Спасти 6-го - Хлоя Уолш

Чувства, которые мне полагалось испытывать, исчезали в черной дыре, разверзшейся на месте сердца. Мне конец. Отрицать нет смысла. Как и сопротивляться. Да и какое сопротивление, если родная мать в меня не верит.

«Ты вылитый он»... «Причем во всем».

Против собственной ДНК не попрешь.

Таким уж я уродился, и самое поганое, в глубине души крепла уверенность, что меня не изменить, не направить на путь истинный.

Гены не обманешь.

Меня лишили свободы выбора и против воли заперли в тело человека, которого я презирал больше всех на свете.

Впрочем, не совсем.

В последнее время презрение к самому себе начинало перевешивать.

Но меня убивал тот факт, что я причиняю боль маме.

И своими поступками уподобляюсь ему.

— Да, мам. — Я закрыл глаза и со вздохом уронил голову ей на плечо. — Как скажешь.

Ангел с грязными крыльями 31 октября 2001 года Ифа

— Ну прости. Сам не понимаю, что на меня нашло, — подлизывался Пол, оттеснив меня в сторонку.

Краем глаза я заметила, как к спорткомплексу подрулила черная «хонда-цивик», и сердце чуть не выпрыгнуло из груди.

Джоуи вернулся.

Дверца распахнулась, и из салона вывалился хохочущий Джоуи с сигаретой во рту и банкой светлого пива в руке.

Пошатываясь, он хлопнул по крыше «хонды» на прощание, и машина сорвалась с места.

Все еще посмеиваясь, он глубоко затянулся, обвел глазами окрестности и задержал взгляд на мне.

Я приветливо помахала.

Джоуи поднял руку, намереваясь помахать в ответ, но, увидев Пола, застыл.

Его улыбка испарилась.

— Ты просто танцевала, — бубнил Пол, вынуждая меня отвлечься от Джоуи. — А я просто идиот, напридумывал себе хрен знает что. Мне так стыдно, Ифа. Ты даже не представляешь, как стыдно. — Он сокрушенно вздохнул и, выпустив мою руку, пригладил ладонями волосы. — Я повел себя как ревнивый олень. Перемкнуло. Все из-за твоего вида.

— В смысле, из-за моего вида? — В негодовании скрестив руки на груди, я облокотилась на припаркованную тачку и свирепо уставилась на Пола. — Чем он тебе не угодил?

— Наоборот, ты выглядишь сногсшибательно, вот я и сорвался.

— Не подлизывайся, не прокатит. — Я поискала глазами Джоуи, но он уже исчез. — Ты назвал меня шлюхой.

— Ифа, ну перестань, — заканючил Пол. — Ты ведь знаешь, я не хотел. Случайно вылетело.

— Не хотел бы, не назвал! — огрызнулась я, не в силах скрыть обиду.

Меня действительно задело его оскорбление.

Мало радости, когда тебя считают шлюхой.

Наши отношения складывались откровенно паршиво, но все равно очень больно слышать такое в свой адрес, ведь мы замечательно дружили — ровно до того момента, пока не начали встречаться.

Я всегда знала, что Пол — самовлюбленный собственник с раздутым ЧСВ. Знала, но совершенно не парилась, поскольку сама была не подарок — вспыльчивая, прямолинейная, виртуоз в плане раздуть из мухи слона, как говорил папа, и очень осторожная во всем, что касалось близости.

Пол мирился с моими недостатками, закрывал на них глаза, и я платила ему той же монетой.

Но с недавних пор стало закрадываться подозрение, что на одном смирении отношений не построить.

Тем более если отношения превращаются в тяжкую повинность.

— Давай смотреть правде в глаза, — набравшись храбрости, завела я. — Мы оба несчастливы, поэтому продолжать не имеет...

— Молчи! — Пол с испуганными глазами схватил меня за руки и притянул к себе. — Ифа, мы не расстанемся. Даже думать забудь.

— В смысле, забудь? — Я резко высвободилась. — Не ты один принимаешь решения, Пол. У меня тоже есть право голоса!

— Все из-за него.

— О чем ты?

— Ты прекрасно знаешь о чем. — Пол злобно сощурился. — Вернее, о ком.

У меня вырвался тяжелый вздох.

— Дело не в Джоуи.

— Нет, именно в нем! — рявкнул Пол, теряя самообладание. — Ты совсем из-за него свихнулась. Не отрицай, у тебя на лбу все написано.

— Он мой друг.

— Бред.

— Без тебя разберусь! Мы с Джоуи друзья, и отказываться от нашей дружбы я не собираюсь.

— Точнее, не собираешься отказываться от Джоуи. — Пол мрачно хохотнул. — Вот интересно, ты реально глупая или прикидываешься? Уясни своей тупой башкой: ты ему на хрен не сдалась! Срать он на тебя хотел, а ты бегаешь за ним, как последняя чмошница.

— Пол!

— Только полюбуйся! — Пол развернул меня лицом к спорткомплексу. — Полюбуйся на него!

Он взял меня за подбородок, вынуждая смотреть, как Даниэла Лонг притиснула Джоуи к стене и засунула язык ему в рот. Хотя руки Джоуи безучастно висели вдоль тела, его бедра терлись о Даниэлу, а губы отвечали на поцелуй.

Определенно, ему нравился процесс.

Нравилась Даниэла.

У меня перехватило дыхание. Страшно сказать, каких трудов мне стоило собрать волю в кулак и не зарыдать в голос.

— Смотри, смотри, — злорадствовал Пол. — Вот насколько ему на тебя плевать.

Я тебя не брошу 31 октября 2001 года Джоуи

— Джоуи, временами ты такая... скотина! — задыхаясь от боли, выкрикнула мама и, стиснув поручни койки, издала пронзительный, нечеловеческий вопль. — Временами... ты... просто... вылитый... он.

— Я же извинился, — выдавил я, чувствуя, как кайф сменяется жестоким ознобом. — Прекращай так на меня смотреть.

Реальность обрушивалась исполинскими волнами, возвращая с небес на грешную землю.

Упреки упреками, однако, справедливости ради, я не бросил маму в беде.

А стоял рядом и держал за руку. Вместо него.

Спрашивается, где этого мудака черти носят?

— Ладно, Мэри, на следующей схватке ты хорошенько тужишься, не халтуришь, — скомандовала акушерка.

Оттеснив меня в сторону, она пристроилась между мамиными ногами с целым набором всяких медицинских приблуд, один вид которых повергал в ужас.

— Мы почти на финише. Уже вижу головку. Давай, последний рывок!

— Короче... — Ощутив приступ дурноты, я попятился, мечтая унести ноги подальше отсюда. — Скоро вернусь...

— Нет... Джоуи, не уходи! — Мама мертвой хваткой вцепилась мне в руку. — Пожалуйста, не бросай меня.

— Мам, мне...

Перед глазами стояла пелена. Худенькие пальцы больно стискивали запястье. Я силился понять, где нахожусь, и старался не блевануть.

— Ну правда... — Поморгав, я вытер пот со лба и заставил себя сосредоточиться на