Золотой гобелен - Рэд Инин

Из теплой пахучей ванны меня вытащила мысль, что надо срочно переговорить с друзьями. Как бы не получилось путаницы в наших рассказах, ведь каждый из нас, мягко говоря, приврал, представляясь королю Раалу.

На кровати меня уже ждала стопка одежды: темные брюки, белая рубашка и просторная куртка. Было тепло, так что куртку я пока отложил и поспешил к двери Лана, оставляя за собой шлейф цветочного аромата. Столкнулся с Окки. Не то чтобы мы соскучились по нашему другу, просто сомневались, что он сам будет что-то с нами обсуждать.

Комната Лана оказалась проще моей: светлые и спокойные тона мебели и стен, нет кричащих украшений. Тут меня осенило: меня поселили в женской спальне. Стало понятным, почему так благоухала вода. Слуги что-то перепутали или решили, что прибыл господин с супругой с лакеем. В общем, розами пахло только от меня. Лан поморщился, но промолчал, а вот Окки не смог удержаться.

— Не пора ли тебе одеть свое волшебное ожерелье?

К нему возвращалось его обычное состояние духа. Ох и достанется же здешним летунам от этого фонтана дурацких шуточек.

— Думаю, нам стоит придерживаться выбранной тактики, — продолжил умничать Окки, — так мы сможем узнать намного больше. Будем действовать по отдельности: ты, Дани, расспросишь слуг, если они не задохнутся от восторга, Лан вытянет что-нибудь из сиятельных господ, а я погуляю по улицам, послушаю, что говорят в тавернах и на рынке.

— Единственное, что я хочу знать — это как выбраться отсюда, — я потер нос, пытаясь избавиться от преследующего меня цветочного беспредела.

— Было бы неплохо, если бы твои планы совпадали с планами айнов, — подмигнул Окки, схватив вазу с фруктами.

Он, однозначно, пришел в себя и был готов к новому приключению: уселся на кровати, таскал из вазы виноград, подбрасывая продолговатые золотые ягоды, и смачно жевал, поймав их ртом. В принципе, я могу его понять. Было такое чувство, что можно наконец расслабиться и наслаждаться жизнью.

— Можем мы как-то связаться с Ириэль при помощи амулета? — спросил я у Лана, застегивающего пояс на светло-зелёном кафтане. Из-за воротника выбились кружева белоснежной рубашки, и Лан, справившись с замысловатой пряжкой, перешел к борьбе с кружевным воротником, безуспешно пытаясь спрятать его под камзол.

— Думаю, она уже нашла след и делает все возможное, чтобы до нас добраться, — пробубнил под нос Лан, разглядывая неутешительный результат своих усилий.

Раздался деликатный стук в дверь, на пороге возник озадаченный слуга, который явно не ожидал застать нас, собравшимися в одной комнате.

— Меня зовут Кириас, и я буду сопровождать вашу светлость, пока вы не освоитесь. Господина Ланнира ожидают.

Мы с Окки недоуменно переглянулись.

— А вы, — он намеренно сделал паузу в том месте, где должно было быть слово «господа», — можете проследовать на кухню.

Мы спустились трапезную, примыкавшую к кухне. В просторном помещении кроме поварских принадлежностей было несколько массивных деревянных столов, за один из которых нас с Окки усадили. Несколько девушек засуетились вокруг, предлагая попробовать сразу все блюда.

Я набросился на еду, не разбирая, что попадает мне в рот. Потом заметил, что девушки очень симпатичные. Не все здесь были блондинками, вернее, в кухне таких вообще не было. Только повар, представившийся Густавом, но он был просто старый. Видимо, преждевременная седина — признак знатного происхождения.

Я начал различать вкус того, что ем, но это был уже десерт.

Рядом виртуозно истреблял продукты Окки. А казалось, что он не страдает от отсутствия еды. Я уже давно сидел, чинно сложив руки на раздувшемся животе, а Окки все продолжал поглощать новые блюда и постоянно требовал добавки.

— Друзья, — наконец подал он голос, — а есть ли в этом городе таверна или еще какое заведение, где подавали бы еду для простого народа, чтоб там было шумно и весело.

Казалось, его популярности у поваров пришел конец. Воцарилась такая тишина, что было слышно, как муха упала в обморок, не долетев до парившей на печи кастрюли. Но морской бог улыбнулся так, как только он умел, и обвел владения придворного повара взглядом ярких синих глаз.

— Хочется послушать местные сплетни, — уточнил он.

Первым начал хохотать Густав, потом его помощница, распоряжавшаяся подачей блюд в дворцовой столовой, потом поварята.

Когда мы отсмеялись и вытерли слезы, Густав произнес:

— Завидую я хозяевам тех харчевен, такого клиента любой будет рад заполучить.

Под общий смех и гвалт мы не заметили, как открылась дверь и вошел слуга, провожавший нас сюда. Высоко задранный нос говорил о том, что ему нет дела до плебейского веселья.

— Дан и Окки, вы приглашены повелителем Хар-Баргаллы, — продекламировал он.

— А там что-то осталось поесть? — спросил Окки.

Один из поварят за моей спиной сдавленно застонал, у печки хрюкнул Густав, прыснула повариха, и все началось сначала.

Глава 16. ТА, КОТОРАЯ ВИДИТ

Нас провели незнакомой дорогой. Не в обеденный зал, как я опасался — второй раз я бы такого не выдержал, а в дальнее крыло дворцовой башни. Мы свернули в боковой коридор без окон, перешли на параллельную галерею — здесь за окнами темнели окружающие город лес и стены скал.

За простой дверью пряталась небольшая комната, погруженная в полумрак. Приглядевшись, я понял, что окна закрыты плотными шторами, а свет исходит от двух круглых светильников, стоящих на столе. Судя по обстановке, это был рабочий кабинет. За массивным столом, занимавшим треть комнаты, сидел Раал.

Отсутствие бумаг говорило о том, что хозяин либо ужасный аккуратист, либо не имеет склонности вести дела, по крайней мере здесь. По другую сторону стояло глубокое кресло, обитое темно-коричневым бархатом. В