На руинах Империи - Татьяна Николаевна Зубачева

Фредди вытер глаза и взял свой стакан.

– Умыли тебя, Джонни.

– Тебя тоже, – усмехнулся Джонатан.

Фредди комично вздохнул и допил коктейль.

Джонатан словно прислушался к чему-то и улыбнулся.

– Ну вот, парни, после коктейлей ужин. Идём в столовую.

Эркин кивнул и тоже поставил свой стакан на столик, а Андрей всё-таки допил свой.

Джонатан встал.

– Мы ещё вернёмся сюда. Ночь велика, успеем.

Встали остальные. Джонатан подошёл к двери в столовую и распахнул её. Фредди, как-то незаметно оказавшись позади парней, мягко подтолкнул их.

Белая скатерть, блеск серебра и сверкание хрусталя и бутылок, белоснежный фарфор, блюда и тарелки с невиданными кушаньями, ветвистые канделябры со свечами… Джонатан зажёг свечи и выключил верхний свет.

– Садитесь, будем ужинать.

Стол привёл парней в состояние, близкое к шоку.

– Эт-то что, взаправду? – наконец выдавил Андрей.

– Сейчас убедишься, – хмыкнул Фредди, усаживая его за стол.

И снова Джонатан мягко, с улыбкой, ловко подсказывал им, что и как делать.

– Каждая рюмка для своего вина, а вино под определённую еду. Поэтому… Фредди, под рыбу белый Дюбонне, под мясо красный, а под русскую икру – русская водка. Вот так.

– И за что пить будем? – Андрей осторожно держал маленькую рюмку.

– За нас всех, – очень серьёзно сказал Джонатан. – И за нашу удачу.

– Да, сэр, – кивнул Эркин.

И опять Джонатан с удовольствием отметил, как красиво и ловко управляется со столовыми приборами Эркин, да и Эндрю тоже. Явно не знают, какая вилка для чего, но сообразили: смотрят на Фредди и подражают ему. Джонатан встретился глазами с Фредди, и тот еле заметно моргнул, что понял и потому делает всё чуть медленнее обычного, чтобы парни успели заметить и повторить его действия.

– Вкусно как. Что это, сэр?

– Это тунец. Рыба такая. А это икра.

– Да-а? – вырвалось у Эркина.

– Пробовал уже? – улыбнулся Джонатан.

– Случилось как-то. Угостили, сэр.

– А, помню. Ты рассказывал, – спокойно кивнул Фредди.

– Ага, и я помню, – улыбался Андрей. – Это когда мы в брошенном доме ночевали.

– Только тогда я не распробовал, – улыбнулся и Эркин. – Не до того было.

А какого чёрта он дёргается?! Сам же перед борьбой через Фредди передал Джонатану всё о себе. Ну, не всё, но главное. И про тех… остальных. Так что можно и не вилять. Что было – то и было. Самому об этом заговаривать не стоит, конечно, но если и зайдёт разговор, то… там видно будет.

– А это тоже рыба?

– Да, лосось.

– Надо же, – Андрей удивлённо покрутил головой. – Я думал, вся рыба на вкус одинаковая.

– Ну, это ещё как приготовлена. Но хороша, Джонни. Очень даже.

– Ну и отлично. А это профитроли с креветками, парни. Креветок когда-нибудь видели?

– Нет, сэр.

– Это к лучшему, – Фредди рассмеялся. – Я когда их увидел… Джонни меня потом долго уговаривал попробовать.

– А тебя можно уговорить, Фредди? – поинтересовался Андрей.

– Редко, – улыбнулся Фредди. – И не каждому.

– А убедить? – у Андрея озорно блестели глаза, и говорил он весело, но без обычной подначки. – Я просто слышал такую… мм… ну, когда делят, распределяют, ну, по разрядам…

– Классифицируют? – с интересом подсказал Джонатан.

– Да, точно. Так вот, слышал я такую… классификацию. Одних можно убедить, других уговорить, третьим приказать, а четвёртых купить.

– А пятые есть? – спросил Эркин.

– А пятые делают только то, что сами хотят, – засмеялся Андрей.

– Интересная классификация, – усмехнулся Фредди. – Убедить, уговорить, приказать и купить. Интересно. Не слышал раньше.

– Интересно, – кивнул Джонатан. – Стоит обдумать.

– Так в разное время по-разному, – сказал вдруг Эркин. – И смотря кто. И кому.

– Резонно, – Андрей чуть-чуть намёком передразнил Джонатана, переждал общий смех и продолжил: – Но всё-таки что-то у человека главное. Из этих четырёх.

– А если он пятый?

– Такие долго не живут, сэр, – ответил за Андрея Эркин.

И Фредди кивнул, молча соглашаясь.

– А теперь мясное, – улыбнулся Джонатан. – Под красное. Фредди… Парни, если из рыбного что-то понравилось, то берите ещё. Улиток попробуйте. Они с миндалём.

– А если всё вкусно?

– Всего и бери. К рыбному идёт белое вино, к мясному красное. Только рюмки не путайте.

– Да, они разные, так, сэр?

– Да. Не пробовал раньше?

– Такого? Нет, сэр. А это тоже мясо?

– Да. Только особо приготовленное. Это ветчина с козьим сыром. К ней вермут.

Ненадолго установилась тишина. Джонатан наслаждался и едой, и видом парней, всё смелее пробующих неизвестные кушанья, и видом Фредди, которому многое здесь тоже… если не в диковинку, то в новинку. И Фредди как прочитал его мысли.

– Однако, Джонни, я и не думал, что это так вкусно.

– А что, ты тоже никогда не ел такого? – Андрей чувствовал себя уже совершенно свободно.

– Кое-что приходилось, но… но так не было. Как-то не чувствовал вкуса.

Эркин кивнул.

– Когда голоден, вкуса не разбираешь.

– А из этого ты что-нибудь пробовал когда?

– Не помню, сэр. Доесть когда дают, быстро заглатываешь, – и рассмеялся. – Пока она не передумала.

– А в имении?

– Ну, там лакеи всё доедали. До кухни тарелки уже вылизанными доходили, – смеялся Эркин.

– И часто пировали? – спросил Андрей.

– Часто, – кивнул Эркин и улыбнулся. – Только нам эти пиры боком выходили.

– Чего так? Вы-то в стороне…

– Понимаешь, Фредди, у них не поймёшь, гости – не гости, но потом обязательно скандал, и хозяйка начинала, – Эркин засмеялся, – экономию наводить. Пайки нам урежет, надзирателям вычетов насыплет, а они на наших спинах отыгрываются.

– Дорогая экономия, – усмехнулся Джонатан и с наслаждением выпил вермута. – Что на пирах проешь, того на рабской каше не сэкономишь. Как тебе русская водка, Фредди?

– Ожидал бóльшего, – улыбнулся Фредди, – но…

– Её надо полным стаканом и залпом, – улыбнулся Андрей. – Мне так говорили.

– Залпом и стаканом что хочешь сработает, – возразил Эркин.

– Это точно, – согласился Фредди. – А если ещё и натощак… любого вышибет.

– Это как меня коньяком тогда. Выпил и отрубился. – рассмеялся Андрей. – А я даже не думал, что столько вкусноты разной бывает.

– Не торопись, – рассмеялся Джонатан. – Впереди ещё много разного.

Парни чувствовали себя совсем свободно, и разговор легко переходил с одного на другое. Ели не спеша, не для насыщения, а для удовольствия. Но пить Эркин всё-таки избегал, пригубливал, но не глотал. Уже не из страха, что начнёт болтать, а просто еда ему нравилась больше. Правда, его мухлежа с выпивкой никто не замечал. То ли ловко делал, то ли внимания не обращали.

– Эркин, а этого не пробовал?

– Это? Было. Там же, я рассказывал. Что это, сэр?

– Телятина с трюфелями.

– Однако… Шикуем, Джонни.

– А трюфеля – это что?

– Королевская еда, Фредди. Трюфели, Эндрю, это грибы такие.

– Грибы, сэр?

– Да, подземные. Ну, растут под землёй.