Великая княгиня Елисавета Феодоровна и император Николай II. Документы и материалы, 1884–1909 гг. - Коллектив авторов -- Биографии и мемуары

С 1 по 9 ноября 1888 г. цесаревич присутствовал в Копенгагене на 25-летнем юбилее царствования своего дедушки — датского короля Кристиана IX (1818–1906).

В это же время Сергей Александрович, Елисавета Феодоровна и Павел Александрович путешествуют по Ближнему Востоку. Сохранилось довольно много описаний их путешествия по Святой Земле, Египту и Сирии. Их встречали как представителей императорского дома России.

Следует сказать и о том, что в 1882 г. Сергей Александрович основал и возглавил Православное Палестинское Общество (с 1889 г. — Императорское (ИППО)).

Главной целью ИППО была сделать паломничество в Святую Землю материально доступным для всех слоев населения Российской Империи. Необходимо было обеспечить паломников гостиницами, больницами, окормлением русских священников и т. д.

Другим направлением деятельности Общества стало укрепление Православия среди местного арабского населения. За время председательствования вел. кн. Сергея Александровича (1882–1905) было открыто 102 школы для православных арабов, среди которых были и 2 учительских семинарии. Таким образом, благодаря трудам ИППО можно говорить о создании системы православного образования на Святой Земле.

ИППО на Святой Земле не только строило подворья, храмы, больницы, школы, кроме того занималось и научной деятельностью, издавало книги, брошюры, журналы.

Елисавета Феодоровна глубоко впитывала в себя впечатления от Святой Земли и с огромным интересом знакомилась с деятельностью Общества, знакомилась с его сотрудниками, с жизнью православных арабов. После гибели вел. кн. Сергея Александровича она возглавит его детище — сегодня мы можем говорить о ее реальном руководстве этой сильной активной организацией, оказывавшей видимое влияние на жизнь Святой Земли в то время.

За две недели своего паломничества на Святую Землю Сергей Александрович и Елисавета Феодоровна посетили многие святые места, наиболее глубокие впечатления остались у них от служб у Гроба Господня, на горе Фавор и при освящении храма Марии Магдалины в память матери Сергея Александровича императрицы Марии Александровны, на Елеонской горе. Из храма Гроба Господня Елисавета Феодоровна вышла вся в слезах. Предание сохранило для нас и слова великой княгини, произнесенные после молитвы в храме Марии Магдалины: «Как бы я хотела быть похороненной здесь». В дар храму Елисавета Феодоровна преподнесла вышитый собственноручно ковер для жертвенника. Ее слова оказались пророческими: много лет спустя ее мощи были привезены и похоронены здесь.

В эти дни решалась и судьба Павла Александровича: в Афинах он сделал предложение греческой принцессе Александре (в кругу семьи — Аликс), которое было благосклонно принято.

Цесаревич Николай Александрович — вел. кн. Сергею Александровичу

6 сентября. Спала

Дорогой дядя Сергей,

Мы только что окончили первую и самую небольшую часть нашего путешествия и теперь наслаждаемся здесь в лесах полным отдыхом, полным спокойствием после маневров под Елисаветградом[317]. Ничего не стану говорить про мимолетное свидание с родными в Гмундене, так как ты, наверное, знаешь много, и я написал тетеньке из Петергофа про него.

В Елисаветграде мы были помещены в громадном доме[318], выстроенном при Николае Павловиче[319], именно для подобного рода приездов, мы оба жили в его комнатах, совершенно голых, похожих на казарменные помещения; единственным украшением стен был большой портрет, во весь рост, твоего деда. Но там мы жили только два дня и затем переехали в местечко Новая Прага[320], чтобы быть ближе к действиям войск. При выезде на маневры изо дня в день повторялось одно и то же: утром в 8 ч. уезжали из дому в степь и с вершины какого-нибудь скифского кургана в продолжение двух, трех, иногда пяти часов обозревали местность кругом. Это стояние на месте, вдали от войск, посреди огромной равнины, на самом припеке южного солнца, меня всякий раз сердило; дядя Владимир думал то же самое. Но Папа остался очень доволен ходом маневров, хотя войск в эти дни он видел чрезвычайно мало. А войска действительно стоили того, чтобы Папа их видел, в эту большую жару и страшную пыль, делая ежедневно усиленные переходы, нельзя было заметить по их лицам и тени утомления, напротив, они смотрели весело, бодро; лица совершенно черные, с белыми фуражками и рубашками, выглядели очень красиво.

Только последний день маневров удалось нам увидеть 51-ю мобилизованную пехотную дивизию; она показалась блестящею во всех отношениях, какими молодцами выглядели все запасные! Все роты имели более 100 рядов и полки были в полном боевом составе…

1 сентября за местечком произошел парад, во многом напомнивший мне парад под Брестом, с тою знаменитой пылью; на нем участвовало 60 900 чел., и он был красивее того, потому что было видно. Войска стояли в 4-х линиях, в первых 2-х пехота, 3-й артиллерия, и 4-й — кавалерия. На кургане поставлена была палатка, оттуда Мама смотрела на прохождение, а мы стояли внизу у подножия, как у Царского валика. Пехота проходила александровскими колоннами, так хорошо, что я чуть не закричал с лошади. Протяжение фронта было громадное, принимая в соображение усиленный состав некоторых дивизий (по 70 ряд<ов> в ротах), а в особенности мобилизованной дивизии, где нельзя было проходить иначе как по два батальона. Артиллерия и кавалерия прошли удивительно хорошо; я остался просто в восторге от парада. Наверху у палатки представились Папа — преображенец и лейб-гренадер сводного гвард<ейского> батальона, славные люди, бородачи, но я их не помню, со знаками. Поэтому ты можешь судить о росте первых рот, все запасные гвардейцы.

Уехали мы из Новой Праги после завтрака и приехали сюда 3-го рано утром. Во время пути останавливались в Холме[321], где осматривали старинный собор и прикладывались к знаменитой чудотворной иконе Божьей Матери[322].

Теперь прощай, мой милый дядя Сергей. Обними от меня тетеньку и дядю Павла. Желаю веселого хорошего путешествия. Господь да будет с вами!

Твой Ники.

(ГА РФ. Ф. 648. Оп. 1. Д. 70. Л. 55–58 об.)

Вел. кн. Сергей Александрович — цесаревичу Николаю Александровичу

9 сентября. Киев

Дорогой мой Ники!

Страшно был обрадован твоим милым письмом из Спалы и с большим интересом его читал. Должен тебе сказать, что оно очень хорошо написано — я говорю про слог. Засим описание маневров преисполнено интереса; в особенности мобилизованная дивизия — число рядов поразительное.

Про нас скажу, что мы наслаждались пребыванием Папа у нас в Ильинском — замечательно симпатичное было время; ты видел группы и фотографии Пица — некоторые очень удачны. Погода все время была дивная.

К 1 сент<ября> я ездил