Жизнеописание вайшнавских святых - Кощеев

– Джай, джай! Васудева, джай!

Все были абсолютно уверены, что опровергнуть его невозможно. Довольный, с торжествующей улыбкой, диг-виджай Васудева посмотрел на Ачьюту Прекшу. Тот с невозмутимым видом повернулся к своему ученику и сказал ему:

– Сначала пусть скажет мой ученик.

Пурнапрагья заговорил. И чем дольше он говорил, тем тише становилось вокруг. Он запомнил слово в слово все, что говорил диг-виджай Васудева: он брал каждое его высказывание и разбивал одно за другим, так что камня на камне не оставалось от аргументов пандита. Диг-виджай Васудева сидел, открыв рот, и удивлению его не было предела.

Когда диспут завершился и знаменитый пандит диг-виджай с позором ушел, Ачьюта Прекша сказал Пурнапрагье:

– Да, ты многое знаешь. Но тем не менее, так как ты стал моим учеником, я должен тебя учить. У меня есть книга, которую оставил мне духовный учитель. В свое время он объяснил ее мне, теперь я буду объяснять ее тебе. Завтра же и приступим.

На следующий день, когда собрались все ученики Ачьюты Прекши, он достал знаменитую книгу по философии майявады «Ишта-сиддхи» и торжественно объявил:

– Сегодня мы начинаем изучать великую книгу «Ишта-сиддхи»!

Он прочитал первый стих, который гласил: «Ты – Брахман, я – Брахман, Брахман в тебе, Брахман во мне, Брахман повсюду, поэтому я в почтении склоняюсь перед самим собой».

Пурнапрагья, сидевший среди других учеников, поднял руку. Ачьюта Прекша недовольно посмотрел на него и сердито спросил:

– Чего ты хочешь?

– В этом стихе 32 ошибки, – сказал Пурнапрагья и перечислил их все одну за другой, – зачем мне изучать писание, если в первом же его стихе столько ошибок? – продолжал он. – Я буду изучать только «Шримад-Бхагаватам».

Ачьюта Прекша хотел было возразить ему, но потом махнул рукой:

– Если ты такой умный, то иди сюда и объясняй «Шримад-Бхагаватам» всем.

Пурнапрагья стал объяснять «Шримад-Бхагаватам» своему духовному учителю и всем присутствующим. Чем больше Ачьюта Прекша слушал, тем радостнее он становился. Он уже забыл, что он – гуру, а это – его маленький ученик, недавно ставший санньяси, которого он только что сам хотел учить. Забыв обо всем на свете, Ачьюта Прекша только и мог говорить:

– Давай, давай, дальше. Рассказывай, рассказывай!

Объясняя Шримад-Бхагаватам, Пурнапрагья использовал ту же методологию, которую применяет Вьясадева на протяжении всего текста «Шримад-Бхагаватам». Было удивительно, насколько точно он знал ее и с какой легкостью использовал, объясняя шлоки этого писания. Все, как завороженные, слушали его объяснение. Наконец, он закончил. Очнувшись от духовного блаженства, Ачьюта Прекша спросил:

– Откуда ты все это знаешь?

– Не знаю откуда, но точно знаю, что из прошлой жизни, – опустив глаза, ответил Пурнапрагья.

В своей прошлой жизни он был Бхимой, а еще раньше приходил как Хануман. Придя в этот раз как Мадхвачарья, могущественный полубог Муктипрана – Ваю проявлял те же самые манеры, был так же неукротим. Когда Мадхвачарье исполнилось 12 лет, Ачьюта Прекша назначил его ачарьей своего матха, дав ему еще одно имя – Ананда Тиртха.

С этого момента началась активная проповедь Мадхвачарьи: он отправился путешествовать, и всех, кто встречался ему на пути, побеждал в диспутах. Говорят, майявади, только заслышав о его приближении, в ужасе разбегались. Так прошло 5 лет. Однажды в Канья-Кумари, на юге Индии, один из ачарьев матха, основанного Шанкарачарьей, бросил ему вызов:

– Какое право ты имеешь спорить, если до сих пор не написал собственного комментария на «Веданта-сутру»? У нас есть такой комментарий – его написал Шанкара. Я не хочу с гобой даже разговаривать!

Мадхвачарья ответил:

– Хорошо. Я скоро вернусь сюда со своим комментарием.

Он отправился на север, в Гималаи, чтобы встретиться с Вьясадевой. Мадхвачарья рассуждал: «Как я смогу написать комментарий, если не поговорю с автором «Веданта-сутры»? Чтобы написать комментарий, мне нужно знать, что Вьясадева имел в виду, когда излагал «Веданта-сутру». Вместе со своими учениками, которых у него к тому времени было уже немало, он отправился в долгое многотрудное путешествие. Наконец они достигли Гималаев. Остановившись в предгорьях, Мадхвачарья стал поститься. Он пил только воду Ганги, которая протекала поблизости. Его ученики тоже постились. После 48 дней поста он обрел необычайную силу и отправился в горы. Все его ученики к этому времени ослабели от истощения. Только один ученик решительно отправился за ним, но и тот вскоре остался позади, когда Мадхвачарья перепрыгнул через громадное ущелье.

Он дошел до Уттара-Бадаранатха, куда простым смертным закрыт доступ – в этом месте вечно пребывает Вьясадева вместе с другими великими мудрецами – здесь Мадхвачарья хотел показать Вьясадеве свой комментарий на Бхагавад-гиту.

Вьясадева, увидев Мадхвачарью, очень обрадовался.

– Я давно тебя жду, – сказал Вьясадева. – Ты написал превосходный комментарий, но в нем есть одна большая ошибка. Прочти-ка первый стих.

В первом стихе своего комментария Мадхвачарья говорит: «Я описываю здесь отношения живого существа и этого мира. Я постарался описать это в меру своих маленьких возможностей».

– Ты описал это не «в меру своих маленьких возможностей», – продолжал Вьясадева, – а все как есть. Так и нужно было написать. Это единственная ошибка в твоем комментарии, в остальном он безупречен.

Мадхвачарья оставался в Уттара-Бадаранатхе несколько месяцев, и все это время Шрила Вьясадева каждый день объяснял ему «Веданта-сутру».

Когда Мадхвачарья вернулся, все заметили, что от него исходило необычайное сияние. Не мешкая, он сразу же отправился в Канья-Кумари. По дороге он диктовал своему лучшему ученику комментарий на «Веданта-сутру». Так был записан этот один из величайших философских трактатов.

Придя в Канья-Кумари, Мадхвачарья начисто разгромил майявади, который прежде бросил ему вызов. После этого он с триумфом прошел по всей Индии, проповедуя философию Адвайты, чистого дуализма, которая утверждала различие души и Бога и говорила о необходимости любовного преданного служения Господу.

Вьясадева дал Мадхвачарье еще одно поручение – написать комментарий на «Махабхарату». В то время существовали сотни вариантов «Махабхараты». Многие из них содержали серьезные искажения, и никто не знал, какой из них – подлинный. Мадхвачарья нашел классический вариант «Махабхараты» и написал комментарий на него. Кроме того, он написал комментарий на Шримад-Бхагаватам и стал единственным из четырех ачарьев-основателей вайшнавских сампрадай, кто оставил после себя комментарий на это писание.

Ему не терпелось показать этот комментарий Шриле Вьясадеве, и потому он снова отправился в Гималаи. Вьясадева во время второй их встречи был настолько доволен им, что взял со