Бессознательное: мифы и реальность - Павел Соболев

— Убери их, — и показывает рукой на две свисающие с моего пояса верёвочки.

— В смысле? — улыбаюсь я от неожиданности. — А они-то чем тебе не угодили?

— Не знаю, — недовольно отвечает Ваня, и на его лице возникает неловкая улыбка. — Просто раздражают они чего-то… Болтаются.

— Ну ты даёшь, — снова улыбаюсь я. — Вроде не пил вчера особенно…

Я заправляю обе эти верёвочки внутрь штанов и спрашиваю : теперь легче?

— Вот теперь легче, — отвечает Ваня, а на лице блуждает откровенно растерянная улыбка. Возможно, уже и сам понимает глупость своего поведения.

Я и говорю напоследок : странный ты, товарищ…

Сейчас же, в свете выше изложенной гипотезы, поведение Вани в тот момент становится чрезвычайно ясным. Видя свисающие с моего пояса верёвочки, он словно вновь оказался в ситуации раннего детства, где взрослые дяди демонстрируют свои половые органы, а он не может проделать этого в ответ. То есть вышло так, что я, в его понимании, как бы символически демонстрировал своё мужское достоинство, а он не мог продемонстрировать ничего, чтобы доказать, что и он не хуже. Но осознать это он был не в состоянии, для восприятия оказалось доступным лишь общее раздражение по отношению к верёвочкам, рационально объяснить которое Ваня не мог. Происходила глубинная работа в недрах бессознательного.

А на поверхности было что? Только понимание самого факта раздражения. И ничего больше. Никакого понимания причин.

Объект и раздражение в отношении него — а почему, непонятно.

На самом деле вот она — реальная психопатология обыденной жизни.

Проявление метафор может происходить и в несколько ином плане человеческого бытия — в плане телесных ощущений или, как принято говорить, в виде психосоматики.

Психосоматика — отрасль медицины на стыке с психологией, изучающая возникновение заболеваний в их связи с психическим состоянием человека (с депрессией, гневом, тревогой и т. д.). Согласно теории психосоматики, ряд заболеваний человека может быть обусловлен исключительно какими-либо его внутриличностными конфликтами (Фролова, 2003). Наиболее изучена связь психического напряжения человека с такими заболеваниями, как язва желудка, бронхиальная астма, ишемическая болезнь сердца, ожирение, нейродермит, головные боли, вегетососудистая дистония и ряд других. Но есть и подходы, рассматривающие болезни тела именно в ключе метафорического переноса, осуществляемого бессознательным на телесный уровень, что, в свою очередь, может выполнять сигнальную функцию об имеющейся в жизни конфликтной ситуации.

"Глубокая личная обеспокоенность вовлекает в политику наше сознание и тело, так что даже язва желудка […] может расцениваться как политический акт" (Власова, 2014).

К примеру, болезни глаз могут означать нежелание человека замечать что-то происходящее в его жизни, вытеснение этого факта в бессознательное.

Постоянный насморк может указывать на плохое отношение к чему-то рядом с собой, что приходится просто терпеть (по сути, просто аллергия на что-то или кого-то).

Болезнь ног и суставов может указывать на глубинное нежелание следовать по выбранному пути или же на неуверенность в правильности этого пути.

* * *

Приложение 3: психосоматика

Далёкий октябрь 2005-го. Я уже три месяца как живу жизнью "растения": так на мне сказывается то, что не сложились отношения с девушкой, к которой я проникся непередаваемой симпатией и безмерным уважением. Последующие два года я буду ощущать себя именно растением — ничто не интересно, на всё плевать, есть лишь с трудом сдерживаемое желание влезать в драки с чёрт знаем каким исходом. Весёлое время)))

На тот момент прошло ещё не два года, но всего три месяца. Я работаю журналистом в одной газете, посвящённой полиграфии и прочей печатной канители. В тот октябрьский день в одном из выставочных центров города проходит выставка рекламных технологий, и я должен побывать на некоторых её мероприятиях и затем описать их в газете.

По приезде я почти сразу вижу среди прочего вороха стендов различных рекламных компаний стенд фирмы, которую возглавляет та самая девушка.

Во рту у меня мгновенно пересыхает, в голове туман, сердце колотится…

Смотрю издали — вижу её. Она стоит у своего стенда, демонстрирует интересующимся буклеты своей фирмы, улыбается.

В моей голове вообще всё превращается в какой-то бардак. Сам не понимаю, о чём думаю в этот момент. Как будто просто целиком и полностью превращаешься в одно лишь восприятие и смотришь, смотришь, смотришь…

Сердце колотится, как бешеное.

Но ноги будто вросли в бетон, как окаменели, и я смотрю на неё только издали.

Снова кому-то чертовски приятно улыбается, затем, пока клиент рассматривает буклет, она суёт руку себе под пиджак и принимается украдкой чесать спину.

Я понимаю, что нет ничего страшного в том, если подойти сейчас к ней и поздороваться. Просто подойти и сказать "Привет", улыбнуться как-то худо-бедно, спросить "Как жизнь?" или что-нибудь такое. Просто хоть снова увидеть её близко.

Ведь так сильно по ней скучал эти три месяца.

Понимаю, что действительно ничего страшного. Но страшнее некуда.

Тогда я совершаю трусливый манёвр и говорю себе, что сначала схожу на один семинар, запишу происходящее там в блокнот, а потом, на обратном пути, и подойду к ней.

Ну верно ведь? Можно же так? Чуть попозже, верно? Не сейчас, а потом…

Ничего ведь страшного, верно?

Тогда я разворачиваюсь и иду на семинар.

Примерно через час-полтора я все дела сделал. Можно собираться домой. Я задерживаю дыхание и направляюсь к выходу из выставочного центра как раз так, чтобы пройти мимо нужного и пугающего стенда. Иду, прохожу мимо — у стенда никого. Только везде висит реклама, разложены буклеты и прочие бумажки, но людей нет. Ни её, ни кого-то другого из её сотрудников. Я останавливаюсь на мгновение, оглядываюсь по сторонам — кругом толпы людей, но её не видно.

На часах всего половина второго.

Я быстро решаю, что она уже уехала на работу, а здесь же вместо себя оставила кого-то из сотрудников, который куда-то отлучился. И хоть где-то в глубине души я чётко понимал, что она сама где-то здесь, может, просто пошла перекусить — время-то обеденное… Я всё это понимаю, но всё же быстро направляюсь к выходу и иду на автобус.

Я стою у заднего окна автобуса, облокотившись о поручень обеими руками, и смотрю в сторону удаляющегося выставочного центра. Я еду домой. И, конечно, думаю о том, чего не сделал…

Проезжаю в глубокой задумчивости одну остановку, вторую… Вдруг чувствую лёгкую боль в