Саймон говорит - Саймон Грэй

- Петрович! Ты, смотрю, совсем страх потерял. – Голос выросшей у стола хозяйки трактира мог бы заморозить вулкан. – Полдень еще не настал, а ты уже квасить приперся!

- Молчи, женщина! – Петрович стукнул кулаком по столу. – Говорю же, беда у меня.

- Это что за беда такая, что настойку требует?

- Большая беда! Обокрали нас нехристи какие-то! Средь бела дня обокрали, стариков не пожалели!

Мирослава и Саймон удивленно уставились на разбушевавшегося охотника. Кража в деревне была явлением не то, чтобы совсем неизвестным, но довольно необычным. Обычно этим занимались либо детишки малые, в качестве шалости, либо охраннички торговцев, либо еще какие люди лихие, неместные. Как правило, всех ловили по горячим следам и быстро объясняли, что так делать не следует. Первым – хворостиной по заднице, вторым и третьим – кулаком и вожжами. Так что заявление старика было довольно… странным.

- Стоп! – Саймон сунул в руки жертвы ограбления кружку. – Выпей, успокойся и давай по порядку: что украли, когда украли, где украли.

Петрович отхлебнул отвара, скривился, просительно взглянул на трактирщицу, но не найдя у той ни капли сочувствия, наконец сдался:

- Пирог украли.

- Тьфу на тебя, пердун старый! Только панику наводишь! – хозяйка забрала со стола пустую посуду и удалилась на кухню, выражая спиной крайнюю степень презрения.

- Злая ты женщина, Мирослава! Как тебя только муж терпит! – обиженно крикнул ей вслед Петрович и вновь уставился на единственного оставшегося собеседника.

- Вот как жить, Сёма? Нехристи средь бела дня у тебя пирог воруют, а родные люди даже рюмки не поднесут, чтобы старика успокоить.

- Петрович, ты давай по существу.

- А что по существу? Сходил вчера в лес, думал подстрелю чего. Вся дичь, как назло, разбежалась, так что я только малинки набрал и домой принёс. Ну бабка моя решила с утра пирог организовать. Теста замесила, раскатала, малинку в него положила, ну и поставила на окно подойти, пока печь топила. Пришла пирог взять – а его нет!

- Стоп! – Саймон задумчиво поскреб небритый подбородок. – То есть, у тебя не просто пирог свистнули, а сырое тесто с малиной?

- Ага! Чуешь, до чего народ опустился? Даже не дождались, пока приготовится!

- А ты уверен, что это человек был? Может животина какая?

- Аааа… - Петрович на секунду задумался. – А я не знаю. Мне как бабка моя сказала, что пирог пропал, так я прям сюда и побежал.

- Ты же охотник опытный. Надо было сразу следы посмотреть, а не в трактир бежать за успокоительным.

- Вот злой ты человек, Семён! – старик расстроено покачал головой. – Прям как Мирослава. Пожилой человек к тебе за сочувствием пришел, бедой поделился – а ты всё туда же.

- Да не обижайся ты так, Петрович. – Саймон успокаивающе похлопал собеседника по плечу. – Давай пока вора твоего изловим, а там может и компенсацию какую стребуем.

- Чего стребуем?

- Компенсацию. Выкуп то есть.

- А что? – старик оживился. – И стребуем. А то ишь чего удумали – пироги средь бела дня воровать!

Начинающие сыщики дружно встали и направились к выходу.

- Вот не ходил бы ты с этим старым дурнем, Семён, – проворчала им вслед Мирослава, вновь заняв свое место за стойкой. – Небось опять коза с привязи сорвалась, да и съела пирог этот несчастный. А вы тут бучу подняли, словно дети малые.

- Да мы быстренько посмотрим, что к чему и вернемся, - ответил Саймон, мягко выталкивая Петровича за дверь, пока тот опять не брякнул чего обидного.

***

Быстро не получилось. Не успели они выйти на главную улицу и пройти первый двор, как зацепились языком за кумушку, возившуюся в огороде. Пришлось ждать, пока Петрович опять выдаст историю своего ограбления, причем пирог значительно увеличился в размере. Кумушка сочувственно покивала и вспомнила, что не так давно проходила Светозарова жена в поисках своего рыжего кобеля. Кобель тот характер имел препаскуднейший – постоянно срывался с привязи, носился по деревне, облаивая всех встречных, и так и норовил куснуть кого-нибудь за филей. А уж сколько курей и уток передавил у соседей – вообще не счесть! В общем, если кто и мог свистнуть пирог – так эта наглая рыжая морда.

Выслушав кумушку, Петрович тут же воодушевился и собрался немедленно бежать к Светозару за компенсацией. Пришлось его успокаивать и объяснять, что без доказательной базы предъявлять владельцу кобеля нечего, а значит и компенсации никакой получить не удастся. Старик опять расстроился, но аргументы принял. Попрощавшись с кумушкой, сыщики продолжили свой путь к месту преступления, но пройдя пару дворов, опять зацепились языком. Потом еще раз. Пирог постепенно увеличивался в размерах, а потом вообще превратился в три пирога и миску вареников. В общем, к избе старого охотника, стоявшей на самом краю деревни, они подошли уже далеко за полдень.

У калитки их встретила Варвара Любомировна – жена Петровича.

- Здравствуй, Семён, – степенно произнесла она, укоризненно глядя на парочку. – Спасибо, что привел дурака моего. Опять небось в трактир побежал, горе своё заливать?

- День добрый, Варвара Любомировна. Да он не пил ничего! Мы тут просто… - Саймон замялся.

- Молчи старая! – отрезал Петрович. - Мы сейчас будем эти… как его…

- Следственные мероприятия…

- Во-во! Мероприятия проводить! Найдем ворюгу и покараем по всей строгости! И конписацию сымем!

- Да дался тебе пирог этот! – Всплеснула руками Варвара Любомировна. – Я тебе уже новый испекла, пока ты тут воров искал. Шел бы, поел лучше. И ты Семён, заходи.

- Сначала ворюгу поймаем, а потом есть будем, - уперся охотник. – Слыханное ли это дело, средь бела дня пироги таскать у людей?!

- Ой, да делайте чего хотите! – старушка развернулась, и ушла в дом, бурча себе под нос что-то про двух идиотов, старого и молодого.

- Слушай, Петрович… А может ну его, этот пирог? Жену вот расстроил, - осторожно поинтересовался Саймон, шагая во двор вслед за стариком.

- Ты, Сёма, её не слушай. Не зря в народе говорят – послушай бабу и сделай наоборот. Вот поймаем ворюгу, она и успокоится. Вот!

- Что?

- Вот окно, на котором пирог стоял!

Парочка с пристальным вниманием уставилась на окно, из которого донеслось что-то нелестное