Найти респаун - Александр Изотов

— Да понял я, понял, — буркнул Понт, — Чего сразу злиться-то?

Тут подошёл, наконец, Хойро. Свин до этого пристраивал к делу остальных новичков, среди которых оказались и ремесленные профессии. Жаль только, без кузнеца.

— Саня Архар, я иметь мало времени. Делать открытие катакомб, и делать уход. Ясно?

* * *

Вход в катакомбы, кстати, оказался прямо под статуей. Небольшая дверца с другой стороны постамента, на котором стояло изваяние, была явно под размеры сюнэ — входили мы, пригибаясь.

Хойро провёл нас несколько пролётов по узкой винтовой лестнице вниз, где по стенам ползала всякая членистоногая живность, заставляющая девиц вскрикивать.

Я всё оглядывался, посматривая на Цикаду — крик этой девчонки до сих пор стоял у меня в ушах, и мне было интересно, будет ли это иметь толк в подземелье. Ведь когда она ударила «криком отчаяния», прилетело всем вокруг. Оставалось надеяться, Параллакс учтёт, что мы в одной группе.

Вот лестница закончилась, мы прошли через ещё одну дверцу, выйдя в подземелье, больше напоминающее классическую канализацию под Нью-Йорком, так часто показываемую в фильмах.

Мы двигались гуськом по боковому выступу, глядя на протекающую совсем рядом искусственную реку.

— Это всё ты построил? — спросил я у Хойро.

— Любой строитель имеет знание, что для города надо делать сначала коммуникации, — важно произнёс свин, потом всё же добавил со скромностью, — Но, если честно, я иметь с собой несколько пакетов.

— Чего?

Сюнэ сложил вместе ладошки, потом раздвинул:

— Это есть… м-м-м… строители Великого очага как бы делать… полуготовое изделие…

— Полуфабрикат, что ли? — поинтересовался я.

— Узловая сборка, наверное, — подал голос Шифоньер, — У нас на предприятии так. Привезут узлы, а мы собираем.

— Это есть похоже, — кивнул свин, — Я должен иметь ранг и умение, чтоб раскрыть пакет. Великий Очаг Сюнэ делать трату пинга на это, но зато это есть быстрее.

Услышав это, я оценивающе посмотрел вокруг. Теперь понятно, как свин в одиночку с этим справился. А потом, представив себе мегаполис исхюров, я задался вопросом — а они там сколько этих пакетов навезли? Всё равно масштабы несопоставимы.

— Я делать первое открытие катакомб, — важно сказал Хойро, остановившись перед круглыми воротами в конце коллектора.

И так же, как в прошлых катакомбах, здесь перед воротами стояла небольшая колонна со столешницей сверху, с выемкой. Нам пришлось спрыгнуть в воду по щиколотки.

Сюнэ, с ревностью прикрывая от меня колонну, словно банкомат, зашуровал там лапками.

— Мог бы и показать, — хмуро сказал я.

— Я делать показ потом. Твой ключ делать неправильную настройку, — буркнул свин, — Катакомбы Великого Очага Сюнэ будут иметь ауру великого Охрюнны. Эти катакомбы есть наши катакомбы.

Я поджал губы. Ну, ничего, и на улице человечества будет праздник.

— Охрюнна — эта та статуя, что ли? — спросила Цикада, ткнув пальцем за спину.

— Ага, — весело кивнул Груздь, — Там прям какая-то помесь мастера Йоды и Пятачка.

Хойро уже повернулся и, услышав такую ересь, чуть не выронил свой артефакт, засовывая его обратно в инвентарь. Я успел только заметить, что его ключ напоминает какой-то золотистый штопор.

— Ты, шестой хвост Охрю!.. — гневный голос покрасневшего Хойро потонул в скрежете открывающихся ворот.

Глава 25

— Чего это с инопланетянином? — спросил меня Толя Шифоньер, когда мы вошли в тёмный коридор, — Злой какой-то…

Хойро только-только исчез в канализации, отправившись обратно на базу. Я пожал плечами, таращась на открывшуюся впереди темноту.

Позади в круглых стенах торчали кончики разъехавшихся створок, словно клыки в утробе какого-то чудовища — ворота открылись, как переборки на каком-нибудь НЛО. Труба огромного коридора уходила дальше в непроглядную тьму, поэтому ощущение и вправду было, словно мы вошли в какой-то древний космический корабль.

Пипец, ещё не хватало целой пещеры, засаженной яйцами Чужих… При таком уровне реализма, как в Параллаксе, я кони двину прямо на входе в зал.

Вот что хотите, делайте, но точно знаю, что у меня острая «чужофобия» — вон, сразу мурашки побежали, едва я подумал о тех лицехватах. Пинг добывать в яйцах Чужих я не буду!

— Чего-то это не похоже на метро, — взволнованно произнесла Аида Фёрст.

Они с Цикадой держались вместе, настороженно всматриваясь в темноту.

— Скорее на шлюз в плотине, — настороженно сказала Цикада, — Где воду сбрасывают.

Я напрягся, непроизвольно оглянувшись назад, на выход. Мощный поток воды будет ничем не лучше яиц Чужих.

Лишь мокрое шмыганье Груздя, пытающегося втянуть кровавые сопли, нарушало атмосферу хоррора. Или, наоборот, дополняло?

Надо сказать, я даже не ожидал, что Хойро может быть таким быстрым и прыгучим, но за оскорбление Охрюнны вмазал он «лазутчику» здорово. Тот даже ничего не успел сделать, как, кувыркнувшись, рухнул в неглубокую водицу.

Теперь Груздь стоял рядом с жалобным видом, схватившись за нос. Вода капала с «лазутчика» на бетонный пол и, собираясь струйкой в круглой низине, стремилась обратно.

— Ничего, мы ещё посмотрим, — Груздь, втянув снова воздух, со злостью оглянулся, — Чтоб какая-то свинья…

— Да нет там уже ничего, — буркнул я, показав на его нос, — Хренью ты маешься.

Тот удивлённо отнял руку, потрогал хрящик переносицы. Шмыгнул для проверки.

— Фигасе…

— А вообще, это Хойро ещё с тобой… кхм… по-человечески обошёлся.

— Я этого свина… — Груздь оскалился, и снова обернулся, — Мы ещё посмотрим, кто кого.

В руке у него оказался короткий кинжал с ржавым лезвием, больше похожий на длинный кухонный нож. Судя по всему, свин обеспечил, чем мог.

Кинжал направился в мою сторону:

— А ты чего, инопланетян защищаешь, да? — Груздь выпятил нижнюю губу, — Решил человечество предать, ага?!

Аида ойкнула, Шифоньер почесал репу, а Цикада, сложив руки на груди, с интересом наблюдала за сценой.

Я лишь вздохнул. Вот правильно говорят, если человек — дебил, то он просто дебил.

Подойдя, я положил руку на кинжал, и Груздь, охнув, попытался удержать. Но ржавый ножик звонко стукнул по бетону, а согнувшийся Понт зашипел от боли, а потом и вообще заорал:

— Ты мне пальцы слома-а-а-ал!!!

— Я сломал, я и починю, — ответил я, выпрямившись и отряхивая руки, — А тебе ещё к этому Охрюнне на алтарь лететь