Chip War: The Fight for the World's Most Critical Technology - Chris Miller

Однако сейсмический сдвиг, который сегодня больше всего угрожает поставкам полупроводников, - это не столкновение тектонических плит, а столкновение великих держав. В то время как Китай и США борются за превосходство, и Вашингтон, и Пекин нацелены на контроль над будущим вычислительной техники, и, что пугающе, это будущее зависит от небольшого острова, который Пекин считает отступнической провинцией, а Америка обязалась защищать силой.

Взаимосвязи между чип-индустрией США, Китая, и Тайваня головокружительно сложны. Лучшей иллюстрацией этого может служить человек, основавший компанию TSMC, которая до 2020 года считала двумя своими крупнейшими клиентами американскую Apple и китайскую Huawei. Моррис Чанг родился в материковом Китае, вырос в Гонконге времен Второй мировой войны, получил образование в Гарварде, Массачусетском технологическом институте и Стэнфорде, помогал создавать раннюю американскую индустрию микросхем, работая в компании Texas Instruments в Далласе, имел сверхсекретный допуск США для разработки электроники для американских военных и сделал Тайвань эпицентром мирового производства полупроводников. Некоторые внешнеполитические стратеги в Пекине и Вашингтоне мечтают о том, чтобы разделить технологические сектора двух стран, но сверхэффективную международную сеть разработчиков микросхем, поставщиков химикатов и производителей станков, которую помогли создать такие люди, как Чанг, не так-то просто размотать.

Если, конечно, что-нибудь не взорвется. Пекин упорно отказывается исключать возможность вторжения на Тайвань с целью "воссоединения" его с материком. Но для того чтобы ударная волна, вызванная полупроводниками, прокатилась по мировой экономике, не потребуется ничего столь драматичного, как десант. Даже частичная блокада со стороны китайских войск приведет к разрушительным сбоям. Один ракетный удар по самому современному предприятию TSMC по производству микросхем может привести к ущербу в сотни миллиардов долларов, если учесть задержки в производстве телефонов, центров обработки данных, автомобилей, телекоммуникационных сетей и других технологий.

Держать мировую экономику в заложниках одного из самых опасных политических споров в мире может показаться ошибкой исторического масштаба. Однако концентрация передового производства микросхем на Тайване, в Южной Корее и других странах Восточной Азии не случайна. Целый ряд продуманных решений государственных чиновников и руководителей компаний привел к созданию разветвленных цепочек поставок, на которые мы сегодня опираемся. Огромные запасы дешевой рабочей силы в Азии привлекли производителей микросхем, которые искали дешевых рабочих. Правительства и корпорации региона использовали офшорные предприятия по сборке микросхем для изучения и последующего внедрения в производство более передовых технологий. Стратеги внешней политики Вашингтона приняли сложные цепочки поставок полупроводников как инструмент привязки Азии к миру, возглавляемому Америкой. Неумолимое требование капитализма к экономической эффективности заставляло постоянно снижать издержки и укрупнять компании. Постоянный темп технологических инноваций, заложенный в законе Мура, требовал все более сложных материалов, машин и процессов, которые могли быть поставлены или профинансированы только через глобальные рынки. И наши гигантские потребности в вычислительной мощности продолжают расти.

На основе изучения исторических архивов на трех континентах, от Тайбэя до Москвы, и более сотни интервью с учеными, инженерами, руководителями компаний и государственными деятелями в этой книге утверждается, что полупроводники определили мир, в котором мы живем, определили форму международной политики, структуру мировой экономики и баланс военной мощи. Однако история этого самого современного устройства сложна и неоднозначна. Его развитие определялось не только корпорациями и потребителями, но и амбициозными правительствами и военными императивами. Чтобы понять, как наш мир стал определяться квинтиллионами транзисторов и небольшим числом незаменимых компаний, необходимо обратиться к истокам кремниевой эры.

Часть

I

. Чипы Холодной войны

Глава 1. От стали к кремнию

Японские солдаты описывали Вторую мировую войну как "стальной тайфун". Акио Морита, , молодой инженер из семьи преуспевающих торговцев сакэ, чувствовал себя именно так. Морита лишь с трудом избежал линии фронта, получив назначение в инженерную лабораторию японского флота. Но стальной тайфун обрушился и на родину Мориты: американские бомбардировщики B-29 Superfortress обрушились на японские города, разрушив большую часть Токио и других городских центров. К разрушениям добавилась американская блокада, вызвавшая повсеместный голод и вынудившая страну пойти на отчаянные меры. В конце войны братья Мориты проходили подготовку в качестве пилотов-камикадзе.

На другом берегу Восточно-Китайского моря детство Морриса Чанга проходило под звуки выстрелов и сирен воздушной тревоги, предупреждавших о готовящемся нападении. Подростковые годы Чанг провел, спасаясь от японских войск, пронесшихся по Китаю, переезжая то в Гуанчжоу, то в британскую колонию Гонконг, то в столицу Китая военного времени Чунцин, а затем, после победы над японцами, вернулся в Шанхай. Но и после этого война не закончилась, так как коммунистические партизаны возобновили борьбу с китайским правительством. Вскоре войска Мао Цзэдуна двинулись на Шанхай. Моррис Чанг снова стал беженцем и был вынужден во второй раз бежать в Гонконг.

Будапешт находился на противоположном конце света, но Энди Гроув пережил тот же стальной тайфун, который пронесся по Азии. Энди (или Андраш Гроф, как его тогда называли) пережил несколько вторжений в Будапешт. Ультраправое правительство Венгрии относилось к евреям, подобным Грофам, как к гражданам второго сорта, но когда в Европе началась война, его отца все же призвали в армию и отправили воевать вместе с союзниками Венгрии по нацизму против Советского Союза, где он числился пропавшим без вести под Сталинградом. Затем, в 1944 г., нацисты вторглись в Венгрию, свою якобы союзницу, направили танковые колонны через Будапешт и объявили о планах отправки евреев, таких как Гроув, в промышленные лагеря смерти. Еще будучи ребенком, Гроув услышал грохот артиллерии несколько месяцев спустя, когда войска Красной Армии вошли в столицу Венгрии, "освободили" страну, изнасиловали мать Гроува и установили на месте нацистов жестокий марионеточный режим.

Бесконечные танковые колонны, волны самолетов, тысячи тонн бомб, сброшенных с неба, конвои судов, доставляющих грузовики, боевую технику, нефтепродукты, локомотивы, вагоны, артиллерию, боеприпасы, уголь и сталь - Вторая мировая война была конфликтом на истощение промышленности. Соединенные Штаты хотели, чтобы так оно и было: промышленная война - это борьба, которую Америка выиграет. В Вашингтоне экономисты из Совета по военному производству измеряли успех медью и железом, резиной и нефтью, алюминием и оловом, поскольку Америка превращала производственную мощь в военную силу.

Соединенные Штаты создали больше танков, чем все державы оси вместе взятые, больше кораблей, больше самолетов, вдвое больше артиллерии и пулеметов, чем державы оси. Конвои с промышленными товарами шли из американских портов через Атлантический и Тихий океаны, снабжая Великобританию, Советский Союз, Китай и других союзников важнейшими материальными средствами. Войну вели солдаты под Сталинградом и моряки у Мидуэя. Но