Покажи мне космос - Лина Каптейн

Последняя линия обороны падает. Я больше не сопротивляюсь. Я поддаюсь.

Руки, которые секунду назад собирались оттолкнуть Филиппа, теперь обнимают его за шею, заставляя наклониться ближе.

Разум отчаянно кричит: «Что ты делаешь, Рита?»

Но тело уже ничего слушает. Теперь им управляют чувства. Те самые чувства, что я изо всех сил подавляла.

Они вырываются из тюрьмы на свободу.

Поэтому когда Филипп жадно целует меня, я так же горячо ему отвечаю. Упиваюсь вкусом лимонной жвачки. Позволяю сильным рукам сжимать себя в объятиях, а свои запускаю в его густые волосы.

Я вижу целую Вселенную с закрытыми глазами. Она передо мной как ладони. Словно стоит лишь захотеть, и можно коснуться звезд.

В голове взрываются яркие вспышки сверхновых.

Я наконец понимаю, что имел в виду Филипп во время танца, когда говорил о сумасшествии. Со мной сейчас происходит то же самое. От его прикосновений я окончательно теряю голову.

Этот поцелуй — требовательный, глубокий, ненасытный. Но он кажется самым правильным поступком за последнее время.

Никогда в жизни не испытывала подобного. И никогда еще не было настолько хорошо.

— Я так и знал… — глухо произносит Филипп, на секунду отстраняясь. — Ты — просто нечто.

— Ты тоже… — на выдохе вырывается у меня. — Не обижаешься из-за танцев?

— Как я могу обижаться, если ты подарила гораздо больше, чем обещала?

Он смотрит на меня затуманенным взглядом из-под полуприкрытых век, а потом целует с новой силой. В ответ я со всей страстью сжимаю его плечи.

Если бы сегодня утром кто-то сказал, что вечер закончится вот так, я бы рассмеялась ему в лицо.

Но вот мы с Филиппом стоим здесь, на берегу ревущего моря темной ночью. И наши сердца тоже охватывает ураган. Они неудержимо бьются под рокот волн и шум ветра.

Однако после множества попыток разуму удается вернуть контроль над телом, и я резко вырываюсь из рук Филиппа.

— Что… случилось? — произносит он, тяжело дыша. — Что не так?

— Мы… мы с тобой… не можем быть вместе, — тоже с трудом говорю я.

— Почему?

Филипп хмурится от удивления.

— По многим… причинам.

Я обхватываю себя руками. Становится очень холодно, и соленый ветер норовит продуть до костей.

— Например?

— Например, мы из разных городов. Скоро смена закончится, и каждый уедет домой.

— Это решаемая проблема.

Филипп делает шаг вперед, но я сразу отступаю назад.

Больше нельзя позволять ему прикасаться ко мне. Иначе, боюсь, я опять потеряю контроль. И себя тоже.

— И как ты собираешься ее решать?

— Я придумаю.

— Вот! Ты даже не знаешь! Наверняка это даже не приходило тебе в голову, пока я не сказала.

— Приходило. Но я планировал, что мы вместе найдем вариант, который всех устроит.

У меня вырывается смешок.

— Пока не вижу никаких вариантов.

Томск и Ростов-на-Дону разделяют несколько тысяч километров. Между нашими городами не летают самолеты, а в поезде трястись несколько суток.

— Если это любовь, расстояние — не помеха, — произносит Филипп.

Глава 52

— Если это любовь, расстояние — не помеха, — произносит Филипп.

— А это любовь?

— Не знаю. Но я такого еще ни с кем не испытывал. Ни с одной девушкой.

Значит, интуиция была права. Конечно, я у него не первая и даже не вторая.

— А мне кажется, рановато говорить о любви. Мы знаем друг друга несколько дней!

— У меня ощущение, что целую жизнь.

Я опускаю голову, а потом вновь вскидываю ее и смотрю Филиппу прямо в глаза.

— Послушай, если ищешь девушку на смену, лучше поищи в другом месте. Уверена, многие будут просто счастливы такому предложению. Но не я. Мне не нужен курортный роман на неделю.

— И мне не нужен. Когда я предлагал тебе встречаться, то не собирался расставаться.

Я больше не убегаю, и Филипп подходит ко мне вплотную.

— То есть ты правда хочешь отношений на расстоянии? Постоянные переписки, звонки по видео и встречи раз в полгода?

Это даже звучит как пытка.

Читать бездушные сообщения в мессенджере. Видеть своего парня лишь на экране мобильного или ноутбука.

Не иметь возможности посидеть в кафе, прогуляться под руку по набережной или зайти в гости. Месяцами мечтать о новой встрече, а потом рыдать в подушку, проводив его на вокзале.

Мы не будем вместе отмечать дни рождения друг друга. Не будем рядом в самые важные моменты. А еще разница во времени…

Не представляю, как вынести нечто подобное. Да я сойду с ума от тоски и ревности!

Может, некоторым парам подходят отношения на расстоянии, но мне кажется, это лишь бледная копия отношений. И они наверняка рассыпятся со временем.

Тогда зачем начинать?

— Переписки и звонки — только на первое время, — говорит Филипп и касается ладонью моей щеки. — Потом мы сможем сократить расстояние.

— Каким образом? У тебя в Томске учеба и семья. У меня в Ростове тоже. Я не могу бросить родителей после всего, что они для меня сделали. А ты? Ты оставишь своего братишку из-за девушки, которую знаешь меньше недели?

Он молчит, и я понимаю, что этот вопрос слишком сложен для нас обоих. Слишком рано на него отвечать.

Я не готова укатить через полстраны с первым встречным. Маме с папой уже за пятьдесят, а я — их единственная дочь.

По сравнению со многими одноклассниками и одногруппниками у меня было практически идеальное детство.

Мы жили не слишком богато, но и не бедно. На среднем уровне. Я нуждалась разве что в каникулах на море, ну и за границу никогда не ездила.

Но я имела возможность заниматься тем, что по-настоящему люблю, — танцами. И даже после того, как мы с Пашей перестали быть парой, родители не стали сильно на меня злиться.

Наоборот, папа хотел по-мужски поговорить с ним, когда случайно узнал правду. Но я остановила отца, заверив, что в этом нет нужды. Хотя, наверное, зря.

И тем не менее родители периодически заводят разговор о том, собираюсь ли я возвращаться в спорт, и подыскивают кандидатуры партнеров.

Филипп тоже вряд ли решится на кардинальные перемены в жизни. Судя по его рассказам, он очень привязан к Артему, а Артем к нему.

— Видишь, слишком многое против этих отношений, — грустно произношу я.

Филипп касается лбом моего лба и закрывает глаза.

— Рит… Не обрывай все. Я что-нибудь придумаю. Обещаю.

— Не надо. Не обещай того, чего не сделаешь.

— Сделаю.

— Какой же ты самонадеянный… — У меня на лице появляется печальная улыбка, а потом я отстраняюсь. — Давай просто сделаем вид, что ничего не было.