Повелитель теней. Том 2 - Лариса Куницына

— Я войду в него. Я должен отыскать свою лису. Вам придётся охранять зеркало, чтоб никто не помешал нам вернуться. Возможно, по возвращении я буду ослаблен, потому что яд, заполнивший внутреннее пространство ловушки, подействует и на меня.

— Идите и ни о чём не беспокойтесь. Я буду ждать вас и окажу необходимую помощь, когда вы выйдете. И если кто-то попытается войти сюда, он умрёт.

— Хорошо, — кивнул Ворон и, решительно посмотрев на зеркало, провёл порезанной ладонью по стеклу от края до края, отчего по нему побежали мелкие вскипающие волны.

Поверхность заколебалась, и Ворон вошёл в зеркало, как в дверь. Джулиан задумчиво смотрел ему вслед, а затем не удержался и заглянул за раму. Зеркало было тонким и пыльным с другой стороны.

— Ненавижу демонов, — прошептал он.

Оставшись в одиночестве, он прошёлся по залу, прислушиваясь, и по-прежнему опасаясь уловить тёплое дуновение. Обычно это ощущение его не смущало, более того, оно было таким родным, потому что он привык погружаться в него, обнимая свою любимую. Но сейчас было ясно, что это дуновение станет лишь предвестником куда более жаркой и даже обжигающей волны. Живущая в нём и бережно хранимая им частичка Света, а также привычка бесконечно прикасаться к его источнику, защищала его от сжигающей природы этой энергии. Он знал, что погрузившись в неё полностью, он не сгорит, а лишь переродится, что конечно, понравится его человеческой душе, но вряд ли устроит его демоническую натуру, потому у него не было никакого желания сталкиваться с источником более мощным и опасным. Не говоря уж о том, что этот древний ангел вполне может быть библейски крут нравом и, увидев в нём демона, просто прихлопнет его своей тяжёлой орлиной лапой.

Так что в данной ситуации останется два выхода: бежать или вступить в переговоры. Первое было более надежным, но ставило под удар доверившегося ему Ворона, а парень, хоть и демон, пока вёл себя вполне по-человечески, и, судя по всему, для Небес и людей опасности не представлял. Вступать же в переговоры с огненным смерчем было делом опасным и бесперспективным. Одна надежда на то, что умом он так же одарён, как и силой. Впрочем, порывшись в памяти своего предшественника, Джулиан с горечью обнаружил, что демон Кратегус никогда не вступал не то что в переговоры, но даже в простой визуальный контакт с такими противниками, предпочитая смываться с поля боя при первых отблесках, игравших на их золотых доспехах.

Размышляя таким образом, Джулиан дошёл до входа в зал и замер, услышав шаги множества ног. Конечно, выставив здесь стражу из двойников, тёмные рыцари должны были предусмотреть сигнал о вторжении, а, следовательно, уже спешили в зал, где под охраной находилась неожиданно возникшая, тёмная, и наверняка непонятная им реликвия. Отсутствие караула в галерее наверху уже должно было их встревожить. И вот теперь по каменным плитам грохотали десятки ног, обутых в подкованные сапоги.

Джулиан невольно улыбнулся. Среди этих воинов точно должны быть настоящие демоны, переродившиеся из людей, а сражаться с демонами было для него той самой отрадой, что облегчала выпавшие на его долю испытания. Потому, отойдя от входа, он встал посреди зала, ожидая своих противников. И только первые ворвались в зал, потрясая копьями и мечами, он выбросил вперёд руку, с которой сорвался стремительно разрастающийся шар синего огня. Он ударил в первые ряды рыцарей, и они частью рассыпались искрами, а частью превратившись в пыль, умчались в темноту за колоннами лёгкими, закручивающимися в воронки облачками.

Это сбило строй, и они замерли, глядя на чёрного рыцаря в серебряных доспехах, чьи зелёные глаза пронзительно горели в полумраке, а тёмные кудри развивал неощутимый ветер.

Вышедший вперёд высокий воин с резкими чертами лица и длинными чёрными волосами пристально взглянул на Джулиана.

— Кто ты, и как посмел войти в наши владения? — резко спросил он.

— Я могу входить в любое измерение, расположенное во Тьме, если оно не защищено правом равного мне или выше меня, — надменно произнёс Джулиан. — И мне не нужно позволения мелких бесов, перерождённых из жалких смертных, чтоб быть здесь.

— Ты недостаточно вежлив, — заметил тот и резко взмахнул рукой, в которой был какой-то предмет.

Длинное огненное лассо молнией метнулось в сторону Джулиана, но он перехватил его закованной в железную перчатку рукой и усмехнулся.

— Ты ошибся, и это для вас плохо кончится.

Он рванул лассо на себя, и что-то блестящее вылетело из рук главаря демонов. Джулиан поймал этот предмет, в который с треском втянулось лассо, и с интересом осмотрел. Это был короткий жезл из жёлтого металла, украшенный витыми узорами и покрытый загадочными письменами.

— Ещё одна игрушка Тьмы для моей коллекции, — прокомментировал он и сунул жезл за пояс, после чего снова выпустил шар, который смёл несколько тёмных рыцарей слева от главаря.

Тот отступил в сторону и уже более почтительно взглянул на незваного гостя.

— Простите, господин. Вы явились из великой Тьмы, которой мы поклоняемся. Я, Барнар, магистр ордена Синего Грифона, прошу у вас прощения за проявленное неуважение, явившееся следствием нашего невежества, поскольку вы не соизволили представиться, а мы не признали в вас тёмную сущность. Если вам будет угодно назвать себя, мы с радостью будем служить вам, поскольку ищем сильного покровителя.

— Кто сказал, что мне нужны слуги? — спросил Джулиан и, стиснув зубы, снова выбросил вперёд руку.

Синие разряды, подобные шаровым молниям, снова сорвались с его пальцев и внесли полную сумятицу в ряды тёмных рыцарей. Они поспешно кинулись к выходу, аБарнар, растолкав всех, выбежал первым.

— Понятно, сражаться вы не хотите, — пожал плечами Джулиан и снова усмехнулся. — А придётся, или я просто превращу вас всех в пепел.

Он направился к выходу, и в этот момент услышал позади стон и обернулся. Бледный, с трудом передвигающийся Ворон выбирался из зеркала, одной рукой опираясь на посох с поблекшим кристаллом, а другой прижимая к груди что-то белое. Джулиан поспешил ему на помощь и подхватил в тот самый момент, когда тот готов был рухнуть на пол. И только после этого он заметил тёмные дымные щупальца, тянущиеся за ним из зеркала. Мгновенно выпустив в ту сторону очередной синий шар, он попал зеркало, и оно разлетелось каменными обломками и мелкими осколками стекла. Щупальца исчезли и Ворон, глубоко вздохнув, наконец, выпрямился.

— Я не успел, — печально произнёс он. — Слишком поздно. У неё оставалось совсем мало сил и последние она передала своему детёнышу. Она протянула