Полное собрание творений - Старец Иосиф Исихаст

Я земля, я брение, я пыль.

Меня поднимаешь — я поднимаюсь.

Меня бросаешь — падаю.

Меня возносишь — лечу.

Меня кидаешь — ударяюсь.

Мое естество — ничто.

Он ненасытно повторяет это. А что такое это «ничто»? Это то, что было ничем, прежде чем Бог сотворил небо и землю.

Итак, это начало нашего существования. А наш замес и родоначальница — глина. А [что же] наша сила? Божественное дуновение, дыхание Божие.

И стоит Тебе, Боже, Рачителю желаний и Творче всякого блага, взять [назад] то Божественное дуновение, которое

Ты вдохнул в наше лицо — и [тогда] мы получили дух жизни, стоит [взять его назад,] как мы снова превратимся в глину.

Итак, что ты имеешь, гордый человек, чего бы не получил? А если получил, что хвалишься, как якобы неполучивший?[156] Познай, смиренная душа, своего Благодетеля и смотри, не приписывай чужое, Божие, себе, будто собственные подвиги. Познай, несчастная, свое существо, осознай свою родословную. Не забывай, что ты здесь чужая, и всё — чужое! И если сладкий Благодетель Бог дал тебе [нечто,] воздай Ему с чистой совестью свое от своего, твоя от твоих.

Если ты поднялся на Небеса, и видел ангельские естества, и слышал гласы божественных сил, если богословствуешь и учишь, если победил бесовские козни, если пишешь, и говоришь, и делаешь, — всё это Божий дар.

Итак, скажи Господу твоему: «Прими, дыхание мое сладкое, Иисусе мой, Твоя от Твоих!» И тогда — ах! Тогда, о душа моя!.. Что предстоит тебе увидеть, когда откроются сокровища Божии и Он тебе скажет: «Прими, сын мой, всё, ибо ты оказался верным и добрым управителем»!

Письмо 36-е

Живущий на Небесах Бог и Господь всех, дающий нам дыхание, и жизнь, и всё, и всегда пекущийся о нашем спасении, — да пошлет Он в ваши священные души Дух утешения, а ум ваш да просветится, как просветились ученики нашего Спасителя, да озарит свет Его Божественного сияния всего духовного наделенного умом человека, да воспламенится всё ваше сердце божественной любовью, как у Клеопы[157], и взыграет, зачав нового Адама и получив извещение об этом зачатии, да истлеет же вконец ветхий [Адам] со всеми его страстями, и тогда каждое мгновение, всегда будут течь [у вас] слезы, как родник, источающий сладость. Аминь.

Сегодня, чадце мое, я получил твое письмо, прочитал его и даю тебе ответ на то, что ты мне пишешь.

Способ умной молитвы таков, как тебе говорит преподобная Старица [игумения]. [Совершаемая] внутри сердца круговая молитва никогда не боится прелести. Другой или другие способы могут быть опасны, ибо к ним легко приближается мечтание и в ум входит прелесть.

Как страшна прелесть ума! И как труднопостижима!

Напишу вам немного о ней, чтобы вы знали. Ведь я был очень отважен в этом и проник во все способы молитвы. Попробовал всё. Ибо когда благодать приближается к человеку, тогда ум — эта бесстыдная птица, как его называет авва Исаак[158], — хочет проникнуть во всё, попробовать всё. Начинает от создания Адама и заканчивает глубинами и высотами, так что если Бог ему не положит преград, он не возвратится назад.

Так вот, этот способ сердечной молитвы — это способ делания, который мы применяем, чтобы удержать ум в сердце. И когда умножится благодать, она захватывает ум в созерцание, и пылает сердце от божественного рачения, и весь человек горит от любви. Тогда ум оказывается совершенно соединившимся с Богом. Пресуществляется и тает, как тает воск, когда приближается к огню, или как железо, [раскаляясь,] уподобляется огню. И естество железа не изменяется, но сколько пребывает в огне, столько остается едино с огнем, а когда жар уменьшится, возвращается снова к своей природной твердости.

Это называется созерцанием. И царствует в уме тишина. И умиротворяется всё тело. Тогда молящийся молится и словами, и произвольными молитвами и восходит в созерцание, не заключая ум в сердце.

Ибо умная молитва совершается для того, чтобы пришла благодать.

Когда есть благодать, ум не парит. А когда ум обретает устойчивость, он применяет все виды молитвы, пробует всё.

Так вот, способ, который применяют те, о ком ты мне рассказала, — это не прелесть, однако может легко перейти в прелесть, ибо ум их прост, не очищен и принимает мечтания за созерцание.

Например, на берегу есть родник, чистая вода которого течет в море. Внезапно происходит волнение, и выходит море из берегов, и морская вода замутняет наш маленький источник. А ну-ка давай, какой бы умной ты ни была, очисти теперь воду источника от морской воды! Подобное происходит и в уме. Вникни же в то, о чем я говорю.

Бесы — это духи. Поэтому они сродны и подобны нашему собственному духу, уму. А ум, будучи кормильцем души, — поскольку он приносит все виды умных движений и мысли в сердце, а сердце это процеживает и дает это разуму, — ум, таким образом, обманывается, как в примере с источником. То есть воровским образом нечистый дух замутняет ум, и тот, по обычаю, дает это сердцу, как есть. И если сердце нечисто, оно вслепую дает это разуму. И тогда помрачается и чернеет душа. И с тех пор вместо созерцания постоянно принимает мечтания. И таким образом произошли все прелести и возникли ереси.

Однако если человек насытится благодатью, и всегда внимателен, и никогда не впадает в самоуверенность, не доверяет самому себе и до конца своих дней не разлучается со страхом, то, когда приблизится лукавый, человек видит, что происходит нечто ненормальное, что-то необычное. И тогда ум, сердце, разум — вся сила души ищет могущего спасти. Ищет Того,