Книга об идолах - Хишам ибн Мухаммад ал-Калби

/15/ Курайшиты и все арабы почитали этого идола, и так продолжалось, пока не вышел посланник Аллаха, да благословит его Аллах и да приветствует, из Медины в восьмой год после хиджры[90], а это — год, когда Аллах даровал ему победу [над Меккой]. Когда он удалился от Медины на расстояние четырех или пяти ночей пути, он послал к этому идолу 'Али[91], и тот разрушил его и взял то, что было при нем, и принес это к пророку, да благословит его Аллах и да приветствует! Среди того, что он взял, были два меча, которые подарил ему ал-Харис ибн Аби Шамир ал-Гассани[92], царь гассанитов: один из них назывался Михзам, а другой Расуб. Это — те два меча ал-Хариса, которые упомянул 'Алкама[93] в своих стихах, сказав:

Надевший одну на другую две железные кольчуги, поверх которых — два драгоценных меча, Михзам и Расуб.

Пророк, да благословит его Аллах и да приветствует, подарил их 'Али, да будет доволен им Аллах. Говорят, что Зу-л-Факар, меч 'Али, — один из них.

А говорят, что 'Али нашел эти два меча в [капище] ал-Фалса, идола племени таййи'[94], когда послал его пророк, да благословит его Аллах и да приветствует, и он разрушил его.

/16/ Потом они взяли [идолом] ал-Лат[95].

Она была в ат-Та'ифе[96], а появилась она позже, чем Манат. Это был четырехугольный камень, и один иудей обычно готовил возле него савик[97].

Хранителями ее в племени сакиф был род 'аттаб ибн малик, и они воздвигли над ней строение. Ее почитали курайшиты и все арабы.

По ней арабы давали имена Зайд ал-Лат и Тайм ал-Лат.

Она находилась там, где теперь левый минарет мечети в ат-Та'ифе[98]. Ее упомянул Аллах в Коране, сказав: “Видели ли вы ал-Лат, и ал-'Уззу”[99].

О ней говорит 'Амр ибн ал-Джу'айд:

Поистине, я отказался иметь дело с чашей[100], подобно тому, кто отказался от Лат, которой он раньше служил!

О ней же говорит ал-Муталаммис[101], насмехаясь над 'Амром ибн ал-Мунзиром[102]:

Ты изгнал меня, опасаясь насмешки, но нет, клянусь ал-Лат и священными камнями, не найдешь ты спасенья!

/17/ И ее почитали, пока сакифиты не приняли ислам; и посланник Аллаха, да благословит его Аллах и да приветствует, отправил ал-Мугиру ибн Шу'бу[103], и тот разрушил ее и предал огню.

Об этом говорит Шаддад ибн 'Арид ал-Джушами[104], когда ее разрушили и сожгли, предостерегая сакифитов, чтобы они не вернулись к [поклонению] ей и не сердились из-за нее:

Не помогайте ал-Лат, ведь погубитель ее — Аллах!

И как вы поможете тому, кто не может помочь самому себе?

Ведь та, что была предана огню и загорелась, не сражаясь у своих камней, — небольшая потеря.

Когда посланник побывает в вашем краю и уйдет [оттуда], не останется там ее почитателей.

А Аус ибн Хаджар[105] сказал, клянясь ал-Лат:

Клянусь ал-Лат, и ал-'Уззой, и теми, кто верил в них, и Аллахом клянусь: поистине, Аллах — самый великий из них!

Потом они взяли [идолом] ал-'Уззу[106].

Она [была принята] позже, чем ал-Лат и Манат, так как я слышал, что арабы давали имена по ним двоим до ал-'Уззы. /18/ Я нашел, что Тамим ибн Мурр назвал [своего сына] Зайд Манат ибн Тамим ибн Мурр ибн Удд ибн Табиха, и [был] 'Абд Манат ибн Удд. [Именем] ал-Лат назвал Са'лаба ибн 'Укаба своего сына Тайм ал-Лат. И был и Тайм ал-Лат ибн Руфайда ибн Саур, и Зайд ал-Лат ибн Руфайда ибн Саур ибн Вабра ибн Мурр ибн Удд ибн Табиха, и Тайм ал-Лат ибн ан-Намир ибн Касит, и 'Абд ал-'Узза ибн Ка'б ибн Са'д ибн Зайд Манат ибн Тамим. Она, [следовательно], появилась позже этих двух первых [идолов].

А 'Абд ал-'Узза ибн Ка'б — один из первых людей, которых арабы называли именем [этого идола].

Ал-'Уззу взял себе [идолом] Залим ибн Ас'ад.

Она находилась в Нахлат аш-Шамийа, в вади, называемом Хурад, напротив ал-Гумайра, по правую руку от идущего в Ирак из Мекки, в девяти милях выше Зат 'Ирк в сторону ал-Бустана[107]. Над ней построили Бусс[108], то есть капище, и в нем они слышали голос [оракула].

Арабы и курайшиты давали по ней имя — 'Абд ал-'Узза. Она была самым почитаемым идолом у курайшитов. Они приходили к ней, приносили ей дары и старались снискать ее расположение жертвоприношением.

/19/ Сообщили нам, что посланник Аллаха, да благословит его Аллах и да приветствует, упомянул ее однажды. Он сказал: “Я принес в дар ал-'Уззе рыжеватую козу, когда следовал вере моих сородичей”.

Курайшиты имели обыкновение ходить вокруг Каабы и говорить:

Клянусь ал-Лат, и ал-'Уззой, и Манат — третьей, иной! Поистине, они вышние журавли! И на их заступничество уповают![109]

Они говорили [о них]: “Дочери Аллаха[110] — но он выше этого! — и заступницы перед ним”. А когда послал Аллах своего посланника, он низвел ему: “Видели ли вы ал-Лат, и ал'Уззу, и Манат — третью, иную? Неужели у вас — мужчины, а у Него — женщины? Это тогда — разделение обидное! Они — только имена, которыми вы сами назвали, — вы и родители ваши. Аллах не посылал с ними никакого знамения”[111].

Курайшиты посвятили ей ущелье в вади Хурад, называемое Сукам, уподобляя его запретной земле Каабы. Вот слова Абу Джун-дуба ал-Хузали ал-Кирди[112] о женщине, которую он любил. Он вспоминает, как она клялась ему ею[113].

Она дала самую грозную и твердую клятву, поклявшись той, что сделала заповедными ущелья Сукама:

“Если ты не прислал мои одежды — уходи! Я не скажу тебе[114] ни слова до конца нашей жизни!”

Тяжела для него разлука с Умм Хувайрис, и стал он стараться исполнить ее желание.

О ней же говорит Дирхам ибн Зайд ал-Ауси[115]:

Клянусь господином ал-'Уззы