Частная практика. Начало. - esteem

Мелинда просто смотрела ему в глаза и улыбалась. Ответа не требовалось.

- Магия разума?? - почти на грани слышимости прошептал Георгий, - Тогда у нас большие проблемы. Кто? Ты?

Мелинда продолжала молчать.

- Или...или девчонка?! О, боже! Если она, то у нас просто огромные проблемы! Может Ирина Михайловна? - граф уже терялся в догадках.

- Ни то, ни другое, ни третье, - честно соврала Мэл, - В препарате задействованы иные механизмы. Тебе о них знать не стоит. Если Всеволод спросит - сошлись на меня. Я найду, что сказать. И вообще о "начинке" тюбика, никто знать не должен. Это семейная тайна. А они - такого типа тайны - хранятся пуще государственных! Просто возьми тюбик, отвези его в Питер и воткни в какого-нибудь бедолагу, стоящему одной ногой в могиле. Или какой свежий жмур попадётся. Тоже можешь воткнуть и как напевает Оленька - нажми на кнопку, получишь результат.

- Яра. Но если всё, что ты говоришь - правда. То...то я даже не знаю... - совсем растерялся генерал. - Император тебя озолотит!

- Да не я это! Когда до вас наконец-то дойдёт?! Это сестрёнка моя! Её разработки, её расчёты, её практическое выполнение! Я только советы давала, да на стрёме...мм...то есть на шухере....о-о, господи, на подхвате была! Прав барон, понахваталась я от неё глупых словечек.

- А скажи, Яра. Вы в патентное бюро обращались?

- Естественно. Прошло уже четыре месяца, как я подала несколько заявок на привилеи. До сих пор ответа не получила. На крема и на технику.

- На технику? - встрепенулся барон.

- Ага, - устало ответила девушка, - На неё самую. Но это я вам Карл, попозже покажу.

- А на шприц-тюбик, состав его "начинки" и вообще на синтез "живой" магии?

- Жидкой? Сжиженной? - переспросила Мэл.

- Ну, да. Только я с самого начала предпочитаю называть её "живой".

- Кто ж такие вещи патентует? Это ж секрет! Рази мы тупые, барин? Понятиев не имеем? - перешла на "старосельский" сленг Мелинда.

- Ффухх, - с силой выдохнул, граф, - Да хто же ж вас баб, разберёть? - подыграл он довольный, девушке, - Чё в ваших куриных мозгах деется-то? Вам бы тока сиськи поболе да хвигура по строньше, да нарядов, да серёг с бусами, да жопа поширше, да корова, чтоб поутру не лягалася при дойке! А об остальном пущай мужик озаботится!

Компания за столом, включая вновь задремавшего графа Боборыкина, весело рассмеялась.

- Да, совсем забыла предупредить об очень важном побочном эффекте, шприц-тюбика, Георгий, - обратилась к хозяину дома Мелинда, когда все более-менее успокоились.

- Слушаю внимательно, Яра, - слегка напрягся граф.

- В "живой" - как ты говоришь - магии препарата, омолаживающей составляющей, приходится намного большая часть - в процентном отношении, - чем в обычных наполнителях для косметики. По расчётам Оленьки, это сделано для того, чтобы как можно быстрее и качественнее ввести человека в нормальное состояние после перенесённого ранения и связанного с этим шока. Чтобы он смог сходу войти в строй на поле боя. Также, там присутствует и мощное обезболевающее.

- Ну это-то понятно...

- Погоди. Не перебивай. Это очень важно! Вводить препарат, можно, только если человек действительно тяжело ранен или болен или уже...того, понимаешь? Ежели его введёт себе легкораненый или вообще здоровый...короче, если старик - то ещё куда ни шло, а вот если молодой парень...Может сработать обратный эффект, понятно?

- Не совсем.

- В общем, или в комбинезоне потеряется, или совсем...в эмбрион превратится. А мамки рядом не будет, чтобы "туда" его впихнуть. Как в той поговорке, "мама роди меня обратно." Ох, - тяжело вздохнула она, - Нужно было инструкцию по применению шприц-тюбика написать. Ладно, завтра Ольку этим озабочу, пока вы там у себя тестировать его будете.

В это время у неё зазвонил мобильник.

- Алло? Вика? Да...Уже дома? Да...да, у нас ...на вилле Гараниных. У её подружки день рождения, что не помнишь? И баба Ира тоже...Скучно ей было...Хорошо...стой, не клади трубку. К вам скоро посыльный прибудет...да, я знаю я и вызвала. Передашь ему те две коробки, что под лестницей стоят. Да...вот эти. Под расписку. Не забудь....А-а неважно. Напишешь моё имя...да. Мелинда Драго...и поставишь мою подпись. Да любую закорючку Ты же врач, всё равно никто не поймёт. Ага...спасибо. У вас всё нормально?...Лёха с вами? Домой собирается? Нет...оставляй у нас. Ну так положи пока в мою комнату или в Олькину, мы сегодня здесь ночевать будем. Вернёмся завтра...ага...поздно. Всё. Ешьте и спать ложитесь. Завтра выходной? Вот и отлично. Всё. Вику и Лёхе - привет. Ага. Бай.

- Георгий, - обратилась она к генералу, - свяжитесь с посыльным и поменяйте адрес прибытия.

- Хорошо, - граф вновь принялся за планшет, - диктуйте.

- Липовая аллея дом 17.

- Записал, - и через несколько секунд, - Отослал. Подтверждение получил. Спасибо.

- Ну, всё. С вами я разобралась. Кто у нас на очереди? Господин барон? - она посмотрела на Карла Гюнтера, - Ну, что ж, как говорят у нас в княжестве:" Прошу пане, до кобылы."

- Вы отождествляете себя с...эм-м... - вздёрнул бровь, барон, - с... извиняюсь, лошадью?

В ответ раздался звонкий девичий смех.

- Ой, Карл! Вы как всегда, донельзя прямолинейны и бесхитростны! Это опять одна из многочисленных метафор моей сестрёнки. Откуда она их берёт - ума не приложу. Может сама придумывает? - Мэл развела руками. - Но давайте вернёмся к делу. У меня для вас, тоже есть несколько интересных предложений. И возможно они вас, а вернее вашего брата заинтересуют.

- Франца? - уточнил мужчина.

- Да. Его самого. Франца Христофоровича.

- Я так понял, что речь пойдёт о технике, которую вы упоминали?

Вместо ответа, девушка взяла в руки оставленный в кресле Ириной Михайловной портфель. И открыв его, стала выкладывать на стол рисунки, схемы и чертежи выполненные Оленькой.

Генерал и граф Боборыкин, придвинулись поближе к барону, заинтересованно разглядывая модели машин и мотоциклов. В полной тишине, изредка слышались тихие возгласы: "Необыкновенно!" "Футуристично!" " Какие грациозные формы", "а это не мотоцикл, а монстр какой-то!" "Изумительно!" Феерично!" "Волшебно!" - тихо шуршали бумаги, передаваемые друг другу.

Через полчаса просмотров и восторженных восклицаний, барон поднялся,