Вера Ермолаева - Антонина Заинчковская

Мне теперь до смерти скучно, не знаю, что случилось, лопнул какой-то жизненный нерв, на котором держалась жизнь, и я подыхаю как рыба без воды. Пописываю, сделала забавную книжечку, но всё это суррогаты; отремонтировала комнаты, теперь хорошо и чисто, как у Вас. Но и это не решит. Читаю самые мрачные стихи Верлена, с покойниками, ужами, мертвыми Пьеро и прочими, но и это не решит. Наши увлекаются рисованием с натуры, Рождественского пригласили вести Семинарий Сезанна на курсах Г.И.И.И. [502], в институте тихо. Нестерпимо, гнусно, скучно. Вот и всё.

Никто ничего об ОСТе не говорит, да и говорить нечего, дрянь выставлять никому не хочется. Если так будет продолжаться, займусь кабалой или православием, одно другого стоит, если пить и развратничать не интересно.

Жму Вашу руку. Не думаете ли Вы с Машенькой приехать сюда? Погода всё время, по сей день, хорошая.

Сердечный привет Машеньке, и от меня сами примите самые дружеские пожелания удачи и успеха.

Ваша ВЕрм

Если пошлете счет немедленно по получении письма – успею получить деньги 5 ноября.

Печатается по: Эндер

81. В.М. Ермолаева – Б.В. Эндеру

16 марта 1929 г.

Дорогой Б<орис> В<ладимирович>! Простите меня и мою неаккуратность – я поднадула Вас, не прислав книжки и не написав о Вашем Красине. Только время исправит мою непорядочность.

Посылаю Вам то, что была должна – Красина[503] и свои книжки. Красин потребовал столько изменений, что мне стала ясна безнадежность его протащить. Лебедев назначен управлять худ<ожественным> отд<елом> (детским) и в Москве. Имейте это в виду, он ездит на неделю каждый месяц. У нас большое горе – мы похоронили Чашника[504]. Все очень угнетены. Кроме того нас распушили в институте и выперли вон[505]. Мал<евич> уходит в Академию[506], мы – кто куда. Можете ли Вы поместить заметку о Чашнике в «Рабисе»? Если можете – пошлите мне открытку, и я Вам сообщу сведения о нем. Мы все просим Вас это сделать. Это большой удар по нашей группе. Он умер от аппендицита. Что Вы делаете? Пишите ли? Я сделала мало, но много выяснила для себя. Упорно думаю и готовлю выставку. В Русском музее теперь требуется тематика для выставок и, след<овательно>, он нам закрыт как арена. Даже Кончаловский[507] был недостаточно тематичен и прошел с зацепками. Удалось ли Вам поместить фотогр<афию> Таубер?[508] Она очень интересуется. Передайте Машеньке привет ото всех нас. Ответьте мне о Чашнике и напишите о себе.

ВЕрмол

Печатается по: Эндер

82. К. Свердлов. Мы призываем к борьбе с «чуковщиной»

апрель 1929 г.

…книги явно контрреволюционные с точки зрения интернационального воспитания детей – Полтавского «Детки-разноцветки» и[здательст]во ЗИФ[509], Ермолаевой «Маски» – ГИЗ[510].

В переживаемый страной момент обострения классовой борьбы, мы должны быть начеку и отдавать себе ясный отчет, что если мы не сумеем оградить нашу смену от враждебных влияний, то у нас ее отвоюют наши враги. <…> Предложить изъять из продажи совершенно ненормальные по рисункам книги Полтавского «Детки-разноцветки» с рис. Чехонина и Ермолаевой «Маски»[511].

К. Свердлов. Мы призываем к борьбе с «чуковщиной» // Дошкольное воспитание. 1929. № 4. С. 74.

Опубл. факсимиле: Чуковский К.И. Дневник 1901–1929. М., 1991. С. 446

Детгиз. Начало 1930-х. В.М. Ермолаева, Э.А. Будогосский, К.Н. Думаревская, В.В. Лебедев

83. Дм. Лебедев. «Социализм дураков». Удушливые газы в детской литературе

12 июня 1932 г.

<…> Представьте себе, что компания пьяных мещан вздумала объяснить пролетарским детям значение первомайского праздника. Знаете, что в этом случае должно получиться?

1 МАЯ. Рисунки бригады художников: Ю. Васнецова, Ю. Мезерницкого, В. Лебедева, В. Ермолаевой, В. Курдова. 12 стр. ОГИЗ – «Молодая гвардия». 1932. <…>

За сравнительно недорогую цену ребенок получает из этого скромного альбома полный курс контрреволюционного пасквиля на революцию. Можно смело сказать, что это пошлейшая стряпня, попав в руки белогвардейца, послужит неоценимым материалом для суждения… по крайней мере, о неразборчивости некоторых наших редакторов.

Прежде всего, эта книжка пытается убедить маленького читателя в том, что никакой социалистической стройки у нас нет, что все наши достижения суть только картонные манекены. <…> Окончательно это выясняется из обширной панорамы на тему «Оборона» (худ. В. Ермолаева), где идущие в строю сестры милосердия и осоавиахимовки изображены каким-то тупыми, безликими, трехпалыми бродягами, ко всему прочему… босыми, с деформированными ногами и лицами, изображающими глухое тупоумие. Бедные босые девушки вынуждены тащить тяжелые винтовки со штыками, и единственным их утешением является то, что на пять туловищ им отпущено пять голов, а штыки в большинстве винтовок изломаны. <…> Одежда у всех неважная, но из мужчин, по крайней мере, кто-то обут. Женщины идут либо босиком, либо в чулках. <…> Лиц у проходящих нет, ибо лица в этом деле, сами понимаете, ни при чем.

Расправившись полностью с социалистическим строительством, авторы, таким образом, по мере сил приложили свою руку и к обороне. Помимо осавиахимовских босоножек, здесь имеются и другие перлы: скелет, бросающий ручную гранату, полураздетые девицы с желтым телом, несущие, непонятно почему, весла, несколько более одетые девицы с розовым телом, несущие игрушечные винтовки, наконец, тупоголовые пентюхи в сандалиях, выставляющие напоказ свои обнаженные волосатые ноги. <…>

Эта книжка – вредный пасквиль, безобразная издевка над первомайским праздником <…>. И то, что этот пасквиль выпущен в тираже 25.000, является уже не ошибкой, не оплошностью, не промахом. Это преступление, за которое виновные должны понести заслуженную ответственность.

Лебедев Дм. «Социализм дураков». Удушливые газы в детской литературе // Комсомольская правда. 1932. № 135. С. 4

Фабрика Ленжет

(1934)

84. Справка

20 мая 1935 г.[512] № 558

Дана сия художнице гр. Ермолаевой В.М. в том, что согласно постановления Художественного Совета при Издательстве (протокол от 13.XII-34 г.), исполненный ею оригинал этикета к мылу «Прима-Вера»[513] был одобрен и принят для фабрики «Ленжет»[514], почему подлежит оплате.

Зав. пищепромиздата (Андреев)

Ст. выпускающий (Барт)

Частный архив, Санкт-Петербург.

Машинопись, подписи, штамп ПИЩЕПРОМИЗДАТа

Арест – лагерь

(1934–1937)

85. Протокол допроса НКВД

[декабрь 1934 г.]

Вопрос Расскажите Вашу биографию.

Ответ Родилась в 1893 г. в селе Ключи, Петровского уезда, Саратовской губернии. Отец – Михаил Сергеевич Ермолаев – помещик, потомственный дворянин, в течение двенадцати лет был председателем земской уездной управы. В нашей семье существовали либеральные традиции 80-х годов прошлого века; родители