Убайдулла-наме - Мир Мухаммед Амин-и Бухари

Стихи:

Его благоволение великодушно оказывает помощь несчастному;

Его правосудие изгоняет из эпохи несправедливость.

В его справедливое время [даже] у утреннего ветерка

Нет смелости разорвать рубашку розы[195].

Те же, что противодействовали Махмуду, при целовании порога [престола] его величества завоевателя мира потирали его лицами преданности и рисковали своею жизнью за его величество, они были удостоены пожалования им соответствующих высоких должностей и важных чинов. Так, убежище начальствования. Адиль бий минг был отличен возведением в звание верховного аталыка балхских областей; Хушхал бий, сын Яр Мухаммеда аталыка, удостоился получить должность диванбеги тех же мест; Ибадулла бий тилав был сделан парваначи, Тахир кушбеги катаган — дадхою тех же областей. Те чины и жалуемые места, которые были найдены обычными в Балхе, были розданы [/125а/ эмирам], осчастливленным и обрадованным, каждому сообразно его заслугам и положению. Из бухарского войска Фархад бий утарчи, который в настоящем походе особенно рисковал своею жизнью, удостоился получить в управление область Шахрисябза, бывшую до сего в обладании племен правой и левой стороны, которую они считали (как бы) своим могильным склепом и (теперь) после проявления мятежа сего упорного народа, [изъятую у них]; Мухаммед Рахим бий аталык, сын Аллаяра аталыка, получил в управление. Карши; сведущий в военном искусстве Ниматулла бий найман, блюдший [все] условия самоотверженности, был назначен к выполнению дел, свойственных званию дадхи г. Бухары. Каждый из храбрецов и молодцов бухарской армии, проявивший мужество и отвагу в этой славной кампании, был осчастливлен чином и должностью сообразно степени (своих заслуг). Так как всех их перечислять поименно было бы долго, то [мое] двуязычное перо и не осмеливается сделать это.

Что касается должности везира и важного государственного /125б/ поста, связанного [с управлением] богохранимыми провинциями Балха, то это было препоручено мулле Абдуррахману, который при взятии Балха устроил удачный подкоп. Важное дело секретарства с присоединением [к нему] секретарства по Балху было пожаловано первому в списке достойных, примечательных по своему таланту и искусству, Мир Мухаммеду[196], после же того как секретарь судьбы и каллиграф фирманов предопределения выскоблил со страниц жизни начертание его имени:

Стихи:

Когда прошла весна его жизни,

То закрылась книга его жизни, —

исполнение обязанности секретаря Бухары было поручено казию Юсуфи Джуйбари, который язычком [своего] пера показывал ослепительный свет [искусства]; секретарство же по Балху, на основах сотоварищества, было утверждено за муллою Захидом и муллою Абдуллою. Заведывание тамошней библиотекою было поручено мулле Абдулбаки, который в эпоху халифства его величества, в бозе почившего хана [Субханкули], был хранителем библиотеки. Мулла Юсуф-и Балхи, племянник Мирза ата, красотою и грацией уподоблявшийся Иосифу Прекрасному и не имевший себе равного по таланту, совершенству и красноречию, был назначен состоять при небовидном дворце в Балхе. На имя Баба ходжи чухраакабаши был дан [высочайший] приказ о назначении его /126а/ попечителем и заведующим [делами] шейхов светозарной гробницы и благословенного порога, — места явления чудес и удивительных происшествий, — четвертого халифа, государя мужей, льва господня, святейшего Алия, — да почтит аллах лицо его!

Каждый из приближенных к [высочайшему] двору [лиц] и из чиновных деятелей [царственного] чертога удостоился получить повышение сообразно степени исполняемых им дел и обязанностей. Так как повествование о каждом из них было бы [излишним] многословием, а этот ничтожный [автор сих строк] не уполномочен быть надоедливым, то, разумеется, он повернет в другую сторону [своего] хорошо идущего доброго коня, перо [Впрочем] лишь всевышний аллах наилучшим образом осведомлен о действительности дел!

О ВОЗВРАЩЕНИИ ПОБЕДОНОСНОГО ХАКАНА, [УБАЙДУЛЛЫ ХАНА], В ИСКОННУЮ СТОЛИЦУ, Т. Е. В ПРЕКРАСНУЮ СТРАНУ БУХАРУ, — ДА СОХРАНИТ ЕЕ ВСЕВЫШНИЙ АЛЛАХ ОТ БЕД И НЕСЧАСТИЙ!

Когда территория купола ислама, Балха, была завоевана рабами правосудного государя и розовый цветник этой области, благодаря блеску счастливого прибытия монарха эпохи, очистился от колючек и /126б/ валежника наглых бунтовщиков, — все население и все подданные обитающие в этой области, заснули в колыбели покоя и безмятежного существования. Что касается [бухарской] армии, то после выполнения [государственной] службы [по взятию Балха] у нее в голове только и думы было, как бы поскорее вернуться домой. Освещающее мир солнце [уже] вышло из знака Близнецов[197] и расположилось в созвездии Рака[198], зной и гнилость воздуха дошли до такой степени, что как бы говорили в стихе Корана: они — жгучий огонь[199], [впрочем] свойство балхской жары не нуждается в объяснении.

Стихи:

В печи ее солнца птицы превращались в жаркое.

Такой [зной] и гнилость воздуха вызвали требование войска [о скорейшем выступлении в Бухару]. Естественно, что повелитель мира признавал за благо позаботиться о сохранении армии и войти в ее положение и, остановив свою благословенную мысль на возвращении [в Бухару], направил поводья своей августейшей воли в направлении к своему основному престольному городу. Изложение сего события таково.

Когда высокая мысль миродержавного государя освободилась от заботы покорения Балха и его светозарное сердце покончило с этим важным делом, счастливый кортеж вернулся в Бухару и победное /127а/ счастливое время и касающийся неба полумесяц [ханского] зонта взошел над горизонтом этого района.

Двустишие:

Дни [покорны] его счастливой звезде

И небеса склонили голову над территорией его повеления.

Его величество, убежище государства, в течение нескольких дней освещал луною [своего] августейшего лица пиршественные собрания, а потаенные комнаты дворца удовольствий под блеском [его] счастливого солнца стали объектом зависти райского сада; он поднял свои подобные морю длани, кои оросили почву войны водою вражеских жизней, для рассыпания жемчуга [милостей] и его благодеющая рука, которая украсила поле сражения перлами вражеских жизней, [теперь] взялась за кошелек удовлетворения моряков[200].

Двустишие:

В бою он хватает, на пиру одаряет;

Его господство — в верховой езде[201], весь мир обращается к нему с просьбами.

Когда излилось дождем облако бесконечной милости государя, раздавателя корон и завоевателя мира, когда на арену состояния эмиров и духовенства, на простонародье, и на благородных Балха и Бухары протекло обилие его даров и почестей, — [его величество] вложил свою благословенную ногу в счастливое стремя. [Все] население Балха, господа и простой народ, платящие и неплатящие подати, подобно /127б/ населению Египта, признававшему