому что я рядом с тобой счастлив. Потому что, когда я тебя не вижу, мне плохо. Я когда умирал, то думал о тебе, и так мне стало жалко, что я не успел… Поэтому и пообещал, я же не знал, что ты тиасорс.

— А если бы знал? Не пообещал бы? — не отставала Никки.

— Пообещал бы, но, наверное, позже.

— Ах ты! — она замахнулась на него своим маленьким кулачком.

— И учти, — Алан вскочил и, схватив её за руки, притянул к себе. — Мама очень хочет внуков.

Никки рассмеялась. Она была счастлива, и все её тревоги куда-то пропали. Главное, чтобы он был рядом, и всё будет хорошо.

— Давай поедим, после того как ты меня вылечила, аппетит зверский.

Стол был завален вчерашней едой, салфетками и грязной посудой. А посредине стоял пакет от Тина.

— Я быстро! — воскликнула Никки и бросилась прибираться.

— Надо позвонить Тимуру и сказать, чтобы на два дня всё отменил, — Алан уселся за стол и, положив голову на руки, с удовольствием смотрел, как она суетится.

— Зачем? — удивилась Никки, загружая грязную посуду в машину.

— Нужно исчезнуть на пару дней. Для всех я просто отравился. Будет трудно в этом убедить бригадиров, слишком многие видели меня вчера. Но, узнав, что я жив и здоров, они будут думать именно так. Главное, чтобы Тимур с Игорем молчали.

— Ты им доверяешь? — Никки ловко расставляла тарелки.

— Ты маме понравишься, — улыбнулся Алан.

— А я боюсь, — Никки смущённо улыбнулась и взяла пакет, начав разбирать еду по тарелкам.

— Понравишься точно. Уже тем, что я передумал никогда не жениться. Она нам с Игорем уже