Стихотворения - Марина Ивановна Цветаева

Горы — в небеса.

Край всего свободнее

И щедрей всего.

Эти горы — родина

Сына моего.

Долы — ланям пастбище,

Не смутить зверья —

Хата крышей застится,

А в лесу — ружья —

Сколько бы ни пройдено

Верст — ни одного.

Эти долы — родина

Сына моего.

Там растила сына я,

И текли — вода?

Дни? или гусиные

Белые стада?…

Празднует смородина

Лета рождество.

Эти хаты — родина

Сына моего.

Было то рождение

В мир — рожденьем в рай.

Бог, создав Богемию,

Молвил: «Славный край!

Все дары природные,

Все — до одного!

Пощедрее родины

Сына — Моего!»

Чешское подземие:

Брак ручьев и руд!

Бог, создав Богемию,

Молвил: «Добрый труд!»

Все было — безродного

Лишь ни одного

Не было на родине

Сына моего.

Прокляты — кто заняли

Тот смиренный рай

С зайцами и с ланями,

С перьями фазаньими…

Трекляты — кто продали,

Ввек не прощены! —

Вековую родину

Всех, — кто без страны!

Край мой, край мой, проданный

Весь живьем, с зверьем,

С чудо-огородами,

С горными породами,

С целыми народами,

В поле, без жилья,

Стонущими:

— Родина!

Родина моя!

Богова! Богемия!

Не лежи, как пласт!

Бог давал обеими —

И опять подаст!

В клятве — руку подняли

Все твои сыны —

Умереть за родину

Всех — кто без страны!

Между 12 и 19 ноября 1938

3

Есть на карте — место:

Взглянешь — кровь в лицо!

Бьется в муке крестной

Каждое сельцо.

Поделил — секирой

Пограничный шест.

Есть на теле мира

Язва: все проест!

От крыльца — до статных

Гор — до орльих гнезд —

В тысячи квадратных

Невозвратных верст —

Язва.

Лег на отдых —

Чех: живым зарыт.

Есть в груди народов

Рана: наш убит!

Только край тот назван

Братский — дождь из глаз!

Жир, аферу празднуй!

Славно удалась.

Жир, Иуду — чествуй!

Мы ж — в ком сердце — есть:

Есть на карте место

Пусто: наша честь.

19–22 ноября 1938

4

Один офицер

В Судетах, на лесной чешской границе, офицер с 20 солдатами, оставив солдат в лесу, вышел на дорогу и стал стрелять в подходящих немцев. Конец его неизвестен.

(Из сентябрьских газет 1938 г.)

Чешский лесок —

Самый лесной.

Год — девятьсот

Тридцать восьмой.

День и месяц? — вершины, эхом:

— День, как немцы входили к чехам!

Лес — красноват,

День — сине-сер.

Двадцать солдат,

Один офицер.

Крутолобый и круглолицый

Офицер стережет границу.

Лес мой, кругом,

Куст мой, кругом,

Дом мой, кругом,

Мой — этот дом.

Леса не сдам,

Дома не сдам,

Края не сдам,

Пяди не сдам!

Лиственный мрак.

Сердца испуг:

Прусский ли шаг?

Сердца ли стук?

Лес мой, прощай!

Век мой, прощай!

Край мой, прощай!

Мой — этот край!

Пусть целый край

К вражьим ногам!

Я — под ногой —

Камня не сдам!

Топот сапог.

— Немцы! — листок.

Грохот желез.

— Немцы! — весь лес.

— Немцы! — раскат

Гор и пещер.

Бросил солдат

Один — офицер.

Из лесочку — живым манером

На громаду — да с револьвером!

Выстрела треск.

Треснул — весь лес!

Лес: рукоплеск!

Весь — рукоплеск!

Пока пулями в немца хлещет,

Целый лес ему рукоплещет!

Кленом, сосной,

Хвоей, листвой,

Всею сплошной

Чащей лесной —

Понесена

Добрая весть,

Что — спасена

Чешская честь!

Значит — страна

Так не сдана,

Значит — война

Все же — была!

— Край мой, виват!

— Выкуси, герр!

…Двадцать солдат.

Один офицер.

Октябрь 1938 — 17 апреля 1939

<5>

Родина радия

Можно ль, чтоб века

Бич слепоок

Родину света

Взял под сапог?

Взглянь на те горы!

В этих горах —

Лучшее найдено:

Родина — радия.

Странник, всем взором

Глаз и души

Взглянь на те горы!

В сердце впиши

Каждую впадину:

Родина — радия…

(1938–1939)

Стихи к Чехии

Март

1

(Колыбельная)

В оны дни певала дрема

По всем селам-деревням:

— Спи, младенец! Не то злому

Псу-татарину отдам!

Ночью черной, ночью лунной —

По Тюрингии холмам:

— Спи, германец! Не то гунну

Кривоногому отдам!

Днесь — по всей стране богемской

Да по всем ее углам:

— Спи, богемец! Не то немцу.

Пану Гитлеру отдам!

28 марта 1939

2

Пепелище

Налетевший на град Вацлава —

Так пожар пожирает траву…

Поигравший с богемской гранью!

Так зола засыпает