Пиши легко! Сторителлинг – как он есть - Анна Олеговна Никольская

«Писатель, который ждет идеальных условий для работы, умрет, не написав ни слова».

Элвин Брукс Уайт

В интервью «The Paris Review» Уайт, автор «Паутины Шарлотты», рассказал о ежедневной писательской практике следующее: «Я никогда не слушаю музыку, когда работаю. Но я могу отлично писать среди обычных отвлекающих факторов. В моем доме есть гостиная, которая является центром всего происходящего: это проход в подвал, на кухню и в чулан, где стоит телефон. Там постоянное движение. Но это светлая, уютная комната, и я часто использую ее как писательский кабинет, несмотря на гвалт, стоящий вокруг. Домочадцы уже привыкли и не обращают никакого внимания на то, что я пишу, – они шумят как хотят. Если мне это надоедает, я просто ухожу в другую комнату».

«Важным становится само повторение».

Харуки Мураками

В интервью 2004 года Мураками рассказал о своих физических и умственных привычках: «Когда пишу роман, я встаю в четыре утра и работаю пять-шесть часов. Днем бегаю десять километров или проплываю полторы тысячи метров, затем немного читаю и слушаю музыку. Ложусь спать в девять вечера. Я придерживаюсь этого режима каждый день, без изменений. Само повторение для меня становится важным – это форма самогипноза. Я гипнотизирую себя, чтобы достичь более глубокого состояния ума. Но чтобы придерживаться такого режима долго, – от шести месяцев до года, – нужно немало умственных и физических сил. В этом смысле написание романа похоже на школу выживания. Физическая сила здесь так же необходима, как и творческая восприимчивость».

«Я пишу каждое утро».

Эрнест Хемингуэй

В интервью Джорджу Плимптону Хемингуэй рассказал о своем распорядке дня: «Когда работаю над книгой, я пишу каждое утро, сразу после рассвета. Меня никто не беспокоит.

Я начинаю около шести утра и могу писать до полудня. Когда завершаю работу, я опустошен и в то же время наполнен, словно занимался любовью с тем, кого люблю».

«Когда вы не можете творить, вы можете работать».

Генри Миллер

В 1932 году Генри Миллер составил список, в котором были перечислены его «заповеди». Этот список был опубликован в книге Генри Миллера о писательстве:

«1. Работайте над чем-то одним, пока не закончите.

2. Не нервничайте. Работайте спокойно, радостно и безрассудно.

3. Работайте по программе, а не по настроению. Остановитесь в назначенное время.

4. Когда вы не можете творить, вы можете работать.

5. Встречайтесь с людьми, ходите куда-нибудь, выпейте, если хотите!

6. Не будьте ломовой лошадью! Работайте только с удовольствием.

7. Откажитесь от программы, когда захотите, но вернитесь к ней на следующий день.

8. Забудьте о книгах, которые вы хотите написать. Думайте только о книге, которую вы пишете.

9. Первым делом – пишите. Всегда. Живопись, музыка, друзья, кино – все это отложите на потом».

«Я постоянно отжимаюсь и приседаю».

Курт Воннегут

В 1965 году Воннегут написал письмо жене Джейн о своих ежедневных писательских привычках, которое было опубликовано в книге «Курт Воннегут: Письма».

«Я просыпаюсь в 5:30, работаю до 8:00, завтракаю, потом работаю до 10:00, прохожу несколько кварталов до бассейна, чтобы полчаса поплавать, возвращаюсь домой в 11:45, читаю почту, обедаю в полдень. Днем преподаю. Когда возвращаюсь домой из школы в 17:30, я притупляю ум несколькими глотками виски, готовлю ужин, читаю и слушаю джаз, ложусь спать в 22:00. Я постоянно отжимаюсь и приседаю, и чувствую, что становлюсь стройнее и мускулистее. А может, и нет».

«Нельзя редактировать пустую страницу».

Джоди Пиколт

Последние семь книг Пиколт заняли первое место в списке бестселлеров «New York Times». В интервью Ноа Чарни она рассказывает о своем подходе к созданию рукописи: «Я не верю в творческий кризис! Вспомните, когда вы учились в колледже и должны были написать реферат, разве это не удавалось сделать буквально за ночь? Если у вас есть ограниченное количество времени, чтобы создать текст, вы просто садитесь и пишете. Вы можете не писать новое каждый день, но вы можете ежедневно редактировать страницу-другую».

«Легко читать – чертовски сложно писать».

Майя Энджелоу

В 2013 году в интервью «The Daily Beast» американская писательница рассказала о своей работе: «Я снимаю номер в гостинице в родном городе и плачу за него помесячно. Я ухожу туда около 6:30 утра. Там у меня есть комната с кроватью, столом, ванной и несколько кроссвордов, чтобы занять мой маленький разум. С трех до тринадцати лет я думала, что есть Большой ум и Маленький ум. И Большой ум позволял мне обдумывать глубокие мысли, а Маленький ум занимал меня в это время, чтобы я не отвлекалась. Он разгадывал кроссворды или играл в пасьянсы, а Большой ум углублялся в темы, о которых я хотела писать. Я никогда не ночую в своем номере – иду домой и читаю то, что написала утром, пытаясь отредактировать».

«Мне нужно написать сотни страниц, прежде чем я доберусь до первой».

Барбара Кингсолвер

Номинантка на Пулитцеровскую премию написала более дюжины книг. Во время интервью 2012 года она рассказала о своем распорядке дня: «Я просыпаюсь очень рано, в четыре часа утра. Голова слишком забита словами и предложениями из сна, и мне просто необходимо добраться до стола и начать выписывать их из себя. Люди часто спрашивают, как я дисциплинирую себя, чтобы писать? Забавно! Для меня дисциплина – это суметь выключить компьютер, чтобы заняться чем-то другим».

«Выключите мобильный телефон».

Натан Энгландер

Энгландер – автор коротких рассказов, отмеченный многими наградами. В этом интервью он рассказывает о том, как устраняет все отвлекающие факторы из процесса писательства: «Выключите мобильный. Никаких текстовых сообщений, электронной почты или соцсетей. Большую часть времени (признаюсь, это глупо!) я пишу с затычками для ушей – даже если дома гробовая тишина».

«Наслаждайтесь плохим письмом».

Карен Рассел

Рассел написала только одну книгу… и она стала финалистом Пулитцеровской премии. В интервью «The Daily Beast» она рассказывает о своей ежедневной борьбе с рассеянным вниманием: «Я знаю авторов, которые каждый день пытаются набрать определенное количество слов, но для меня время, проведенное в вымышленном мире, является лучшим показателем продуктивного писательского дня. Объем – нет. Это скорее вопрос того, писала ли я четыре или пять часов сосредоточенно, не находя, чем бы отвлечься, чтобы вырваться из мира моей истории. Не решала на полуслове, что важнее сейчас: проверить почту, поискать что-то в