Саймон говорит - Саймон Грэй

Задержав дыхание и старательно уворачиваясь от губ настырного Купца, Саймон внёс упитое тело в номер и аккуратно пристроил на диване. Затем закрыл дверь и мрачно осмотрел открывшуюся взору картину. На столе - початая литровая бутылка водки в окружении тарелок с закуской. На полу, за ножкой, скромно прячутся две её опустевшие сестрицы. В кресле восседает демократически избранный глава деревни Перловка с самым блаженным видом. Увидев мутанта, он приветственно икнул и помахал рукой.

Мысленно застонав, Грэй подтянул стул и, усевшись, налил водки в чистую рюмку. Нет, конечно, он и сам собирался отпраздновать успешное завершение операции, но скорость, с которой это проделали его компаньоны, была просто удивительна. Тем более что никто из них ранее не был замечен в пристрастии к зеленому змию…

- Я так понимаю, всё прошло хорошо? – Холодно поинтересовался мут, разглядывая разомлевшего старосту сквозь рюмку.

- Охрененно прошло! – донесся с дивана счастливый голос Купца. – Словно Боженька благословил!

Ярослав Александрович согласно икнул.

- А поподробнее?

Староста еще раз икнул, почесал бороду и доложился:

- Пришли мы на станцию, говорим – так, мол, и так, хотим древностей продать. Нас сразу в лабаз местный провели. Стали мы вещи выкладывать потихоньку. Ну, они как яйцо увидали, сразу его открывать полезли. Увидали там эту… как её… фрешку твою. Говорят: «Мы типа посмотрим?». Я говорю: «Смотрите». В общем, не успели мы весь остальной шмот из рюкзака достать, как ихний главный подходит к нам так осторожненько и говорит: «Десять тысяч кредитов за всё вас устроит?». Тут Вова выходит, и так решительно ему, прям в лицо…

- ПЯТНАДЦАТЬ!!! – вдруг выкрикнул подскочивший на диване торговец и тут же зажал себе рот обеими руками. Затем подозрительно огляделся по сторонам и громким шёпотом повторил: - Пятнадцать тыщ!!!

- Пятнадцать, - согласно кивнул Ярослав Александрович. – Только, говорит, расскажите, где и как вы всё это достали.

- А вы? – с нарочитой небрежностью в голосе поинтересовался Саймон, продолжая держать в руке рюмку с водкой.

- А что мы? – с хитрецой в голосе переспросил староста. – Мы – как договаривались. Говорим, так, мол, и так, проходил один проходимец, расспрашивал про лабораторию. Потом набрал еды и ушёл. А когда через неделю не вернулся, мы за ним двух охотников послали. И нашли в той лаборатории только рюкзак этот, да чуду-юду склизкую. Вы, говорим, если туда полезете, тварюку эту грохните, пожалуйста, а то она уже одного человека схарчила, а второго чуть без руки не оставила.

- А он?

- Побожился, что всех изведут.

Выслушав отчёт, мутант некоторое время сидел без движения, переваривая полученную информацию. Затем резким движением опрокинул в рот водку, скривился, и с громким стуком поставил рюмку на стол.

- А у тебя как дела? Продал свои книжки? – полюбопытствовал староста, глядя, как мутант снова наполняет рюмку.

- Продал.

- И почём?

- Десять тысяч.

- ДЕСЯТЬ ТЫЩ!!! – задремавший было Купец подпрыгнул на диване, опять зажал себе рот руками и с подозрением заозирался по сторонам. Убедившись в отсутствии лишних ушей, он громким шёпотом выдал: - Десять тыщ!!! Ярик! Это же двадцать пять тыщ будет!

- Десять тысяч за две старенькие книги? Неплохо! – уважительно протянул староста и тоже наполнил рюмку. Затем с сомнением взглянул на возбужденного торговца и накапал немного во вторую. Купец схватил тару, и отчаянно жестикулируя, разразился пламенной речью:

- Ярик! Нам срочно надо в лабраторию, пока туда эти ворюги железножопые не ворвались! Если Сёма с Чином за один раз оттуда на двадцать пять тыщ барахла вынесли, ты прикинь, сколько мы оттуда всей деревней притащим!!! Это же мильоны! Мильярды!!! Ярик, мы будем богаты, как… как… - Владимир ненадолго примолк, уставившись затуманенным взором куда-то в стену. Затем встрепенулся, опрокинул себе в рот рюмку и растерянно заморгал – посуда была пуста.

Ярослав Александрович вытер водку с лица и, воспользовавшись паузой, проникновенно произнёс:

- Вова! Мы не можем пойти в лабораторию.

- Почему? – искренне удивился Купец.

- Потому что нам еще надо в деревню вернуться. А кто нас повезёт, если ты пьяный?

- Я не пьяный! Я чуть-чуть выпимший!

- Тем более! Кто же выпимши за руль садиться?

- Ярик, но они же всё вынесут без нас! – жалобно простонал Купец.

- Не успеют. Ты сейчас быстренько поспишь – и живенько нас обратно доставишь.

- Точно! Проспаться!

Торговец попытался встать с дивана, но его ноги явно были против. Как, впрочем, и весь организм. После нескольких безуспешных попыток, он прилёг на диван и сонным голосом отруководил:

- Ярик, я у тебя тут полежу недолго. Разбуди меня через пару часиков… Поедем… В лабраторию…

Через минуту по номеру разнесся негромкий храп.

- Совсем у мужика крышу снесло от лёгких денег. – Посетовал староста, потянувшись за рюмкой. – Ничего, проспится – одумается.

- А если не одумается? – полюбопытствовал Саймон, поднимая свою.

- Если не одумается – я его сам одумаю! – отрезал Ярослав Александрович. – Меру надо знать. Ну что, вздрогнем?

Мужики «вздрогнули», крякнули, зажевали водочку бутербродами с ветчиной, сыром и солёным огурчиком. Закурили. Помолчали, размышляя каждый о своём.

- Ладно, пойду я, - наконец проговорил Саймон, вставая. – Труба зовёт.

- Какая труба? Куда зовёт? – удивился староста.

- На свидание. – Ответил мутант, чувствуя, как губы помимо воли разъезжаются в глупой, но счастливой улыбке.

***

Утро начиналось отвратительно. На этот раз – именно по той самой, классической причине. Голова пульсировала, мозг явно увеличился в размерах и пытался совершить побег через доступные отверстия, а малейшее движение заставляло вселенную вращаться вокруг и без того пребывающего в смятении организма. Где-то в глубине сознания небрежно всплыла мысль о бренности всего сущего и субъективности бытия. Ибо в данный момент он был воистину центром вселенной. Помирающей, усталой, больной вселенной, готовой взорваться, чтобы породить нечто новое и неизведанное…

Впрочем, остальной организм с этим был однозначно не согласен. Мочевой пузырь требовал избавиться от излишков жидкости, угрожая помирающей «вселенной» сделать отнюдь не Большой взрыв, а маленький мокренький взрывчик. В то же время сухие, как наждак, горло и язык требовали залить в организм холодной прозрачной родниковой воды, ибо баланс жидкостей был грубо нарушен.

Повалявшись в кровати с полчаса, Грэй собрался силами и кое-как дополз до ванной. Облегчился, а потом долго стоял под прохладным душем, ловя губами такую вкусную, такую