Замок Кристо - Арно Штробель

Снова выстрел. Пуля прошла далеко мимо.

Осторожно он ощупал плечо и скривился от боли. Насколько серьёзна рана, оценить не мог, но интуиция подсказывала: скорее всего, касательное ранение. Стрелок явно не учёл плохую видимость.

Странным образом ему вдруг вспомнилось: четыре года назад такого бы не произошло. Тогда он был готов ко всему. Но ведь он и готовился к этому годами…

В этот момент на него налетела тень. Прежде чем Маттиас успел защититься, чья-то рука крепко прижала его к стволу, тело нависло над ним — и совсем рядом с головой вспыхнуло и хлопнуло так оглушительно, что ему показалось: барабанная перепонка лопнет.

Совершенно ошарашенный, он посмотрел в лицо, которое повернулось к нему.

— Комиссарио! Как вы здесь…?

— Тсс, — выдохнул Варотто, опуская пистолет, из которого только что стрелял. Осторожно выглянул из-за ствола. — Моя машина примерно в четырёхстах метрах. Давай, за мной. Зигзагами!

Не дожидаясь ответа, он выпрямился и побежал, пригнувшись, бросаясь из стороны в сторону. Маттиас последовал его примеру — и тут же послышались выстрелы, один за другим, — но пули уходили в кусты сбоку.

После этого стрелок, видимо, сдался, потому что они беспрепятственно добрались до BMW. Запрыгнув в машину, Варотто рванул с места с визгом шин.

Тяжело дыша, они некоторое время смотрели строго вперёд.

Когда Маттиас почувствовал, что снова может более-менее нормально говорить, он повернул голову:

— Спасибо, Варотто. Вы спасли мне жизнь.

— Да ладно, — буркнул тот.

— Откуда вы знали, где я?

Варотто мельком глянул в его сторону и мрачно усмехнулся:

— Это благодаря моему недоверию. Когда этот якобы кардинал Фойгт позвонил на мой городской, мой взгляд упал на мобильный телефон, лежавший на столе, — тот, что кардинал дал вам. До сих пор он всегда звонил вам на мобильный. С чего бы вдруг ему использовать мой домашний номер?

Он перестроился в левый ряд.

— Это меня насторожило. Было только одно объяснение: звонивший — не тот, за кого себя выдавал. Чтобы разобраться, я зашёл в кабинет Франчески. Там ещё стоит аппарат, через который я мог подслушать ваш разговор.

Он коротко рассмеялся:

— Надеюсь, вы простите мне это вторжение в личную жизнь.

Но тут же посерьёзнел, заметив, что Маттиас не реагирует — продолжает смотреть на него в полном оцепенении.

— Как только вы ушли, я сразу поехал к противоположному входу в парк. Поскольку я, в отличие от вас, знаю Рим, оказался там примерно на полчаса раньше. Прокрался к условленному месту. Остальное вы знаете.

Маттиас кивнул. Он всё ещё был белее мела.

— Не стоит ли позвонить вашим коллегам, комиссарио? Это было покушение на убийство. Возможно, стрелок ещё где-то рядом.

Варотто бросил на него укоризненный взгляд:

— А как вы им объясните, что получили явный намёк на очередную жертву, но не сообщили и сами полезли в опасность? А главное — как это объясню я?

Маттиас виновато скривился:

— Да. Вы правы.

Варотто достал телефон и набрал номер.

— Buona notte, дотторе, это комиссарио Варотто… Да, именно… Вы ещё в кабинете?.. Отлично. Я подъеду с другом, у него небольшое ранение… Хорошо, спасибо.

Он убрал телефон.

— Отвезу вас к доктору Коллаччи. Он уже не раз выручал меня, когда нужно было помочь коллеге без всяких отчётов.

— Спасибо.

Варотто ничего не ответил, молча глядя вперёд. Машины двигались шагом; было непонятно, чем вызвана такая пробка.

— Я ничего не понимаю, — вдруг сказал Маттиас. — Кто из этих безумцев может меня знать? И откуда? Кроме вас и Алисии — никто не знает, кто я такой.

— Ну, ещё кардинал Фойгт, конечно. И Папа.

— Да, естественно, — раздражённо отозвался Маттиас. — Но они-то уж точно не связаны с преступниками.

— Если вспомнить статью обо мне и откуда, вероятно, был тот звонок…

— Забудьте. Это исключено. Должны быть ещё люди, которые знают обо мне.

Оба напряжённо задумались.

— А что стало с вашей матерью после того, как… ну, после того, как братство было уничтожено?

Пауза.

— Почему мы, собственно, до сих пор на «вы»? — неожиданно спросил Варотто.

Маттиас изумлённо посмотрел на него:

— Я… Вы меня сбиваете с толку. Сначала спрашиваете о матери, а в следующую секунду предлагаете… предлагаешь…

Он хотел было энергично потереть лицо обеими руками, но застонал и схватился за плечо.

— Я предполагаю, что её уже нет в живых.

— Зна… знаешь ли ты, где она находилась в последний раз?

— Вероятно, в Дании. После побега от моего отца она там скрылась.

Снова наступило молчание.

Все годы в монастыре Маттиас часто пытался представить себе мать. Безуспешно. Там, где в памяти должно было быть её лицо, оставалось лишь расплывчатое пятно. Сначала он стыдился этого, но потом смирился, посчитав следствием тех страшных событий.

Однако сейчас — сидя рядом с Даниэле Варотто, только что избежав покушения, — он вдруг увидел прекрасное нежное лицо матери так ясно, словно она только что ушла.

Он видел её карие глаза — такие любящие и в то же время полные боли, — какими она смотрела на него в ту ночь в Кимберли, прощаясь с маленьким мальчиком, который не захотел пойти с ней.

Потому что у него была миссия. Потому что он поклялся уничтожить своего отца и всё, что тому было дорого.

ГЛАВА 47.

Рим. Виа Микеле Пиронти.

Ещё не успели они подняться по последним ступеням, как наверху распахнулась дверь квартиры.

— О Господи, что случилось? Я так волновалась, Даниэле, когда ты без единого слова выскочил из квартиры! — воскликнула Алисия, с ужасом глядя на левое плечо Маттиаса, забинтованное белой повязкой.

— Это всего лишь касательное ранение, — быстро пояснил Маттиас. — В остальном со мной всё в порядке.

— Касательное ранение? Но как…?

— Давай сначала зайдём внутрь, — сказал Варотто и мягко подтолкнул её вперёд.

В гостиной Бертони попытался с трудом подняться с дивана, в мягких подушках которого глубоко провалился. Маттиас жестом показал ему, чтобы тот оставался сидеть.

— Монсеньор Бертони! Спасибо, что пришли.

Он представил его Варотто, а затем осторожно опустился в кресло.

— Что произошло? — спросил Бертони, указывая на забинтованную руку. Он выглядел очень напряжённым.

Маттиас быстро переглянулся с Варотто, и когда тот кивнул, начал рассказывать о звонке мнимого кардинала.

—