Путь под лазурным небом - Харников

на всевозможные изысканные угощение, приготовленные специально для Брана, смотрел он на меня как на врага народа, который день и ночь без продыху эксплуатирует бедного рабочего. Но что уж теперь поделать? Подарки отправить нужно было обязательно, не будут же они лежать у меня до отъезда в школу. Я открыл клетку и погладил птицу. Бран слегка нахохлился, но всё-таки окинул меня вопросительным взглядом.

— Лети давай, рожа недовольная, — сказал я, открывая окно.

Издав громкое «кар», ворон выбрался из клетки и вылетел на улицу. Несмотря на всю хитроумную магическую селекцию и обучение ради выведения почтовой птицы, Бран всё ещё остался свободолюбивой птицей, как и его дикие собратья. В отличие от сов, держать его долгое время в клетке не получится, иначе он просто зачахнет и как минимум перестанет выполнять основную функцию, для которой создавался. Такого исхода я точно не хотел.

Накинув тёплую зимнюю мантию, я осмотрел себя и остался доволен. Белая свеженакрахмаленная рубашка с синим галстуком в шотландскую клетку, любезно предоставленному мне дядей Верноном. Сверху тёмно-синяя твидовая, как и отглаженные брюки, жилетка. Образ завершал чёрный ремень с декоративной пряжкой, на которой был изображён лев. Символично, учитывая мой факультет. Будь я на лет так пять старше, да ещё пару аксессуаров добавить, то выглядел бы очень даже солидно. По моему же собственному скромному мнению, конечно. Так я лишь прилично одетый одиннадцатилетний мальчик.

Я взглянул на часы и последний раз поправил воротник. Пора.

— Уже уходишь?

Услышав, что я спускаюсь, с кухни вышла Петуния. Поправив мой многострадальный воротник и разгладив складки на мантии, она улыбнулась.

— Красавец. Будь я лет так на десять моложе, обязательно влюбилась бы, — засмеялась тётя.

— Ну тётя, — смутился я. — Мне до этого ещё года три минимум.

— Ладно-Ладно. Дамблдор не зайдёт?

— Нет, мы отправляемся сразу, — отодвинув рукав, я снова взглянул на часы. Удобно. В прошлом мире я их не носил. — Он прибудет с минуты на минуты.

— Ну хорошо. Будь осторожен, Гарри.

Она обняла меня на прощание, а затем снова начала расправлять складки на мантии, появившиеся после объятий. На лицо сама собой вылезла улыбка.

Дамблдор прибыл ровно в назначенное время, стоило только секундной стрелке остановиться на двенадцати. Одет он был, как и всегда, достаточно экстравагантно: привычная ещё по Хогвартсу блестящая лиловая мантия была усыпана звездами, сверкающими как настоящие сверкают на ночном небе. На голове лежал того же цвета колпак с помпоном, наклонившимся в бок под собственным весом. Вплетённую в бороду колокольчики звонко звякнули, когда он обернулся в мою сторону. Единственным элементом одежды, который можно было назвать обычным, оказались чёрные лакированные полуботинки, показавшиеся из-под мантии когда он сделал шаг в мою сторону.

— Добрый день, Гарри, — директор добродушно улыбнулся, подойдя ко мне.

— И вам, директор Дамблдор. Можно вопрос?

В его глазах мелькнул интерес и он кивнул.

— Почему вы так одеваетесь?

Задавая вопрос, я продолжал осматривать мантию, подмечая мелкие детали во внешности волшебника. Например, вязь неизвестных символов на окантовке рукавов. Мантия явно не так простая.

— Хо-хо, интересный вопрос, мальчик мой, — он провёл рукой по длинной бороде, отчего колокольчики зазвенели. — Понимаешь ли, в моём положении я могу позволить себе носить всё что угодно. Ты даже не представляешь, как весело наблюдать за людьми, когда я предстаю перед ними в более экстравагантных костюмах.

— Есть ещё более?..

— Поверь мне, Гарри, есть. Помнится, когда я пришёл к уважаемому министру Фаджу в мантии, больше похожей на ночнушку, с кучей ведьмочек на мётлах, у него ещё долго не переставал дёргаться глаз. Хотя, мадам Боунс оценила. Понимающая она женщина, скажу тебе. Ей по должности положено.

Понять, насколько должна быть понимающей женщиной глава Департамента Магического Правопорядка я не смог, но представив в голове общую картину, рассмеялся.

— Думаю, теперь я понимаю, директор. Скажу вам, это сильно.

— Спасибо за оценку, Гарри, — он хохотнул и поправил слегка съехавший колпак. — Отправляемся?

— Конечно, — согласился я, внутренне собираясь с мыслями.

— Тогда берись за руку.

Воспоминания о перемещении с Макгонагалл сами всплыли в мыслях и я постарался приготовиться хотя бы морально. Взяв его за руку, меня тут же скрутило. Чужая сила подхватила меня и скрутила, пытаясь протолкнуть через незримую точку на том месте, где стоял директор. Пространство исказилось до неузнаваемости и организм банально не мог понять, где и что находится. Когда водоворот пространства перестал кружить перед глазами, я понял, что уже стою на твердой земле. На удивление, я пришёл в себя в первые секунды и не ощущал никаких негативных последствий, как это было с Макгонагалл. Возможно, это из-за силы и опыта самого директора? Вряд ли я смог адаптироваться к аппарация за один заход.

Часовая Башня являлась ничем иным, как Часовой Башней Вестминстерского дворца. Если проще, то всем известный Биг-Бэн. Северная башня Парламента представляла собой не только самое узнаваемое в мире место в Англии и величественный неоготический памятник, но и этакую библиотеку, совмещённую с кабинетом уполномоченных королевских клерков, ведущих дела магической части Британского дворянства. Часовая Башня не является частью Министерства Магии и подчиняется напрямую правящему монарху, которым сейчас являлась Елизавета II. Работать здесь очень престижно, но любая, даже низшая должность, накладывает на мага кучу ограничений посредством контрактов, а то и клятв. Из-за последнего и, собственно, Статута о Секретности, работать здесь могут только маги.

Вход внутрь находился с другой стороны башни, скрытый чарами от простых людей, и охранялся парой крепких мужчин в белых кителях и штанах. На поясе у каждого висела кобура с волшебной палочкой. Когда мы прошли мимо, они даже не шелохнулись, но я знал, что любое лишнее движение может привести к печальным последствиям. Справившись с пробежавшими по телу мурашками, я поспешил за Дамблдором.

Сам я никогда не бывал в экскурсии по Биг-Бену, но знал, что для подъёма наверх предстоит преодолеть триста с лишним ступенек. Здесь же лестницей даже не пахло. Кованые створки лифта зазывали нас внутрь, и мы поспешили вперёд.

— Директор, как это возможно? — с интересом оглядывая окружение, поинтересовался, параллельно пытаясь придумать собственный ответ на основе имеющихся знаний.

— Это магия, Гарри, — серьёзно ответил Дамблдор, но увидев скепсис на моём лице, он улыбнулся. — Ох, эти пытливые юношеские умы. Ты знаешь как работают чары расширения пространства?

— Нет, но полагаю они расширяют пространство, не так