Наше время. 30 уникальных интервью о том, кто, когда и как создавал нашу музыкальную сцену - Михаил Михайлович Марголис

надолго уехал в Германию. В России же в это время начался передел музыкального рынка. Вернувшись сюда в 1991-м, я застал совсем иную картину. Мои бывшие коллеги и друзья, тот же Лисовский, сообщили примерно следующее: «Тут у нас, Саш, все уже поделено. Для самостоятельного бизнеса места нет. Если хочешь, приходи работать к нам». Меня, конечно же, это не устраивало. Начал размышлять, чем могу заняться автономно. Я знал, на что способен. Ведь многие проекты и идеи, существующие сегодня на рынке, подсказаны мной тем, кто их сейчас двигает.

Так случилось, что именно в период поиска бизнеса, я встретился со своими нынешними компаньонами, которые осваивали тогда только нарождавшийся рекламный рынок. Мы подумали, почему бы не объединить наши усилия и не создать фирму, имеющую комплекс интересов: реклама, шоу-бизнес, промоушн, продакшн. В результате у «Медиа Стар» получился телевизионно-музыкальный уклон. Многие ведь не в курсе, что мы производили такие программы, как «Сельский час», «Телеутро». Последняя вообще считалась самой рейтинговой утренней передачей на нашем ТВ, пока ее не «съел» г-н Лисовский. Сначала он навязывал свое партнерство, а затем сделал все, чтобы передачи в таком виде не существовало. К чему эти попытки монополизации рынка? Сейчас он дает различные интервью в свое оправдание, но нелепо же утверждать, что у одного человека все кругом враги. Да у людей, занятых в нашем бизнесе, непростые отношения друг с другом, но не потому, что все такие плохие.

Сегодня «Меда Стар» – чуть ли не единственная фирма, раскручивающая молодых исполнителей. У нас их порядка пятнадцати, и некоторые в ближайшее время заявят о себе. Просто я готовлю их к старту достаточно долго, года по полтора.

– Но года три назад тебе приписывали фразу, что сейчас не время молодых. Нужно подписывать контракты с готовыми звездами и получать быструю прибыль?

– Мне многое приписывают, пытаясь представить не таким, какой я на самом деле. Я не тусовщик. Редко посещаю банкеты, презентации новых клубов и т. п. Мне не требуется засветка. Читать лекции или выступать на сцене я не собираюсь. Например, у Айзеншписа, Алибасова, Крутого иные задачи. Они себя раскручивают.

– И это приносит им неплохие дивиденды.

– Минуточку! Объясню ситуацию. Я ни у кого не прошу деньги. Известность помогает, когда ты просишь помощи, чтобы люди знали, кому помогают, обращали внимание на твои просьбы. Я помогаю себе собственной работой. Ко всем, о ком мы говорим, отношусь хорошо. Они большие профессионалы, но каждый выбирает свою линию поведения. У меня иной стиль жизни.

– Откуда же у тебя деньги?

– Фирма работает. Где-то мы попадаем, где-то получаем прибыль. У нас много сфер деятельности. В мои обязанности входит создавать качественный музыкальный продукт и передавать его рекорд-компаниям. Тот же Лисовский, допустим, увлечен сейчас, в большей степени, политикой, а я качеством звука. У меня очень разные исполнители: «Бахыт-компот», Лариса Черникова, Галина Романова, «Восток» и другие. Посмотри, тот же «Восток» второй год лучший по продажам, но никакого шума по этому поводу нет. Вокруг меня не возникает скандалов. Повторюсь, это коллеги зачастую преподносят меня в другом свете.

– Но с чего вдруг такое произошло?

– С чего… Возможно, я чуть-чуть поактивнее, понаглее. Меня очень трудно обидеть, уколоть. Я сдачи больно даю.

– Каким образом?

– В зависимости от того, как нанесен укол. В нашей сфере существует много уязвимых персонажей. На Западе в принципе такая же ситуация. В шоу-бизнес стремятся попасть все. Каждый мало-мальски поющий человек считает, что может стать известным артистом. Каждый состоявшийся артист уверен, что способен стать продюсером. А я занимаюсь конкретно своим делом и никогда не запою, и не поменяю его на что-то иное.

Спроси у любого сотрудничающего со мной артиста и тебе ответят, что я начинаю с него свой рабочий день и им же заканчиваю.

– Почему же произошел разрыв с Газмановым?

– Деньги. Называю это «болезнью мешка с деньгами». Когда человеку падает на голову такой мешок, шею сносит в сторону. Доступ крови в мозг прекращается и ему начинает казаться, что все его обманывают. Такое, наверное, произошло и с Олегом, хотя он прекрасный парень и хороший музыкант. Но в той ситуации в нем проявилась какая-то жадность. Не стесняюсь об этом говорить. Он может обижаться, может – нет.

– Сейчас с кем-то из твоих артистов может произойти подобное?

– Вряд ли. Я теперь иначе строю с ними отношения. Все вопросы решаем на берегу. А тогда получился хороший проект, но Газманову показалось, что его стали обворовывать.

– На самом деле его, конечно, не обворовывали?

– А как? Бизнес-то весь открытый, обворовывать сложно.

– Но кто быстрее богател – Толмацкий или Газманов?

– Поверь, от проекта я получал значительно меньшую прибыль, чем Олег. Но я всю жизнь был активным человеком и имел множество способов заработать деньги. Если Газманов до этого был бедным, то я был состоявшимся и при деньгах давно.

– Зачем же тогда рванул после этого в Германию?

– Мне крайне неприятен был данный конфликт. Пытался там заниматься делами, не получилось. Тогда решил вернуться в Москву.

– Что помешало пару лет назад «Медиа Стар» вступить в казавшуюся могущественной «Квинту»? Ты же причисляешь свою фирму к одной из крупнейших в нашей шоу-индустрии, а в «Квинте» как раз такие и собрались.

– «Квинту» образовали по неправильным принципам. Когда она создавалась, я сказал, что в ней должны объединиться все ныне существующие на рынке структуры. Лучше потом кого-нибудь не пустить. Я давно вынашивал идею прекратить бардак, творящийся в российском шоу-бизнесе, и говорил, что без меня «Квинты» не получится. Все находятся на своих местах, зачем залезать в чужой огород. «Квинтовцы» заимствовали мою идею, но вскоре ее видоизменили. Корпорации нужно было лицо врага, противник, которого трудно съесть и с которым необходимо бороться. Таким противником стал я.

– Разве не «Овация»?

– Не-ет… «Овация» – это внешний противник. А на собраниях «Квинты» постоянно обсуждался мой вопрос, говорилось, что якобы по отдельности я всех задушу. Но у меня другие задачи. Я не смотрю, как кто-то делает свое дело.

Что в результате получилось у «Квинты»? Партнеры съели партнеров. Сейчас даже прочитал в одной газете, что на Лисовского замышляются покушения, проскальзывают намеки на конкретные структуры. Да никто никогда не станет никого убивать. Кому нужно пятнать свое имя? Просто всем необходимо быть порядочнее.

– «Квинта» прекратила свою деятельность. Какие у тебя теперь отношения с ее участниками? С тем же Сергеем Лисовским вы были вообще приятелями.

– Да, мы были товарищами, но после истории с «Телеутром» разорвали все отношения и сейчас никак не общаемся. Хотя жены наши до