Официантка для Босса - Никки Зима

И тут меня осеняет.

Сестра. Мать. Отец. Кто-то болен. Надо менять тактику.

— Это очень дорого, может быть, есть где-то кровь подешевле?

Вот оно! Бинго! Это же золотая жила! Если ей срочно нужны деньги на лечение…

В душе загорается азарт. Теперь для меня это дело принципа!

Ваш выход, господин Волков! Сейчас я обуздаю эту темную лошадку!

Ловлю себя на том, что уже подсчитываю в уме: три миллиона — это сколько тонн крови или капельниц в штуках?

Конечно, не очень прилично подслушивать, а ещё и давить на больную мозоль, — стыдит меня внутренний голос.

Но тут же этот же голос сообщает, что невеста сама себя в аренду не сдаст. Этот же голос отвечает за выживание бизнеса.

Нанять невесту и спасти семейный бизнес, который Кирилл наверняка угробит — дело чести, и нужно идти почти на любые жертвы.

К тому же я представил глаза моей матушки, когда я представлю ей Алину.

Сегодня она напророчила мне жизнь и смерть в стиле Синей Бороды и ставила в пример Кирилла, который, несмотря на свои, скажем так, не товарные внешние данные, «вон какую девчонку» отхватил.

Губернаторскую племянницу. Сама девица — ни сиськи, ни письки. Отхватил «золотце», не то слово!

Я же не стану рассказывать матушке, что эротические подвиги «счастливой избранницы» известны не только в губернии, но и далеко за пределами нашей необъятной страны.

Меня и вправду коробит от мысли, что мой пакет акций попадёт не только в руки Кирилла, но и этой развратной кикиморы.

Раздаются шаги, я успеваю подумать, что Алине можно предложить не просто деньги, а лучших врачей!

У нас же есть отличная клиника в Швейцарии! До пятницы ещё почти двое суток, можно вполне успеть…

Алина почти натыкается на меня, выходя из менеджерской.

— А это вы? Жалобная книга на стойке, — бросает она, пытаясь проскочить мимо.

— Подожди, не гони… Я случайно услышал разговор, я могу помочь, у меня есть отличные врачи в Швейцарии!

Надеюсь, что она понимает, что такое швейцарская медицина, качество, надёжность.

Она на секунду задерживается, будто осмысливая сказанное, а потом снова отказывает:

— Мне не нужны врачи.

Как не нужны, глупенькая? Обалдела? Ты только что говорила, что дорого и всё такое. Надежды тонут в пучине, как «Титаник», уходящий на дно.

— Во-первых, я только что купил Бянку, и ты стоишь перед своим новым боссом.

Эта новость ввергает ее в растерянность. Ничего, дорогуша, привыкай.

— А потом я своими ушами слышал, как ты только что говорила, что твоим родственникам, ну или друзьям, я уж не знаю, кому, нужно переливание!

— Не родственникам. Собаке. Извините, мне нужно работать, — бросает она мне через плечо и быстрым шагом направляется в сторону зала.

Не теряемся, Волков. Не теряемся! Ищем выход! Так. Собака! Ирка Чекменёва!

Моя подруга детства, однокашница по закрытому английскому лицею, закрытому в смысле «не для всех».

У её семьи сеть элитных ветклиник «Усы, лапы и хвост»!

— Ветеринар тоже имеется. Точнее, ветеринары! Ещё точнее — самые лучшие, что есть у нас в стране!

Я машинально хватаю телефон, набираю Иркин номер.

Алина останавливается…

Глава 4 Всегда читайте, что подписываете

Алина останавливается, замирает на полпути к кухне. Вижу, как её плечи напрягаются под тонкой тканью рубашки. Поворачивается медленно, словно боится, что я исчезну, если сделать это слишком резко.

— Откуда у вас ветеринары? — спрашивает она, и в голосе — смесь недоверия и слабой надежды.

Я делаю самое душевное лицо, какое только способен изобразить. У меня аллергия на животных.

Начинает мутить от одной мысли о собачьей шерсти, я это тщательно скрываю, а наружу прорывается только «тёплое» участие:

— Моя подруга детства владеет сетью ветклиник. Лучших в стране. Если твоему… твоей э-э-э…, — пытаюсь подобрать слово поделикатнее: «кобелю, суке?», — …псине нужна помощь, я могу организовать всё за пять минут. Без шуток.

Алина прикусывает губу. Глаза — холодные, но в них мелькает что-то неуверенное.

— «Усы, лапы и хвост». Слышала?

Она кивает.

— Говорят, у них очень дорого.

— Перестань, пустяки. Я уверен, они перельют всё, что надо. Для тебя бесплатно.

— Бесплатно? — она недоверчиво смотрит на меня.

— Абсолютно!

— Зачем вам это? — бросает она.

— Потому что я… так же, как и ты, люблю животных, — я давлюсь словами, содрогаясь внутри.

— Серьёзно? — она сужает глаза.

— Серьезнее некуда! — я даже прикладываю руку к груди, словно клянусь. — У меня самого был лабрадор… Фадх.

Ложь даётся легко. Главное — потом не проболтаться, что тот самый Фадх на самом деле был крокодилом, любимым питомцем наследного принца в ОАЭ, которого я видел на приёме в прошлом году.

Фадха на приёме кормили огромными кусками говядины. Кому как, а по мне — та ещё мерзкая тварь.

Вижу по глазам, что Алина начинает сомневаться ещё больше. В атаку, Волков!

— Так твоей собаке нужно переливание крови, верно? — продолжаю я, стараясь звучать участливо. — У Ирки, то есть у Ирины Сергеевны Чекменёвой, есть всё: и доноры, и оборудование, и лучшие ветврачи.

Алина колеблется. Вижу, как её пальцы сжимают блокнот.

Для усиления эффекта использую бизнес-приём: «предложение ограничено по времени».

— Насколько я понял, времени почти не осталось. До пятницы — всего ничего!

— Вы сказали бесплатно.

— Ну да.

Дорогуша, ну соглашайся. Вообще-то я никогда и ничего не делаю бесплатно. Но сейчас мне очень нравится изображать святого.

— Нет.

Опять двадцать пять.

— Что, нет?

— Я заплачу. Но не сейчас. Сейчас у меня нет денег.

Молчу, жду продолжения. Похоже, у кого-то трудный период в жизни.

— Что вы там говорили про три месяца и миллион.

Неожиданно. Быстро же Алина сдала свои бастионы гордости. Я даже немного разочарован. Ожидал более серьёзную борьбу и длительное сопротивление. Повторяю условия.

— Три месяца работы моей невестой. По миллиону в месяц. Через девяносто дней — три миллиона твои. Бонус — поездка в любую точку мира за мой счёт, если никто не заподозрит и не раскроет договорённость между нами. По завершении срока — ты свободна.

— И это не шутка? Вы готовы нанять меня прямо сейчас?

— Не шутка. Готов.

— Три месяца и всё? То есть никаких обязательств по завершении срока?

— Именно так.

— И никаких поцелуев, секса?

— Никаких. Ну, если только обнимашки и воздушные поцелуйчики на камеру, на фотосессиях со мной для светской хроники.

— Нам нужно составить контракт.

Мои глаза лезут на лоб.

— В смысле контракт?

— Что вы на меня уставились? Я вас не знаю и вам не доверяю. Что-то типа добрачно-трудового соглашения. Мне нужно защитить свои интересы.

— Ну,