Отец моего жениха - Юлия Динэра

— Шейн…  Шейн, не поступай так со мной!

Я подошла и обняла его сзади, прижавшись к спине.

— Скай, не усложняй. Делай, что я говорю.

— Почему, почему? Скажи мне, скажи хоть что-то… — я заплакала.

Шейн позволял мне обнимать его, он замер, словно чего-то ждал, словно растягивал время.

— Ты сказал, что останешься со мной.

— Я ничего тебе не обещал, Скай. Ты возвращаешься к Арчи, и это не обсуждается.

— Нет! Не смей, Шейн…  Не смей говорить мне…

Он развернулся, оттолкнув меня, его глаза были наполнены яростью, и я даже не знаю на что он злился.

— Сейчас, ты оденешься и поедешь к моему сыну, — процедил он.

Я покачала головой. Мой разум противился не меньше.

— Ты же не хочешь этого…  Не хочешь ведь, да?

— Не преувеличивай свою значимость.

Его слова были хлыстом, слезы текли по моему лицу, и я даже не пыталась их спрятать. Мне не было стыдно за то, что я чувствую.

— Я не поеду! Лучше умру!

— Не неси херню! Скарлетт! Скарлетт, стой!

Я выбежала на верхнюю палубу к носу яхты, Шейн последовал за мной. Меня буквально рвало на части, и я понятия не имела, что делать.

— Скарлетт, не глупи.

Он подошёл ближе, я выставила руки вперёд и посмотрела за спину, где виднелся только океан и ничего больше. Вернуться к Арчи теперь казалось равносильно тому, как оказаться в этой холодной воде. Несмотря на то, что это самый тёплый океан, я все равно в нем умру.

— Не подходи, Шейн! Не заставляй меня совершать глупости.

— Скай…

Из глаз снова хлынули слезы.

— Почему ты так поступаешь?

— Так нужно.

— Я не люблю его. Ты спрашивал, люблю ли я твоего сына, Шейн. Не люблю.

— Как и я не люблю тебя. Давай же, Скай, позволь кому-то тебя любить.

Шейн шагнул ещё ближе, выждав нужный момент, убив меня своими словами. То есть, я знала, что любить он меня не может, но хоть что-то должно присутствовать в его чёрствой душе.

— Мне не нужен кто-то, Шейн. Ты не понял?

Я вытерла слезы и сделала шаг назад. Ещё один, и я окажусь за бортом. Шейн инстинктивно дернулся в мою сторону, но я не позволила подойти ближе.

— Ты поедешь со мной, хочешь того или нет! Заканчивай этот цирк!

— Есть только два варианта развития событий, Шейн. Я не блефую.

— Тебе плевать на свою жизнь?

Я задумалась. Мне всегда было плевать. Жизнь настолько однообразна и сложна, что я просто устала от нее. После того, как Шейн внёс в нее краски, а потом забрал, я ощутила, насколько ничтожна и неважно и неважно все остальное.

— Если тебя в ней нет…  Мне не нужна такая жизнь, Шейн!

Он прикрыл глаза и перевел дыхание.

— Ты сошла с ума, Скай, Арчи не переживет этого.

— А ты?

— Мне плевать, я не позволю ломать жизнь моему ребенку.

— Но ты ломаешь мою!

— Я предупреждал, что так будет.

— Тебе совсем все равно?

— Я стараюсь быть мягким с тобой, Скарлетт, но мое терпение не вечно. Пожалуйста, оденься, мы возвращаемся к причалу.

— Черта с два, Шейн, я вернусь к Арчи. Ты не будешь со мной играть!

Я пыталась делать вид, что держу себя в руках, что не на грани, но мой голос дрожал, и я чувствовала, будто моя жизнь подходит к концу.

— Дай мне руку, Скарлетт.

Я посмотрела назад. В жилах кровь стыла от мысли, что я окажусь в этом бесконечном холодном пространстве. Но взглянув на Шейна, который осторожно протягивал мне руку и молил взглядом взять ее, я понимала, что вернуться обратно к тому, что было, ещё хуже.

Я в последний раз взглянула на Шейна и поняла, что он не отступит. А ещё я точно знала, что ради сына он пойдет на что угодно, а на других плевать хотел.

Мы смотрели друг другу в глаза, Шейн часто дышал и медленно приближался ко мне. Думал, я не замечу. Когда он рванул в мою сторону, я не раздумывая прыгнула за борт.

Может быть, я и не хотела умирать, но я не желала возвращаться к прежней жизни, и я никогда бы не стала оправдывать самоубийство…  Это было не оно, потому что казалось, будто внутри я уже погибла. Я лишь хотела понять, что чувствует Шейн. Он единственный, кто может заставить меня вернуться.

Вода была тёплой только на поверхности. Уже спустя секунду меня окутала леденящая тьма. Я видела лучи солнца, прорвавшиеся сквозь толщу воды, когда открыла глаза. Рефлекторно мои руки и ноги стали бороться за жизнь, хотя я понимала, что ещё минута, и я отключусь. Меня окутала паника, когда закончился воздух, и я втянула носом солёную воду. Через пару секунд, я поняла, что на самом деле утону. Сознание больше не могло функционировать, рефлексы перестали работать, и меня поглотила тьма.

Передо мной стоял Шейн, его глаза были наполнены грустью и сожалением, когда он отпускал мою руку. Я хотела броситься к нему, обнять, прижаться к его груди, но не могла сделать и шага, что-то тянуло меня назад.

— Ты попадешь в ад, Скай. Разве оно того стоило?

Я обернулась на знакомый голос.

— Арчи?

— Неужели моей любви было недостаточно?

— Прости…  Прости меня, пожалуйста, я не хотела, я никогда не хотела причинить тебе боль.

— Ты сгоришь в аду.

— Нет, нет, нет!

Мой отец появился из ниоткуда, он смотрел на меня с ненавистью и смеялся. Я пятилась назад, горечь сжимала горло, и я была не в силах сдерживать боль в груди и рвущиеся наружу слезы. Казалось, что я уже в аду.

Кто-то схватил меня сзади, и я вздрогнула, но обернувшись никого не увидела. Мрак окутал меня с ног до головы, и вновь стало страшно, все вокруг исчезли, осталась только я. Мои зубы стучали от холода и пальцы задрожали. Я озиралась по сторонам, услышав чей-то голос.

— Кто здесь?

— Скарлетт!

— Шейн? Где ты? Пожалуйста, не оставляй меня здесь, мне страшно…

— Скарлетт, я здесь, ты слышишь меня? Давай, Скарлетт, очнись!

— Не оставляй меня, пожалуйста…  Шейн, не уходи…

— Ну же, девочка моя, просыпайся…  Ты не можешь так поступить! Только не снова…  не снова…  я не позволю. Дыши, Скарлетт, мать твою!

Что-то ударило мне в грудь. Я попыталась втянуть носом воздух, но ничего не вышло, тогда я закашлялась, освобождая лёгкие от воды. Это не было сном. Распахнув глава, я увидела над собой Шейна. Он с ужасом и облегчением смотрел на меня, гладя по лицу.