Предатель. Больше не твоя - Аелла Мэл

— Миш, — поднимаю голову с натянутой улыбкой. — Если ты слышал об этом, может, подумаешь и о том, что могу и тебе нагрубить? Настроение не самое подходящее.

— У-у-у, кто-то сильно раздражён. Что, босс нервы щекочет? — играет бровями, склоняясь ближе.

— Нет, это тебе я планирую пощекотать нервы, если не свалишь отсюда, — отвечаю сквозь зубы.

— Ух, — стонет, наклоняясь ещё ближе. — Знаешь, кажется, мне пора Светку забыть. Я не знал, что ты у нас такая горячая штучка. Прямо-таки возбуждаешь своей харизмой, холодностью…

— Может, стоит возбуждаться при виде работы? — раздаётся холодный, пронизывающий до костей голос. Миша резко выпрямляется, а у меня сердце замирает.

Медленно поднимаю глаза и встречаюсь с ним взглядом. Эмиль Муратович стоит в дверях, скрестив руки на груди. Его тёмные глаза словно прожигают меня насквозь. В кабинете воцаряется мёртвая тишина.

— Эмиль Муратович! — взволнованно восклицает Света, торопливо поправляя юбку. — Мы просто немного разговаривали…

— Я слышал, — кивает он, медленно обводя взглядом всех присутствующих. Его взгляд на несколько секунд задерживается на мне, а затем перемещается на Мишу.

— Вы, кажется, не из этого отдела, нет? — его голос звучит холодно и строго.

— Я просто зашёл предупредить, что вы скоро позовёте их к себе в кабинет, — пытается оправдаться Миша.

— Не знал, что вы решили заменить мне помощницу, — усмехается Эмиль, а затем внезапно рявкает так, что я невольно вздрагиваю: — Вон к себе! И чтобы я больше не видел тебя здесь!

Миша мгновенно исчезает. Катя и Алексей вскакивают со своих мест. Света бледнеет, но быстро берёт себя в руки. А я не могу понять, что случилось с Эмилем. Он никогда раньше не был настолько резок с сотрудниками. Всегда поощрял общение и дружбу между коллегами, даже устраивал совместные выезды на природу по выходным.

— Как ни зайду к вам, вы всё время занимаетесь чем угодно, только не работой, Диана, — щурится он, глядя на меня. Его чёрные глаза мерцают от гнева.

Так и хочется огрызнуться: «Можете уволить ко всем чертям!» Но нельзя. У меня нет другой работы с такой же зарплатой, а искать новую нужно время.

— Извините, — отвечаю сдержанно, опуская голову к документам.

— Чтобы через две минуты ваш отдел по очереди зашёл ко мне в кабинет. Расскажете, чем ещё полезным занимаетесь, кроме болтовни на рабочем месте, — бросает он и разворачивается к выходу.

Чувствую его тяжёлый взгляд на своей макушке, но не поднимаю глаз. Лишь когда дверь за ним закрывается, позволяю себе незаметно выдохнуть. Нервно прикусываю кончик ручки — старая привычка, от которой никак не могу избавиться. Когда нервничаю, всегда что-нибудь грызу — то ручку, то мизинец. Пыталась бороться с этим, но безуспешно.

— Ха, ты в чёрном списке Эмиля, — довольно хмыкает Света, явно пытаясь задеть меня своим замечанием.

Если бы она только знала, насколько глубоко я нахожусь в его списке. Если бы она понимала, как отчаянно я хочу держаться от него подальше. Если бы она только догадывалась о нашем прошлом…

— Ладно, я пойду первой, — говорит она, прихорашиваясь у зеркала. — Уверена, мы с ним отлично поладим. Запоминайте, записывайте, как начинается наша история любви.

Мы провожаем её скептическими взглядами. Не только я, но даже Алексей с Катей не верят в её успех. Даже если Эмиль обратит на неё внимание, женитьба невозможна — его мать никогда не позволит. У него должна быть жена из их народа.

Какое мне до этого дело? Пусть делают что хотят — встречаются, спят, женятся. Мне всё равно. Главное, чтобы держались от меня подальше. Сегодня же начну искать новую работу, и как только найду — сразу уволюсь. Нельзя нервировать бабушку.

Глава 5

— Он такой суровый! — возвращается расстроенная Света. — Упёртый баран!

— Послал? — усмехается Алексей.

— Нет. Он кроме работы ничего и не спрашивал. Даже не смотрел на меня. Уткнулся в свои бумаги и задавал вопросы. Ненормальный!

— Как раз таки нормальный начальник, — замечает Катя, поднимаясь со своего места. — Хорошо, когда молодой начальник ведёт себя подобающе, а не клеится ко всему, что движется. Ладно, моя очередь.

— Это для тебя нормально, идиотка, — ворчит Света, садясь на своё место. — Ничего, я всё равно привлеку его внимание.

Переглянувшись с Алексеем, мы пожимаем плечами и возвращаемся к работе. Скоро и наша очередь придёт. Хотя лучше бы она не наступала вовсе. Я знаю, что скоро останусь с ним наедине в кабинете, и эта мысль пугает меня до дрожи. Надеюсь, он будет говорить только о работе, только бы не о прошлом…

Да и говорить там не о чем. Он всё сказал и сделал в тот день, когда на глазах у тысячи людей вышвырнул меня из своей жизни. Когда не дал мне и слова сказать в своё оправдание. Когда отвернулся. Предал. Не поверил мне.

Катя возвращается и пожимает плечами:

— Нормальный начальник, правда, немного строгий и пугающий. Но деловой.

Алексей кивает мне, спрашивает, иду ли я или он. Даю понять, чтобы шёл он. Я хочу как можно дальше оттянуть этот момент. Хоть до следующей жизни. Но это только в мечтах. Алексей возвращается ещё быстрее, чем девушки. Молча показывает большой палец и садится на своё место.

Сделав глубокий вдох, приходится встать. Света смотрит с ехидством. Думает, что меня сейчас будут ругать? Если бы, Свет. Я даже согласна, чтобы меня поругали по работе и отпустили. Сжав кулаки, поднимаюсь по лестнице. Не хочу пользоваться лифтом — так дольше.

Лена сидит на своём месте и, улыбнувшись, кивает на кабинет. Сглотнув ком в горле, дрожащей рукой стучу два раза.

— Войдите, — слышу с той стороны массивной дубовой двери.

Взявшись за ручку, открываю дверь и делаю шаг вперёд, словно в бездну. Его кабинет, он сам — самая глубокая пропасть в моей жизни.

Эмиль сидит в кресле, держа в руках какие-то бумаги. Чёрная рубашка с закатанными рукавами подчёркивает его фигуру. Чёрные как смоль волосы и такие же глаза смотрят на меня не отрываясь.

Оставив дверь слегка приоткрытой, делаю несколько шагов вперёд. Сцепив руки в замок, замираю в двух шагах от его стола. Устремляю взгляд куда-то за его спину, лишь бы не